ГОТФРИД ФОН НЕЙФЕН
* * *
Бродил но далеким краямБочар из веселой артели,А был он любителем дам,И там, где бывал он при деле,О деле потом не жалели.
«Хозяин, не нужен ли в домРаботник?» — «А что за работа?»«Работа? Тешу долотом.Я бондарь. Кому есть охота,Я сделаю бочку в два счета».
Он взял из мешка молотокИ обручи вынул для кадки,Он многое вынуть бы мог,Поскольку при добром достаткеДержал инструменты в порядке.
Хозяйка была молодаИ сразу его оценила.«Спаситель послал вас сюда»,—Сказала, пощупав зубило.И дело пошло, покатило.
Вот бочку связали вдвоемНе меньше, чем на девять ведер,—На то и хозяйка: всё в дом.Однако и бондарь не лодырь —Уважил хозяина бондарь!
* * *
«Только услышу, как начали скрипки,Лучше бы, думаю, мне умереть,Чем над качалкой зевать!Ах, убежать бы под майские липкиИ в хороводе с подругами петьИ танцевать, танцевать!Скрипки играют, зыбки скрипят,Малые дети спать не хотят.Милочка, скоро ль тебя укачаю, я уж и света не чаю!
Няня, возьми — у меня нет терпенья —Дитятко на руки, будь так добра,Ты одна можешь помочь.Я бы терпела, когда бы не пенье.Если б не песни всю ночь до утра,Песни и танцы всю ночь.Скрипки играют, зыбки скрипят,Малые дети спать не хотят.Милочка, скоро ль тебя укачаю, я уж и света не чаю».
УЛЬРИХ ФОН ЗИНГЕНБЕРГ
* * *
Госпожа, я мог бы счастье излучать,Но без вашего участья нет житья.«Ах, оставьте! Много проще получатьУтешенье у других. При чем тут я?»Кто теперь меня утешит, кроме вас и бога?«Бросьте глупые насмешки, вы болтаете так много!»
Нет, прекрасная! Единственная, нет!Не отталкивайте преданность мою.«Ах, но разве я давала вам обет,Вашу скорбь нести желала, как свою?»Знайте: я — на грани смерти, сжальтесь над страдальцем.«Ради вашего спасенья шевелить не стану пальцем».
Я утратил вкус к насмешливым словам,Не до шуток, если боль долбит виски.«Ну так что же я должна позволить вам,Чтоб избавить вас от гибельной тоски?»Я бы дал совет охотно, вам помог бы в атом.«Ах, боюсь, что я не скоро обольщусь таким советом».
Ваша холодность и ваш надменный смехСердце бедное мое вгоняют в грусть.«Ваша просьба для приличной дамы — грех,Хватит гневаться, не то я разозлюсь!»Гнев — без пользы, вашу нежность лучше взять в подмогу.«Я клялась мужчин коварных сторониться всю дорогу».
Мне не свойственно коварство, госпожа,Я, ей-богу, без подвоха вам служу.«Если правда все, что молвите, дрожа,Я огромное спасибо вам скажу».Если б это помогало, я воскрес бы, знайте.«Ну тогда воспряньте духом и надежду не теряйте!»
МАРНЕР
* * *
Позор, фон Цветер Регимар,.—Как свой, ты двор чужой подмел,Нос подточил ты, как комар,И четвертушку в фунт возвел.Да, если сам себе не врешь.День вырос в год, стал юн, кто стар;Дрофой стал гусь, скворцом орел,Оленю дал ты речи дар,Как пса, ты волка в дом привел.Но где ты доводы берешь?Ложь льется с языка легко,Как истина для всех.Цедил ты птичье молоко,Носил ты рыбий мех.Трех чудищ ты уговорил:Скупость,Зависть,Ненависть.Ты вор, крадущий слог и стих,Пивко без солода сварил:Хлебни-ка! Прихвостней своих,Хозяин, слушай ложь.
* * *
Я, люди, песню бы своюПропел теперь для вас...Но ждет, как я ему спою,Всяк лишь на свой заказ.Один желает знать о том,Как Дитрих Бернский пал.Второму спой, как королемКогда-то Ротер стал.О нападенье русовРассказа третий ждет.Четвертому поведайПро Экхартовы беды.А пятый заказалКримгильду вспомнить песней.Шестой наказ мне дал:Ему лишь интересно,Где лютичей народ.Так каждый в свой черед,—Разнообразье вкусов! —Припомни, просит, о былом:Как Зигфрид прожил, песню спой,Как Экке кончил путь мирской.Седьмому спой про готов племя,Про подвиг Виттиха и Гейме.Одних любовных песенПотребовал восьмой.Девятый прочь уходит,Соскучившись со мной.Десятый песням рад,Лишь был бы в песне лад,Пропой про то, про се,Он в уши впустит все.О Нибелунгах слушать сказИной всегда готов,Он чувства в этой глыбе закопал.Я для такого нов,Я для такого мал.И песнь, что я слагал,Для множества ушей сейчасКак стук о мрамор топоров.Но я таков:Что, люди, я пою для вас,На то король мне не указ,Я сам хозяин слов.
БУРКХАРТ ФОН ХОЭНФЕЛЬС
* * *
Вьюги завыли,мы дома засели,други, не мы лиустроим веселье?Ну-ка, за мной,—будут подмиги,подсмехи, интриги —в утехе земной.
Будем любезны,но к милым прижмемся,дудки исчезнут —так пеньем займемся.Шлейфы лови:сможешь резвиться,вертеться и виться,—добиться любви.
