императоров Первого мира.
— Ты что творишь? А если кто увидит? — только и смог вымолвить, когда черты Алекс стали меняться на настоящие.
— Дедуля прикроет, — хихикнула она и прильнула к моим губам.
Поцелуй был нежным и таким необходимым мне сейчас, но очень коротким. Закрыл глаза от удовольствия, наслаждаясь долгожданной близостью, а когда всё закончилось, передо мной снова стояла Алекс в облике парня. Быстро же она может менять личины.
— Целый день хотела так сделать, — призналась она, а мы с драконом чуть не замурлыкали, как дворовые коты, греющиеся под лучами весеннего солнца.
— Я тоже, — признался в ответ, помогая любимой выбраться из-за статуи её родственника.
Спасибо, дедуля, выручил!
Надо будет освежить в памяти генеалогическое древо императорской семьи на досуге.
Всё-таки тяжело держать наши отношения в секрете. Мне постоянно хотелось прикасаться к Алекс, целовать манящие губы, вдыхать бесподобный аромат. Приходилось постоянно напоминать и себе, и дракону о причинах, почему мы не можем этого делать на людях. Дракон усиленно притворялся, что искренне не понимает, почему нельзя, но я знал, что он только прикидывается дурачком.
Вскоре мы дошли до лекарского крыла. Алекс собиралась проверить, всё ли в порядке с Эдвардом, насколько тяжёлые оказались травмы, и сколько времени ему предстоит провести на больничной койке. Последнее меня тоже сильно интересовало, но не из-за беспокойства о здоровье одногруппника. Ведь если Эдвард задержится в медпункте на несколько дней, у меня появлялся шанс уговорить Алекс хотя бы ночевать вместе. А там, глядишь, и вовсе переехать ко мне.
Одна мысль об этом заставляла дракона радостно прыгать и хлопать крыльями, а мои штаны неприлично натягиваться в районе ширинки. Сумку с тетрадями пришлось перевесить вперёд, дабы прикрыть непотребство.
Мне же предстояло по просьбе профессора Маира зайти в учебный отдел и забрать какие-то документы для нового декана. Обычно такими вещами занимался Василь, но староста зачем-то понадобился после пар самому профессору. А я решил, что это удачный шанс пообщаться с Абелардом фон Кригером без посторонних глаз и любопытных ушей.
В учебном отделе, когда я озвучил причину визита, мне сунули в руки стопку документов в папочках. Открыв верхнюю из любопытства, увидел фотографию девушки, что согласно записям, недавно перевелась на факультет стихийников.
Странно. Зачем декану боевиков дела студентов с другого факультета? Уже собирался было задать интересующий меня вопрос, когда одна из сотрудниц, низенькая пухленькая гномиха с ярким лиловым начёсом-одуванчиком на голове, ойкнув, подбежала к стеллажу, на котором хранились дела боевиков.
— Гордей, подойди, пожалуйста. Можешь достать вон ту крайнюю папку? — ткнула она куда-то в бок пухленьким наманикюренным пальчиком. Послушно достал нужную папку с личным делом студента, собираясь передать сотруднице, но она только брезгливо отшатнулась. — Ой, нет. Я к нему не притронусь. И тебе не советую. Там документ случайно в выгребную яму попал. Будь моя воля, выкинули бы, но там паспорт. Нельзя.
— А зачем новому декану потребовались эти дела? — решил воспользоваться моментом и задать интересовавший меня вопрос.
— Ой, да кто же его знает? Нам не докладывают, — отмахнулась гномиха, усаживаясь за своё рабочее место. — Сказали собрать дела всех, кто за последние три месяца в академию переводился, вот мы и собрали. Дальше не наше дело. У нас своей работы по горло.
И в качестве демонстрации сильной занятости гномиха щелчком пальцев телепортировала с соседнего стола кружку с ароматным чаем и тарелку с печеньками. Что ей мешало провернуть такой же магический трюк с последней папкой для меня осталось загадкой.
Дабы не отвлекать от важных дел сильно занятых сотрудников, поспешил покинуть учебный отдел. Но, прежде чем направиться в кабинет к декану, свернул в ту же самую неприметную нишу, за которой буквально полчаса назад целовался с Алекс. Похоже, скоро это будет одно из моих самых любимых мест в Академии.
Открыл верхнюю папку и чуть не выронил её из рук. Это было личное дело студента Алекса Берга. Сверху лежал изрядно потрёпанный жизнью паспорт, весь в коричневых разводах и со следом ботинка на нём. Принюхался. Пахнет кофе. Кажется, я начал догадываться, зачем Алекс потребовалось портить документ. Внимательнее присмотрелся к страничке с именем и датой рождения и заметил, что данные немного изменили. Если бы не особое драконье зрение, вряд ли разглядел бы это под пятнами.
— Так вот почему она попросила месяц подождать, — догадался я, когда смог рассмотреть, какая дата была вписана в документ изначально. — У Алекс день рождения через месяц. Значит, что-то должно случиться до или во время него.
Пролистав личные дела остальных студентов, заметил, что все они действительно переводились в течение последних трёх месяцев, как и сказала сотрудница с лиловыми волосами. На всякий случай, достал смартфон и сфотографировал дела ребят, а папку с документами Алекс спрятал в потайной карман сумки.
Что забыл дракон посреди семестра в Академии и почему он интересуется студентами не своего факультета?
Возможно, он и есть тот, от кого прячется Алекс?
И ещё, мог ли он знать моего отца?
С этими мыслями миновал пустующую приёмную и постучал в дверь кабинета декана.
ЭПИЛОГ
В это же время. Департамент тайного сыска
В кабинете главы Департамента тайного сыска было многолюдно. Сам разжалованный глава Вельс Фиш стоял с закованными в антимагические наручники толстенькими холёными ручонками. Рядом с ним непонимающе хлопал глазками, периодически спрашивая, что происходит и зачем он тут, молодой маг Патрик Зифиш, чертами лица, а именно выпученными, словно у рыбы, бесцветными глазками и толстыми губёшками отчётливо смахивающий на бывшего главу Департамента.
За спинами горе-родственников в полной боевой амуниции стояли восемь боевых магов, что должны были сопроводить их для отбывания наказания в приграничные земли Первого мира.
После того как с лёгкой руки известного на всю Столицу юриста Ольги Шварц вскрылись многочисленные нарушения и превышения должностных полномочий со стороны Вельса Фиша и его внебрачного сына, повсеместно инициировались усиленные проверки. Чиновничьи зады с насиженных годами мест полетели просто с фантастической скоростью. Бывшего главу Департамента не спас даже брак с любимой племянницей придворного архимага. Оскорблённая наличием многочисленных бастардов, миссис Фиш не только развелась в рекордные сроки, но поспособствовала тому, чтоб неверного бывшего муженька сослали как можно дальше с её глаз.
Как и любому преступнику, ранее работавшему с секретной информацией, Парику Зифишу стёрли память обо всём периоде учёбы и службы. После такого вмешательства сознание мага могло долго адаптироваться к новой реальности, из которой вычёркивался значительный кусок его жизни. Со стороны это выглядело, словно сознание маленького ребёнка поместили в тело
