от мамы с папой.
— Откуда? И незаметным как ему казалось, начал двигать руку к ножу.
— Ццц, не так быстро! Даже и не пробуй! — мой тон стал урожающим.
— Видимо поняв это он спросил: — Чего ты хочешь?
— Странный вопрос? Денег для себя и моих людей. Я не хочу после того как меня не станет, они в любом случае не голодали. Я видишь ли привык, всегда заботиться о СВОИХ людях. Так что если у тебя есть плохие мысли, ты просто выброси их головы.
— А что вы понимаете под своими людьми? — его тон неуловимо изменился.
— Это люди в силу каких-либо причин работают на меня, но это всегда добровольно. Того кто работает за деньги, всегда можно перекупить.
— Попробуй перекупить Гошу. Это маленький гоблиненок потерявший в набеге всю свою семью. Или кого-то из воинов. Потом расскажешь сколько зубов тебе это стоило? И я с жизнерадостной улыбкой: — Продолжим?
— Сколько времени тебе на это понабится?
— Три дня, милорд!
Да! Вот уж кого прорабом к нам на дороги!
— Мне нужен художник, на день другой.
— Два резчика по дереву.
— Найдем.
И распусти слухи, что мол из вольных баронств привезли новую игру, но показывать и учить будут не всех, а только тех, кто заранее купит место за столом. Игра для бедных. Сколько зарабатывает простой плотник?
— Нуу…
— Не мямли! — рявкнув я вдруг на него по армейской привычке.
Он мгновенно подтянулся: — До двадцати серебряных.
Так, средний доход — пол серебряного в день. Пятьдесят медяков, значит отдать тридцать в месяц это нормально.
— Итак Сивый, вход десять медяков. Ставка на карточку десять.
— На какую карточку?
— Увидишь. Пока только запоминай. Десять столов на десять человек. Один для крупье получше.
Он все еще не понимал. Игра, у каждого игрока карточка с номерами. Крупье не глядя достает бочонок с цифрой и громко говорит его вслух.
— Все сдали по десять медяков НАМ! За вход! Сколько будет?
Он стал морщить лоб.
— Не парься это тысяча! Тысяча медяков — это десять серебряных. Десять серебряных в месяц это триста серебряных. И это только за вход! А если таких домов по столице десяток?
Надо было видеть его лицо!?
— А если выпить, закусить? Плюс крупье получает долю, а если сыграли раз пять-семь за вечер?
Казалось распахнуть глаза шире не возможно. Но он смог!
— Барон вы великий человек, я поначалу хотел вас — того. Но….
— Можешь не продолжать. Чего народу вечером делать? А так вечером, своя компания, пиво то се….
— Сивый ты понимаешь, что в таких местах должно быть тихо как в могиле? Ограбь одного двух и народ не пойдет.
Он задумался.
— А так идут добрые соседи домой, никакой поножовщины. Все чинно и благородно. А заведение играет допоздна. У вас тут и развлечений — одни кости и шулера при них.
— А беспалому только шестьдесят?
— Ага!
— Вы покойник милорд! — твердо посмотрел он на меня.
— Нуу, не все так мрачно! — я улыбнулся как полный придурок. Можно отдавать и сто. Но есть ведь и следующая игра — для дворян. Какие там деньги?
Он ошалело смотрел на меня?
— Так там денег, в десятеро больше! Он теперь будет холить меня и лелеять! — с видом полного придурка я опять уставился на него. Вот, найдешь меня завтра в «В мече и подкове»
Ох ох ох, чтож я маленьким не сдох?
Подключился к «Мегафону» — и горя не знаю! Только позор и унижение… — веселящийся Сим мгновенно влез со своей шуткой. И даже не дал посублимировать.
— Сим, а он мог убить меня?
— Тебя? Нет! Ты сейчас — Цицерон, быстрее раза в два. Да и я присматривал.
— Это как?
Но его уже как всегда не было.
Вспомнил я кстати, почему в центре да и не только — так чисто. Рассказал мне об этом случайный собеседник в лавке, где я покупал специи. Кто-то из магиков.
Провинившихся студентов магиков, не лишали сладкого, а отправляли на уборку улиц. Дабы они дополнительно тренировались. В центре на горе, маги водники вытянули несколько водяных жил и поэтому по канавам всегда текла вода. Маги земли укрепили стенки канав, а воздушники сдували мусор, огневикам. А поскольку городу и академии не одна сотня лет?
Причем им приходили на помощь и другие студенты и тогда разносилось их лихое:
Бросим все премудрости,
Побоку учение,
Наслаждаться в юности,
Наше — назначение!
А мое назначение идти петь песни с вагантом. Скоро он станет местной звездой.
У меня собачья жизнь, но я не жалуюсь, кроме меня некому. Эти дети природы без меня просто погибнут. Их разведут на бабки и кинут. Скоро неделю я здесь, а пока только расходы. Все! Завтра буду заниматься гостиницей.
На конец-то я добрался до койки!
Но на этом все только началось. Едва заснув, я оказался в знакомой башне. Мля! Аспирант! Ты задолбал меня своей простотой!
— Чего тебе на этот раз?
— Знаний! — и с таким пафосом, что мне резко похорошело.
— Тащи вина! Давай так, сначала спрашиваю я. Потом ты. Хорошо?
— Хорошо…, - в голосе вагон разочарования.
Выпили…
— Где я нахожусь?
— В Сеарте.
— А что это? Страна, город, планета.
— Страна! А что такое планета? — сразу же последовал вопрос.
— Позже! Кто правит?
— Совет магов.
Ох, и не хрена себе.
— Способностей к магии у меня совсем нет, — огорченно произнес я. Меня не приняли в академию, за полным отсутствием способностей. Там даже иллюзии не удаются.
— А кто проверял твои способности?
— Толи магистр, толи профессор.
— ВОТ! Все эти профессора недоучки! Закрывают людям магию. А на шее у тебя что? — последовал следующий вопрос.
— Какой-то артефакт второго рода, как сказал артефактор.
— А он зачем? — вкрадчиво, ласковым голосом спросил он.
— А я знаю?! Познаватель?! Ловушки открывает вроде.
Он засмеялся воистину сатанинским смехом, непередаваемо торжествующим. — Недоучки! Твой миленький паучок, в первую очередь прикрывает владельца! — голос его и осанка изменились. Он вещал! Плечи расправились, а в его сутулой фигуре появилось что-то вальяжное. — Джок твоя вещица очень ценная штука, береги его как самую большую ценность. Тебя постарается убить каждый маг за обладание ей. Пока твои способности невелики он прикрывает тебя от чужой магии. Тебя не видно другому магу. Ты выглядишь для него простым человеком и тебя не опасаются! Понял! Тебя в упор не замечают.
Все гениальное просто! — меня перло.
— Сними его как в прошлый раз. Я снял паука и автоматически сунул его в карман.
Теперь зажги огонек. У меня в руке моментально зажегся огонек