Братцы, стремитесьуспеть за фортуной,каждый займитесьизбранницей юной:сладостный труд!Грейте же рукина бедрах подруги,—ведь годы идут.
Братцы, влеченьетиранить не надо:страсти значеньеусилит преграда.Кстати, любовьнеоспоримоволнует незримовозлюбленным кровь.
Радость, храни жеот горя и скуки!Ну-ка, поближе,угрюмые буки!Если подружкасмотрит с насмешкой,лучше не мешкай:готова ловушка.
* * *
Солнце жаркостью могучейВолны воздуха согрело,И пустился дождь брызгучийОсвежать земное тело.Расплодилась радость в гнездахОт укромного зачатья:Это сделал свежий воздух,—Разве, братья, стану врать я!Благодатью и просторомДышит мир, открытый взорам
Душно в спальне и в столовой,С крыши вьются ливня стружки:Влезть в сарай — совет толковый,Он от опытной старушки.Все заботы позабыты,Вce печали улизнули —В пух и прах они разбиты,Смяты в пляске и разгуле.Благодатью и просторомДышит мир, открытый взорам
Сладкозвучные мотивыБоль утрат смягчили нежно.Стали снова те, кто живы,Обращаться безмятежноК мыслям о делах счастливых.Кто способен веселиться,От любовных мук тоскливыхЛегче сможет исцелиться.Благодатью и просторомДышит мир, открытый взорам.
Выше слов моя подруга!А бутон в прическу вложит —Ослепит, как солнце Юга:Кто взглянул, грустить не сможет.Это знают очевидцы,А моя душа особо:Там сумела утвердитьсяЭта чудная особа.Благодатью и просторомДышит мир, открытый взорам.
ТАНГЕЙ3ЕР
* * *
Как весел, кто несется вскачьПо апулийским нивам...Уймись, душа, и зависть спрячьК тем вольным и счастливым.Поет охотничий рожок,Ручей ласкает око...И милый девичий кружокЯ вижу издалека.
По своему желанью яТеперь расстался с вами:Не сокола пускаю, не за лисой гоняюсь,Уже не я за ланью теперь скачу лесами,Не я венок сплетаю и розою пленяюсь,Не ты меня приветишь,Зайдя со мной в траву,В саду меня не встретишьСредь юношей пригожих: я по морю плыву.
Себе порой я в тягость сам,Мне нет нигде покоя —Сегодня здесь, а завтра там —Желание такое!Мотаюсь я по свету,И хоть легко поется,Нудь утро или вечер,С тяжелою заботой душа не расстается.
Все напрягаю силы,Чтоб в мире, полном зла,Вода не поглотила,Земля не подвела.Но пусть я в платье драном,Пускай я нищ и наг,Закрыта даль туманом,А в сердце метит враг,—Я все равно не струшу,Я муки все приму,И верность не нарушуВсевышнему владыке, владыке моему.
Кто был, как я, бедою бит,Не чаял избавленья?Мне стал бы гробом остров Крит,Но дал господь спасенье.Однажды бурей злоюМеня к скале прижало,А в этом — я не скрою —Веселенького мало.Когда сломались весла, смекните, что случилось!Порвало парус в клочья, пустило по воде.Мне все гребцы сказали, что им не приходилосьТерпеть, как этой ночью, и я скорбел в беде.На море шторм продлилсяТак до шестого дня.Я от него не скрылся,Он, наравне с другими,Не миновал меня.
Двенадцать яростных ветровНа судно нападали —То с африканских берегов,То из турецкой дали.Был шторм свиреп и бешен,Крутил с нездешней силой...За то, что я так грешен,Господь меня помилуй!Моя вода закисла, сухарь мой черств и горек,Протухла солонина, кислятина вино,Вонь, что смердит из трюма,Не лучший спутник в море,Я предпочел бы розу, когда бы суждено.Горохом и бобамиНе кормится душа:Захочет бог быть с нами,Тогда любая пищаМне станет хороша.
Ах, тот, кто движется вперед,Счастливейший на свете!А я все жду, когда придетКо мне попутный ветер!Сирокко шел с востока,Летела трамонтана,Зюйд-вест трубил жестокоС пустыни океана.Мистралем обжигало и греческим пронзило,Норд-ост дул и Арзура, Левант им отвечал,Подуло африканским, турецким просквозило,Одиннадцать свистели, двенадцатый крепчалУзнать бы их не многоНа суше я успел.Я шел во имя бога,—Лишь так, а не иначе,—Что б я ни претерпел.
* * *
Ловко в мае пелось,Пел я, как хотелось,Слышно далеко.Юные просилиПесен в дни весны.Под ветвистой кронойЯ свои канцоныСкладывал легко.Да, меня любилиИ со мною былиВеселы, вольны.Как жилось отрадно,Как певалось ладно!Ах, но минул сон:И поет нескладноТот, кто был изрядноПрежде одарен,Но свой дар промоталВскорости нещадно.Теперь я тяжко, трудноСлагаю эту песню.Душа ее пуста.
* * *
Не знался б ты с бедою,Будь милая с тобою.Плясал бы в буйном раже,От счастья прыгал даже!Любовь — прыгунья та же:То есть она, то нет.Ищи ее получше,Спеши за нею вслед.
Смотри, как водит нас,Танцуя, кружа!Ах, где-то сейчасМоя госпожа?Я прыгаю пред неюИ на нее глазею.Смотрите, что за ножкиУ этой милой крошки!Как сладостны шажочки!Как пламенеют щечки!..
МЕХТХИЛЬД ИЗ МАГДЕБУРГА
