Читаем без скачивания Новый штамм (СИ) - Лим Дмитрий

Бревно врезалось в них со всей силой, раздавив их, сбив их с ног, спускаясь прямо к подножию склона, и остановившись только тогда, когда ударилось о лес, из которого шли зараженные.

— Я повременю с пуском, вы двое возьмите бревна, — раздался голос.

Я взял щит и копье, которое положил, чтобы сдвинуть бревно, и приготовился к тому, что несколько инфицированных будут подниматься по склону. Когда один из них приблизился, я выставил свой щит. На его краю был резиновый кусочек, который зараженный любил кусать. Как только зараженный укусил его, я проткнул ему глаз, мгновенно убив его. Уперся ногой ему в талию и толкнул, отталкивая его от себя. Вова и Пол поставили еще одно бревно, а я убил еще двух зараженных. Зараженные, казалось, имели проблемы с преодолением первого бревна, даже не пройдя и четверти пути.

Станция Макара могла бы быть более укрепленной, но кому нужны заборы, когда есть бревна и гравитация?

Катящиеся деревья — это проблема. Я не был к ним готов.

К этому месту должно было быть легко подобраться: ни ловушек, ни забора, ни верёвок. Но с одним деревом ситуация изменилась.

Многие мои стали инвалидами. Они не умерли. Но теперь они не могут ходить, не могут двигаться. Некоторые действительно умерли. И есть еще деревья, за которыми нужно следить, намного больше.

Они прислонены к стене. Одна жертва отбивается от других, которые не упали. Две жертвы готовятся сбросить на нас еще одно дерево.

Мои люди слишком тупы, не зная, что нужно рассредоточиться. Если бы только я мог сказать им, что делать.

Но я не могу. Они умеют двигаться только группой, сбиваясь в кучу, двигаясь одним и тем же путем.

Я мог бы вести их зигзагами, катящиеся деревья не повредили бы так много из них. Но другие меня не слушают, не тогда, когда перед ними еда.

Хотя катящиеся деревья — это проблема, у которой есть простое решение. У жертвы нет луков. Только щит и короткое копье.

Я могу убить их стрелами. Но они не чистые.

Я не смогу сохранить добычу, ибо они сгниют, превратятся в других. Будет трудно сохранить жертву, когда вокруг так много моих.

Интересно, как давно не ел мозгов? Я скучаю по вкусу.

Во-первых, я отойду в сторону, чтобы не стоять рядом с остальными. Деревья не покатятся в мою сторону, если я отделюсь от них. Остальные тупые. Но они хорошо отвлекают.

Второе катящееся дерево упало, сбив остальных, когда они были почти на холме. Жертва со щитом и копьем вышла вперед, нанося удары другим, которые были на земле.

Сейчас самое время. Я приготовил свой лук. Не имеет значения, какую добычу я убью. Если я попаду в того, у кого щит, остальные смогут подобраться ближе к двум, катящим деревья. Если я попаду в одну из жертв, катящих деревья, больше не будет деревьев, катящихся вниз. Выбор очевиден.

Нужно целиться в того, у кого нет щита.

Повезло. Стрела попала с первого выстрела.

Практика была полезной. Жертва упала на землю, схватившись за бедро, обхватив руками стрелу.

Я был слишком далеко, чтобы услышать, кричал ли он, да и мои стонали слишком громко. Но я уверен, что жертва ранена. Две невредимые жертвы прекратили то, что они делали, глядя на своего упавшего товарища.

Что они собираются делать?

Все жертвы разные. Но все они ведут себя одинаково; они собираются бежать — вопрос в том, возьмут ли они с собой своего раненого товарища. Было бы неплохо знать заранее. Возможно, во внешности жертвы есть что-то, что указывает на ее поведение.

Большинство жертв эгоистичны, они бегут, чтобы спасти себя. Только последние пять жертв, которых я видел, заботились о своих товарищах.

Жертва сделала нечто неожиданное. Тот, у кого были щит и копье, передал свое оружие раненому. Затем он помогал невредимой жертве подготовить другое дерево, чтобы скатиться с холма. Раненая жертва встала. Он наблюдал за мной.

