Проходит довольно много времени, и Клод останавливается. Он крепко привязывает Александра к дереву и уходит. Тот пытается освободиться, но силы быстро оставляют его. Путы врезаются в тело, да и если бы ему удалось вырваться, бежать он уже не в силах. Теперь уже нет.
Клод быстро доходит до места, где деревья немного расступаются. Оттуда он в разных направлениях посылает условный сигнал. Две длинные вспышки, две короткие, одна длинная. И ждет.
Наконец приходит тот, кого он ждал.
Клод протягивает руку. Поль Бланшар машинально пожимает ее.
— Можно погасить фонарь, луны достаточно. Вы принесли жесткий диск?
Бланшар отдает диск. Клод прячет его под курткой.
— Нервничаете?
— Где он?
— Идите за мной. Вы выбрали… бейсбольную биту?
— Вы сказали, что нужно обойтись без шума. Я с самого начала решил, что надо использовать биту. Но…
— Что — но?
— Ничего.
Его голос заметно дрожит. Бланшар, судя по всему, плохо владеет собой. Клоду это не нравится, он расставляет точки над «i»:
— Не забывайте о том, что он сделал. Вспомните его порочную улыбку. Он отнял у вас самое дорогое, что у вас было, а сам наслаждался счастливой жизнью с женой и сыном. Что мы с вами сейчас делаем?
Выражение глаз Бланшара меняется.
— Мы вершим суд.
— Мы вершим суд. Мы спасаем вашу семью.
Пока они идут, Клод не замолкает ни на минуту. Нужно, чтобы в памяти всплыло все самое горькое, чтобы человек пришел в бешенство. Бланшар открывает бутылку, делает большой глоток. Внезапно он замечает тело, лежащее у подножия большого дерева. Его охватывает злость.
Он сделает это. Он пойдет до конца.
Клод становится перед ним.
— Что бы ни случилось, мы не станем отвязывать его от дерева. Он выглядит слабым, но это одно притворство. Этот человек очень, очень опасен, и вы это знаете.
Не услышав ответа, Клод подходит совсем близко.
— Не трогайте кляп… Да, и последнее. Если вам будет трудно нанести последний удар, просто отведите глаза. Все произойдет само собой.
Бланшар кивает. Клод упирается двумя пальцами в его подбородок и заставляет поднять голову:
— Скажите мне, что вы довольны, что вы рады быть здесь.
Бланшар отталкивает его руку. Он молча, не шевелясь, смотрит на скорчившегося человека. Потом медленно идет к нему.
Александру хватает нескольких секунд, чтобы понять: это он. Отец сбитой им девочки.
В тот же миг он чувствует, как из желудка к горлу поднимается жгучая жидкость. Он кашляет, задыхается, его щеки надуваются, рвотные массы забивают дыхательные пути. Из ноздрей течет красно-коричневая жижа.
Бланшар отступает на два шага, он явно в панике. Он оборачивается к Клоду, который стоит неподалеку, прислонившись к дереву.
— Он захлебнется своей рвотой, черт возьми!
— Поднимите биту. И убейте его.
Бланшар бросается вперед и становится на колени. Он отдирает слои клейкой ленты, ему удается вытащить кляп. Александр откатывается на бок и сплевывает. У него нет сил подняться, он лежит, словно выброшенная на берег умирающая рыба.
Бланшар пятится. Какое жуткое зрелище, какой кошмар! В человеке, лежащем у его ног, не осталось ничего от омерзительного, наглого существа, превратившего его жизнь в ад. Он в ужасе поворачивает голову.
Рука Клода тяжело ложится на его затылок.
— Уже поздно отступать, не так ли? — сухо говорит Клод. — Я знаю, что это трудно, но вы хотели этого не меньше, чем я.
— Я… Я ничего не хотел. Вы сами нашли меня. Вы…
Клод толкает его вперед.
— Давайте, быстро и сильно, одним ударом. И покончим с этим. Дороги назад уже нет — вы поняли? Он разрушил вашу жизнь, жизнь вашей жены! Убейте его!
Бланшар нехотя идет вперед, его раздирают противоречивые чувства. Он стоит рядом с Александром, а тот медленно поворачивает к нему голову.
