Если после этого Катрин вышла замуж за Робера дез Армуаза, то понятно, что она скрывала свое подлинное имя, чтобы не быть наказанной за двоемужество. Но зачем Катрин выдавала себя за погибшую сестру? На мой взгляд, она могла поступить так, чтобы попробовать отомстить убийцам Жанны. Приходила на ум аналогия с воскресением Иисуса Христа. Можно не сомневаться, что Катрин придумала какое-то объяснение своего мнимого спасения, приемлемое для всякого, кто не хотел или не мог проверить ее слова.
Судя по всему, Робер дез Армуаз был в курсе проделок супруги и относился к ним с пониманием. Трудно поверить, что он, дворянин и рыцарь, поступал так ради того, чтобы выцыганить у доверчивых орлеанцев несколько монеток. А вот если он был возмущен отношением арманьяков к Жанне Дарк, его реакция на поведение жены совершенно понятна. В конце концов, она тоже была графиней Лилий. Вместе с тем нет никаких сведений, что супруги дез Армуаз предпринимали какие-либо усилия по передаче своим детям графского титула Лилий.
Существует схожая версия: якобы мадам дез Армуаз была двоюродной сестрой братьев Дарк. Этого нельзя исключать, и мотивы у самозванки могли быть такие же, как те, о которых говорится выше, но доказательств у этой версии не более, чем у гипотезы о Катрин.
Отмечу интересную деталь: муниципалитет Орлеана выплатил мадам дез Армуаз 210 ливров. Это что – оценка заслуг Жанны по спасению города? Три месяца беспорочной службы Пьера Кошона ценились англичанами намного выше.
Кем бы ни была в действительности мадам дез Армуаз, тот факт, что она пошла на смертельный риск, заставляет пересмотреть традиционный взгляд на нее. Неверно считать ее просто воровкой чужой славы, женским вариантом Остапа Бендера. Уместно как минимум задуматься, зачем она так рисковала и отчего муж поддержал ее поведение. Вдруг у него были на то более веские причины, чем желание избежать скандала? Тем более что скандал все равно состоялся – из-за разоблачения самозванки.
Итак, есть все основания полагать, что мадам дез Армуаз не могла быть Жанной Дарк. Но, может быть, за неполные 600 лет трудов сюрвивисты нашли какие-то другие аргументы?
Начнем с простого вопроса. Почему, собственно, англичане могли быть заинтересованы в том, чтобы сохранить жизнь Жанне? Мы об этом уже говорили: публичный акт милосердия, проявленного в отношении Жанны, уменьшил бы ненависть к оккупантам со стороны простых французов, а заодно избавил бы тысячи английских солдат от выполнения обязанностей по охране пленницы. Однако это имело смысл для англичан только при условии, что они предъявили бы всему миру живую и невредимую Жанну. Но тогда и трибунал был ни к чему. Провести тяжелейший процесс, истратить огромные деньги на выкуп и охрану Жанны – только ради того, чтобы испортить собственный труд? Отпустить тайком Жанну и при этом имитировать ее казнь, усилить ненависть к себе со стороны французов, покрыть позором свою страну и себя лично? Бедфорд купил билет и пошел пешком?
Впрочем, никто из ревизионистов не утруждается подобным анализом. В ход идет следующее рассуждение: если Жанна была принцессой, тетей короля Англии, то ее не могли казнить. Что за логика! В те времена англичане запросто убивали собственных королей и принцев – особенно во время войны Роз. С какой стати они пощадили бы принцессу-мятежницу? Если бы англичане сочли Жанну англо-французской принцессой, это скорее уменьшило бы ее шансы на спасение (хотя – куда уж дальше).
Пытаясь получить объяснение из первых рук, я связался с авторами-сюрвивистами и попросил у них разъяснений. Только один из них (г-н Жан Рош[11]) ответил мне – 19 мая 2005 года.
И тут выяснилось много всего.
Во-первых, по признанию г-на Роша, нет никаких доказательств, что Жанна осталась жива. Вот так поворот! Так мадам дез Армуаз – не доказательство даже для ревизионистов? Во-вторых, г-н Рош допускает, что Жанна спаслась благодаря некоей сделке между Карлом VII и англичанами. А еще возможно, что Жанну пощадил Бедфорд, по просьбе его жены, которая якобы хорошо относилась к Жанне и обеспечила ей защиту через орден францисканцев третьего порядка, в котором как будто состояла. Такой ответ вызывает слишком много вопросов и замечаний, которые я в тот же день отослал г-ну Рошу:
Даже если допустить некую договоренность между Карлом VII и англичанами, то не проще ли было спасти Жанну, когда она еще была в руках бургундцев, а заодно предотвратить обвинительный процесс против нее, который имел целью опорочить коронацию самого Карла?
Почему Карл VII мог быть заинтересован спасти Жанну 30 мая 1431 года, если он не был в этом заинтересован в октябре 1430 года? Зачем он подверг смертельной опасности свою сестру?
Хотя имеются сведения (Райцес) о том, что жена Бедфорда в составе комиссии, проверявшей девственность Жанны, один раз посетила ее по просьбе мужа, этого явно недостаточно, чтобы просить о помиловании опасной мятежницы. Так каковы были мотивы Анны Бедфорд?
Насколько достоверны сведения о членстве леди Бедфорд в тайном ордене? Какое положение она там занимала? Имел ли этот орден достаточное влияние на лорда Бедфорда, чтобы настоять на освобождении Жанны, если бы захотел?
Если Жанна была освобождена, то почему эта информация, столь выгодная для Англии, замалчивается? Почему французские историки-ревизионисты ничего не нашли в английских архивах? Почему современная Англия не только признает свою ответственность за казнь Жанны Дарк, но и считает ее святой великомученицей?
Дополнительный вопрос: 24 мая 1431 года Жанна под угрозой сожжения была вынуждена подписать отречение. Если бы она его не подписала, ее бы несомненно сожгли. Что изменилось в отношении к ней за последующие шесть дней?
Увы! Не только автор указанной статьи, но и ни один из ревизионистов, ознакомленных с моими вопросами, не ответил на них.
Распространенный довод батардистов – что якобы никто из публики не мог рассмотреть осужденную. Так ли это? Нет, осужденную было хорошо видно с любой точки на площади, а также из окон близлежащих домов. Не менее важно то, что ее хорошо видели английские солдаты. Вся площадь слышала крики гибнущей девушки, а голос Жанны Дарк знал весь Руан, весь гарнизон. Слишком многие люди присутствовали при публичных заседаниях трибунала, а также при сцене отречения.
Абсолютно очевидно, что устроители казни были совершенно уверены: личность осужденной не вызовет ни малейшего сомнения у английских солдат. Так оно и оказалось.
Поль-Эрик Бланрю указывает, что лицо осужденной не было закрыто. Он же приводит список свидетелей, непосредственно готовивших и сопровождавших Жанну на казнь и впоследствии подтвердивших ее гибель: Пьер Кускель, Гийом де Ла Шамбр, Гийом Маншон, Гийом Колль, Никола Такель[12].
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
