– Господи! Неужели ты собираешься оставить ее на борту? – Молчание Рейдера подтвердило его догадку. – Это же сущее безумие! – воскликнул Бастиан, бросаясь прочь, затем останавливаясь. – Ты видел, что она сделала с командой. Они бегают за ней как собачонки. Если придется сражаться, Вул-вич наверняка хлопнется в обморок или примется умолять тебя не вступать в битву с противником. Возможно, она даже заставить тебя встать на колени перед Беном Харвеем и умолять его о пощаде. Опомнись! Ты же знаешь этих женщин. Она уже вьет из тебя веревки. Ванна! Одно это чего стоит!
– Если я решу оставить ее, Бастиан, я непременно сделаю это, черт возьми! – зловеще прохрипел Рейдер. – И нечего мне указывать. Убирайся!
– Кто-нибудь тебя все-таки образумит, – скрипнул зубами Бастиан. – Боже мой! Если она останется, скоро ты сам не заметишь, как начнешь развешивать на стволах пушек ее нижние юбки, а пороховой склад превратишь в детскую! Сам же говорил, что семя, попавшее в…
– Черт возьми! Я достаточно тебя наслушался! – Рейдер весь напрягся от гнева. – Я все решу сам, а если ты скажешь еще хотя бы одно слово, клянусь, высажу тебя на остров без воды и одежды!
Побледнев, Бастиан резко повернулся и удалился. Некоторое время Рейдер стоял на палубе в полном одиночестве. Его приподнятое настроение быстро улетучилось. Конечно, нельзя винить во всем Бастиана. Во многом виноват он сам.
Рейдер так сильно желал Вул-вич, что забыл обо всем на свете, в том числе и об ответственности перед своими людьми. Глядя на беззаботно танцующие волны, он понял, что только ухудшил и без того сложную ситуацию. Рейдер чувствовал, что не может отказаться от Блайт, что его снова непреодолимо влечет к ней. Теперь, вкусив ее сладость, он жаждал ее снова и снова.
Господи, что же делать? Блайт Вулрич по своей сути глубоко порядочная девушка. Кроме того, она принадлежит к высшему обществу и живет по его законам. После всего случившегося свет наверняка отвернется от нее. Блайт будет страдать от всеобщего презрения. Боже, что он натворил! Он погубил ее, поступил как последний подонок, воспользовавшись ее слабостью и неопытностью. Рано или поздно Блайт это поймет. И даже упиваясь их близостью, она будет считать, что совершает большой грех. Золото в ее глазах постепенно превратится в свинец. Блайт наверняка сочтет себя падшей женщиной.
Рейдер побледнел, чувствуя в душе пустоту. Как же он может оставить ее на борту, если не знает, что случится с ним через минуту? Пират есть пират. Никто не застрахован от гибели. А если у Блайт появится ребенок?
Проклятие! Рейдер с надеждой посмотрел на небо, желая, чтобы его сейчас поразила молния, положив конец этим жалким причитаниям. Но над ним приветливо сияло ясное солнце, небо было голубым и безоблачным, а море – тихим и ласковым.
Впрочем, Рейдер знал, что ему делать: он отправит свою Вул-вич домой.
ГЛАВА 13
Наблюдая за Ричардом, который сновал туда-сюда, таская бесчисленные ведра горячей воды, Блайт не могла поверить своим глазам. Только когда он удалился, кивнув на прощание, она убедилась, что посреди каюты действительно стоит деревянная лохань, почти до краев наполненная горячей водой.
Блайт соскочила с койки, прикрываясь покрывалом, на цыпочках приблизилась к лохани и осторожно попробовала воду. О, как раз то, что нужно! Схватив кусочек мыла, Блайт сбросила покрывало и залезла в воду.
Какое блаженство! Как давно она не принимала горячую ванну! О, это просто восхитительно! Блайт с нежностью подумала о своем благодетеле. Говорят, подарок заключает в себе частичку того, кто его дарит. Ей казалось, что блаженство от прикосновения к коже горячей воды сравнимо разве что с прикосновениями разгоряченного тела Рейдера Прескотта.
Перед ее мысленным взором возникло его точеное лицо с чувственным ртом. Она начала медленно намыливаться, представляя, что это Рейдер ласкает ее своими умелыми руками. Неожиданно Блайт почувствовала себя такой счастливой, как никогда в жизни.
Она желанна, и этим все сказано. Прочь мысли об ответственности, обязанностях! Рейдер хочет ее, потому что она дарит ему наслаждение и, возможно, немного радости. А для Блайт быть желанной – почти равносильно тому, что быть счастливой. Рейдер Прескотт победил все ее страхи и сомнения, подарил радость и величайшее наслаждение и… назвал красивой. Теперь Блайт действительно ощущала себя красивой!
Ричард уже два раза стучался в дверь, и Блайт дважды прогоняла его, желая как можно дольше насладиться удовольствием, получаемым от горячей ванны. Затем она долго одевалась и причесывалась. Блайт облачилась в новое бархатное платье, которое сама сшила из роскошных нарядов, обнаруженных в сундуке Рейдера. Это платье казалось ей слишком роскошным, чтобы носить просто так. Но сегодня у нее появился повод его надеть. Цвет бархата напоминал цвет глаз Рейдера – такой же изменчиво-зеленый, то ласкающий, то холодный. Блайт блаженно вздохнула, чувствуя себя легкой и расслабленной.
Наконец Ричард принес уже трижды подогретый завтрак. Блайт с улыбкой извинилась за то, что провозилась так долго. Ричард, конечно, тут же растаял и принялся с энтузиазмом таскать воду обратно из ванны.
Блайт наслаждалась каждым кусочком, попадающим ей в рот. Да, завтрак был просто великолепен! А какой ароматный чай! Покончив с едой, она с удовольствием откинулась на подушки.
Перед полуднем в каюту зашел Рейдер. Блайт торопливо поднялась ему навстречу, вся сияя от счастья.
– Извини, что я так долго занималась своим туалетом, но ты тоже виноват в этом. Ванна была восхитительна. Спасибо.
Рейдер только кивнул, стараясь не пожирать ее глазами, но она была так красива, так желанна…
– Это, – прохрипел он и поспешно откашлялся, – … платье, которое ты сшила?
Рейдер не отрывал взгляд от выреза платья, обшитого бельгийскими кружевами.
– Да. – Блайт повертелась во все стороны, давая себя рассмотреть. – Тебе нравится? Я хотела сделать его более будничным, но кружево оказалось таким красивым, что я не удержалась и украсила им платье.
Она остановилась перед Рейдером, глядя на него сияющими глазами. Ее полуоткрытые губы и пылающие щеки говорили о том, что она жаждет его прикосновений.
– Ты… очень искусная портниха, – пробормотал Рейдер, направляясь к книжной полке.
Блайт было лестно это слышать, но почему он так натянуто улыбается? Она не знала что и думать.
– У меня большая практика. – Блайт с тревогой наблюдала за его бесцельным хождением по каюте. Сегодня Рейдер определенно был каким-то другим.
«Он собирается мне что-то сообщить», – вдруг догадалась Блайт и поняла, что любые его слова будут ужасны. У нее даже похолодели руки и бешено забилось сердце.