— Не смотри на меня! — орет Бланшар. — Ты… Ты это заслужил!
Он стискивает биту. Александр пытается что-то сказать. Бланшар наклоняет голову:
— Что ты говоришь?
Он нагибается чуть ниже и разбирает слова:
— У меня под комбинезоном… Возьмите…
Бланшар, недоверчиво глядя на него, выполняет просьбу. Берет в руку шарик из красной бумаги, в недоумении рассматривает его.
— Мячик… моего сына… — шепчет Александр. — Вы… не могли бы… отдать ему? Ему… восемь лет. Он… ждет, что мы… поиграем в футбол…
Бита падает на землю. Бланшар отступает, спотыкается о корень, а потом мотает головой:
— Я не могу. Нет, нет, я не могу…
Рука хватает его за плечо, поднимает с земли.
— Вы должны лишить его жизни, — настаивает Клод. — Он сотворил зло! Он сотворил зло!
Бланшар поднимает биту, смотрит Клоду в глаза и протягивает биту ему:
— Я не могу, это слишком трудно. Сделайте это сами.
— Но… Я не могу убить его, я всего лишь посредник! Это ваше дело! Вы должны сделать это!
— Да идите вы к черту!
И он убегает в лес, унося с собой бумажный шарик.
Клод, не веря своим глазам, смотрит, как он исчезает в ночи. Потом поднимает голову. Справа, с кучи листьев, вроде бы доносится смешок. Александр плачет и смеется одновременно в присутствии палача, не способного испытывать жалость.
Клод хватается за голову, широко открывает рот, но не может издать ни звука. Неужели он ошибся?
Почему? Почему? Почему?
Он угрожающе смотрит на Александра. Все, ради чего он существует вот уже столько лет, внезапно превратилось в пыль. Он медленно поднимает биту, сует ее в мешок, потом отвязывает веревки от дерева.
— Встать.
Его голос ничего не выражает, он кажется мертвым. Он хватает Александра под руку и волочит его по сухой листве — десятки, сотни метров.
От человека в капюшоне осталась только тень.
Опускается брезентовый тент фургона, хлопает дверца. Раньше Клод привозил тела обратно только в мешке. Он выезжает из леса, возвращается в цивилизованный мир, городские огни снова придают ему сил. Пальцы, мертвой хваткой вцепившиеся в руль, понемногу расслабляются. Мысли проясняются, и вскоре к нему возвращается уверенность в собственных силах. В конце концов, этот тип — всего лишь песчинка, случайно попавшая в отлаженную систему. Рано или поздно такое должно было случиться. И даже если этот сукин сын заговорит, никто никогда не сможет выследить его, его пленников… В любом случае, он никогда ничего не скажет.
Что же касается К., то до конца своей жизни он будет раскаиваться в подземелье.
Вскоре Клод приводит своего пленника обратно в подземную тюрьму, в бесконечные коридоры, вдоль которых тянутся камеры. Пальцы с черными ногтями хватаются за прутья, серые лица прижимаются к холодному металлу, наблюдая за возвращением человека, которому не посчастливилось умереть.
Белый как мел Александр поворачивает голову. Он кричит, бьется, а потом, израненный, падает на пол. Его потерянный взгляд встречается с глазами других пленников.
Его проводят мимо камеры, потом тянут в другую сторону. Он знает… Он знает, что к человеку в капюшоне, демонстрирующему его другим несчастным, вернулась прежняя жестокость.
Он разбит, он обезумел, но все же чувствует, как его раздевают и швыряют в другую камеру.
Может быть, его изолировали от остальных, чтобы наказать. Наверняка чтобы свести с ума. Но Александр больше не боится безумия. Напротив, он ждет его.
Совершенно голый, он подползает к задней стене камеры и съеживается там, обхватив руками обритую голову.
Он ищет красный шарик, но его больше нет.
Сегодня вечером Александр не получил право стать свободным.
И в этом он может винить только Бланшара.
Если он когда-нибудь выйдет отсюда, он убьет его.
56
На этот раз Доротея решает не убегать, как она делает обычно при каждом своем появлении, если ситуация оборачивается не в ее пользу. Она быстро окидывает взглядом место, где оказалась. Квартира ее сестры… Ее глаза встречаются с глазами Жюли Рокваль.