На нем был купол — как и на всех остальных, — но я мог сказать это по тому, как было расположено его тело. Он позаботился о том, чтобы встать между мной и добычей позади него, выставив щит.

Когда другой приблизился, жертва нанесла ему удар ножом.

Дерево покатилось вниз. Другие застонали, падая в другую кучу. Я не тратил время на подсчет того, сколько других было повреждено. Но я предположил, что сотня была слишком ранена, чтобы двигаться.

Мало того, деревья мешали другим, стоявшим сзади, приблизиться, действуя как забор, низкий забор, о который спотыкались остальные.

Я приготовил еще одну стрелу. Если удар по одной добыче не сработал, я нанесу удар по двум — трем, если двух недостаточно. Я подожду подходящего момента. Жертва со щитом ослабляет защиту, когда наносит удар другому. Он уже нанес удар ближайшим другим. Пройдет некоторое время, прежде чем ему придется атаковать снова. Остальные собираются медленнее, давая добыче больше времени на подготовку. После установки одного дерева на нужное место у них было время снять со стены другое. Все это время защищающаяся жертва не переставала наблюдать за мной.

Глава 42

Один на один

Когда следующая группа других прошла половину подъема на холм, жертва столкнула дерево вниз. Он врезался в других. Но, в отличие от предыдущего, это продолжалось не до конца. Жертва не реагировала, ошеломленная, когда они не достигли желаемого результата. Это было благодаря Большому Другому. Большая жертва из прошлого, она превратилась в другого. Через месяц его раны зажили. В отличие от большинства других, он не стал более худым после превращения. Обычно жертва более жирная, чем другие, и съеживается после переворачивания. Большой Другой — вот как я это называю. Он выше всех остальных, к тому же шире. Он достаточно велик, чтобы остановить катящееся дерево на своем пути.

Защищающаяся жертва повернула голову, чтобы посмотреть. Его щит все еще был перед телом. Одна из жертв была полностью обнажена. Шанс.

Стрела попала в жертву достаточно сильно, чтобы заставить ее споткнуться. Только вот стрелы недостаточно, чтобы пробить купол, если только она не пройдет сквозь визор, глубоко в глаз и не достигнет мозга. Поскольку я попал в боковую часть купола жертвы, не было ни малейшего шанса, что она мертва. Споткнувшись, он развернулся, его тело оказалось лицом ко мне. Я приготовил еще одну стрелу. Но к тому времени обороняющаяся жертва пришла в себя и снова посмотрела на меня. Затем он отвел взгляд. Остальные перелезали через дерево. Большой Другой даже не споткнулся, его ноги были достаточно длинными, чтобы без проблем перешагивать через дерево. Дерево не сдвинулось с места, несмотря на то, что Большой Другой ушел. Тела других, которых уже переехали, стояли на пути, удерживая дерево на месте.

И вот тогда это произошло. Жертва, наконец, отреагировала как жертва. Они толкнули второе бревно, которое они приготовили, а затем убежали. Раненая жертва, спотыкаясь, последовала за ними. Но как он мог споткнуться быстрее, чем другие, преследующие его? Это не могло. Я был далеко. Но на этот раз я услышал крики жертвы.

Одна жертва была съедена другими. Купол на его голове был цел. Я мог вернуться за его мозгами когда угодно. Его костный мозг также остался нетронутым. Остальные ели только его мясо. Десять из них были рядом с его трупом, еще двадцать толпились сзади. Что касается остальных, то они направились к зданию, где спрятались последние две жертвы. Они, спотыкаясь, прошли мимо задней стены, боковых сторон и направились к входной двери.

Но я усвоил урок в прошлый раз. Жертва может убежать через окна. Все здание должно быть окружено, чтобы поймать жертву внутри. В отличие от последнего места, в этом здании много окон, не менее четырех на каждой стене. По восемь на каждом, если считать окна наверху. Сзади тоже есть металлическая дверь. Остальные прикрывали только фасад здания. Что же касается спины и боков, то через них жертва в любой момент могла сбежать. Деревья, которые они скатывали с холма, были прислонены к стенам. Но жертва была умна, позаботившись о том, чтобы окна не были заблокированы.