Я прильнул к перископу. Никаких сомнений, это был миноносец, почти такой же, как тот, что затонул.
- Дайте пеленг на цель!
- Ноль два ноль.
- Курсовой угол девяносто правого борта. Скорость нулевая.
- Скорость нулевая? - Том Маккэнтс не мог этому поверить. - Что же он делает, командир?
- Я не знаю. Он не может быть тем самым миноносцем, который мы торпедировали. У того должна быть пробоина в борту.
- Но почему же он дрейфует? - недоумевал Фил.
Я пытался разгадать эту загадку. У миноносца был мощный прожектор, и он посылал какие-то сигналы, а наше гидролокационное оборудование улавливало громкий пронзительный звук. Может, нас заманивают в ловушку?
- Это выше моего понимания. Он, должно быть, слушает.
Чем больше я так думал, тем больше мне нравилась эта идея. Предположим, что это неопытный командир, нервничающий от того урона, который мы нанесли, и отчаянно пытающийся запеленговать нас. Может быть, он решил, что стоит рискнуть и лечь в дрейф с тем, чтобы лучше нас прослушивать? Это было бы большой глупостью, но действительно, ему было легче нас услышать, когда его собственные гребные винты остановлены.
Но не было времени обсуждать его мотивацию, так как я знал, что по крайней мере один из более легких кораблей эскорта находится поблизости. Почему бы не начать атаку и не попытаться потопить миноносец? Если мы сможем приблизиться на дистанцию залпа, ничто нам не помешает выпустить в него две торпеды. Затем мы могли бы выстрелить еще двумя по подбитому танкеру, поскольку нам не хотелось дать возможность неприятелю отбуксировать его отсюда.
- Что вы думаете об этой позиции, командир? - спросил Фил с обеспокоенным выражением лица.
- Нечего тут думать. Если этот приятель хочет оставаться на месте и позволить нам выстрелить в него, то наша работа в том и состоит, чтобы удовлетворить его желание.
Он усмехнулся:
- Слушаюсь, сэр.
Мы начали сближение очень осмотрительно и осторожно. Если он действительно замышляет что-то, о чем мы не догадываемся, осторожность не помешает.
- Пеленг на цель. Еще один корабль охранения по курсу с левого борта, идущий в нашем направлении. Опустить перископ... Не думаю, что он нас видел.
Снова налетел дождь, создавая настолько плохую видимость, что мои надежды возросли. Несомненно, никто не заметит наш перископ в такой воде. И все же я был обеспокоен тем, что услышал. Не только звук сонара противника громко звенел у нас в ушах, но и свистящий звук гребного винта раздавался повсюду вокруг нас.
Я снова попробовал взглянуть и дал сигнал боевой тревоги.
Прожектор миноносца был направлен прямо на перископ "Флэшер". Значит, мы где-то допустили грубый просчет. Он нас засек и указывал на нас одному из кораблей охранения. Я начал давать рулевому сигнал опускать перископ. Но прежде чем успел выбросить вниз большие пальцы рук, что-то странное в этом ослепительном свете заставило меня посмотреть снова и издать лихорадочный вздох облегчения.
Прожектор мигал прерывисто. Он никому на нас не указывал; он передавал шифрованное донесение кому-то безотносительно к нам, и наш перископ просто оказался на его пути. И хотя на мгновение мне привиделось, что его донесение читалось как "Прощай, Джордж", я понимал, что он нас не видел.
- Давай с этим разделаемся. - Я вздохнул. - Опустить перископ. Открыть передние крышки.
По телефону отрепетовали команду, а я удостоверился, что индикаторы боевой рубки показали, что все шесть передних крышек торпедных аппаратов открыты.
- Хорошо, приготовиться к окончательным расчетам.
- Готово.
- Поднять перископ. Дайте пеленг на цель! Цель все еще была в дрейфе, но дрейфовала таким образом, что теперь была почти перед танкером. И лишь корма полыхающего танкера виднелась из-под нависшей над ней кормой миноносца. А к нашему левому крамболу быстро приближался ближайший сторожевик.
- Будем атаковать. Начнем с миноносца, а затем атакуем танкер. Приготовиться.
- Есть.
Я тщательно взял прицел на носовую часть миноносца.
- Первый, пли.
Лодка вздрогнула, и я повернул перископ и навел его на кормовую часть цели.
- Второй, пли.
Теперь я повернул его обратно к эскортному кораблю; он был почти над нами. И опять назад вдоль палубы миноносца к его корме, чтобы взять в фокус танкер на заднем плане.
- Третий, пли! - И затем, не меняя пеленга, потому что я не видел никакой части танкера, на которую можно было бы взять прицел: - Пятый, пли!.. Пускай его ко дну!
Воздух из уравнительной цистерны с шумом вырвался в лодку, и мы начали погружаться. Перископ едва успел уйти под воду, когда сторожевик ринулся в свою первую атаку.
Бум!
- Первая торпеда попала в миноносец, командир. - Фил смотрел на секундомер.
Бум!
- Это вторая. Он готов, командир.
Брови Фила подскочили вверх от удивления.
- Боже мой, и третья попала в миноносец! Я кивнул. Судя по времени, это миноносец. Я не поторопился с упреждением при выстреле, что могло привести к промаху.
Бум!
- Командир, - сказал Фил с дрожью в голосе, - этот миноносец, должно быть, разбит вдребезги.
Мы не попали по танкеру, но это подождет. Четыре торпеды угодили в миноносец, в то время как и одной достаточно для такого дела!
Потом мы пошли на глубину, спасаясь от глубинной бомбежки. На этот раз она не была такой жестокой и продолжительной. Несколько бомб взорвались достаточно близко для того, чтобы вдребезги разлетелись электрические лампочки и лодка всколыхнулась, но ясно было, что эскортные корабли не особенно старались, потеряв двух миноносцев охранения конвоя. В то время как мы уходили на юго-запад, экипаж "Флэшер" был в диком восторге.
На этот раз можно было спокойно давать команду вернуться на перископную глубину. Я обшарил через перископ весь горизонт. Распавшийся на части миноносец ушел ко дну. Танкер все еще оставался на месте, и на нем полыхал сильный пожар. Все оставшиеся от конвоя корабли эскорта, чьи мачты мы видели рано утром, были на порядочном расстоянии вдали.
Мои ноги сделались ватными, но поведение претерпело изменения от сдержанности и ликования к ужасному самомнению. Во время нашей первой атаки мы потопили два смертоносных вражеских миноносца и нанесли серьезные повреждения танкеру. Все, что оставалось, - это покончить с ним, и ничто не могло удержать нас от этого.
Не оставалось других целей для выстрела, кроме легких эскортных кораблей, которые не стоили того, чтобы беспокоиться. Поэтому мы неспешно крались на глубине, перезаряжая аппараты, отдыхая и празднуя победу, пока они не ушли. Когда мы снова вернулись на перископную глубину, чтобы еще раз осмотреться, увидели "Бекуну". Эта встреча была нашим первым контактом с одной из своих подлодок с того момента, как донесение с "Хокбилл" стало отправным для атаки, которая продолжалась весь день. Мы всплыли, я обменялся краткими посланиями с Хэнком Старром на "Бекуне", и обе подлодки осторожно проследовали в направлении огромных клубов дыма над гибнущим танкером. Мы обнаружили, что он в одиночестве, и Хэнк пошел своим курсом, а я направил донесение капитану Брайанту, командиру нашей "волчьей стаи", что собираюсь остаться и потопить танкер после наступления темноты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
