другим людям. Но со временем добровольцев стало всё меньше, а потом и вовсе закончились. И тогда стали тянуть жребий. Кто-то пытался бежать, но его участь была незавидной, кто-то защищался, до последнего не желая участвовать в этом. Обороняясь, он мог ранить другого человека, и тогда он получал шанс — в жертву приносили раненного человека, ведь всё равно умрёт, пусть уж на благое дело. В конце Хозяин уже принимал подношение из расчёта один к одному — приносишь одного человека в жертву, второй получает право на выход отсюда. Представляете, что здесь творилось? Люди обезумили… Они превратились в животных, в хищных, опасных животных… Ничего общего с теми «светлыми» людьми, которых ты, Андрей видел в своём сне.
— Откуда ты это знаешь? — обмирая от страха, спросил его Андрей. Инструктор остановился, усмехнулся, глядя на него, и на миг у парня мелькнула мысль, что тот не ответит. Но он с горечью ответил:
— Не один ты видишь сны.
Воцарилось молчание. Андрей с ужасом рассматривал череп, наполовину скрытый пеплом.
— Нам тоже нужно принести жертву? — Лида прижалась спиной к колонне, — ты для этого привёл нас сюда?
— Зачем? — Степан пожал плечами, — сейчас Андрей отнесет нож Хозяину, и тот выполнит его желание — отпустит нас домой. Возьми и часы, вдруг мы ошиблись, и им нужно именно это. Отдай ему вообще всё, что тот не попросит. На кону наши жизни, Андрей, помни это. В этот раз выигрыш должен достаться нам, а не казино.
Степан подошел вплотную к Андрею, взял его за лацкан ветровки.
— Я хочу, чтобы ты понял, — хрипло сказал он и откашлялся, — хочу, чтобы ты твёрдо понял, что это наш последний шанс, Андрей. Если ты всё испортишь… Если ты что-то сделаешь не так, то больше шанса выжить у нас нет. Ты не представляешь, что здесь происходило, а я знаю. Я видел собственными глазами. Я каждую ночь проживал одну из жизней, которая заканчивалась здесь, в этом круге. И свою личную жизнь я так завершить не хочу. Ты меня понял?
Не в силах вымолвить ни слова, Андрей кивнул, глядя в серые, с чёрной дымкой, глаза Степана. Инструктор выпустил лацкан, похлопал по плечу.
Андрей скинул рюкзак, достал нож, положил его на пол. В глубине рукоятки вспыхнул и разгорелся огонь, налилось светом клеймо — змея с крыльями, кусающая себя за хвост. Расстегнул ремешок часов, положил рядом. Подошла Лида, посмотрела сверху вниз.
— Что в них такого? — равнодушно спросила она. — Что они из себя представляют такого, что нас готовы выпустить из этого ада, лишь бы ты вернул их. Степан, ты не видел во сне объяснения? Может, хоть намёк какой-то был на эти предметы?
Инструктор молча пожал плечами. Лида вздохнула.
— Ну, я пошёл, — Андрей собрал с пола предметы, зажал в кулаке, — куда только идти-то…
— Вот в эту дверь, — Степан пересёк холл, остановился у массивной деревянной двери, расположенной в самом конце, — в моих снах они всегда отсюда появлялись.
Андрей подошел к нему. На сердце было тяжело, от страха мелко тряслись руки.
— Ну, я пошёл, — повторил он, потоптался на месте, не в силах решиться, затем с усилием толкнул дверь и вышел наружу.
Глава 13
в которой главный герой получает шанс загадать желание
Тёмное небо низко висело над землёй. Изредка мрачные тучи пронзала серебряная молния, двоилась, ветвилась, ярко освещая всё вокруг. Как только пропадала, мир сотрясал раскат грома.
Андрей стоял на маленьком участке земли, перед ним простиралась пропасть. Затаив дыхание, он сделал шаг вперёд и, вытянув шею, заглянул за край бездны. Мрак, скрывающийся в её недрах, поглощал рассеянный свет, противоположного края не было видно. На дне пропасти что-то ярко вспыхивало в такт сверкающим молниям на небе.
Андрей отошел и с тоской оглянулся. Вернуться бы… И тут раздался глухой шум. Из бездны поднялся чёрно-багровый фонтан, тягуче выплеснул у ног парня дымящуюся субстанцию, заставив того отпрянуть и вжаться в стену корпуса. Лениво растекаясь, лава мгновенно затвердевала, формируя широкие ступени. Чёрная лестница вела вниз, в пропасть. Андрея приглашали спуститься.
Поколебавшись, он поставил ногу на первую, чёрную с красными пульсирующими прожилками, ступеньку, ожидая обжигающего жара и запаха гари. Но ничего не произошло, и он стал осторожно спускаться.
Лестница была короткой, всего несколько десятков ступеней, и Андрей вновь в сомнении остановился. Но тут же из глубины поднялся еще один фонтан, выплеснул следующую порцию чёрно-красной массы, дорастил ступеней и широкую дорожку. С правой стороны лава не опала, а замерла, затем стала ритмично пульсировать, изгибаясь и преображаясь в стену. Прочертились узоры, напоминающие каменную кладку, прорезались очертания колонны. Андрей невольно замер, поражённый этим зрелищем.
Следующая широкая струя фонтана растеклась перед ногами парня, формируя дорожку из чёрно-красного кирпича. Всплеснулась слева, формируя стену с резными колоннами. Над головой сверкнула молния, мгновенно высветив перед ним расстилающийся пейзаж и бездну всего в нескольких шагах. Низкий гул, шум укладывающихся камней, всплеск лавы постепенно складывался в тяжёлую мрачную мелодию, и каждый новый звук гармонично вписывался в этот странный оркестр. Музыка проникала в самое сердце Андрея, заставляя его то сжиматься от безысходности, то задыхаться от восторга. Мелодия то затихала, то поднималась с новой силой, и в такт ей перед парнем строилась дорога, возвышались стены, появлялись колонны.
Тонкий ручеек воды прорезал путь перед ним, заставив перепрыгнуть, вылился в каменное ложе справа, заботливо выстроенное чёрной лавой, зашумел, набирая силу, закрутился, покрылся белой пеной, ударился о нагромождение камней. Мелодия, вобрав в себя шум реки, зазвучала с новой силой, и Андрей, позабыв о страхе, опять задохнулся от восторга, от мрачной торжественности, окружающей его.
С неба спланировала чёрная птица, опустилась на короткую широкую колону. Раскинув кожистые крылья, она вытянула длинную шею по направлению к Андрею, зашипела, закричала. Её крик вплёлся в кружево мелодии, ничем не нарушив структуру, и лишь дополнил и обогатил её. Андрей прошел совсем рядом с «птеродактилем» без опаски, понимая, что здесь ему ничего не грозит.
По левую руку от него прорезались очертания скалы. Послышались звуки ударов металлических инструментов о камень, стоны, лязганье цепей и
