НОВАЯ ВОЛНА
СООТНОШЕНИЕ СИЛ в оргкомитете «Народного фронта» менялось еще и потому, что в него вступали представители новых групп, осваивавшие азы политики в «Гайдпарке». Они были настроены не на дискуссии о конструктивной программе, а на действие. Под действием понималась все та же правозащитная работа, которую старые группы вели уже как минимум с 1986 года.
Почти сразу между стариками и неофитами начались трения. Новые участники движения хотели дела, а не идеологических обсуждений.
С. Станкевич, наблюдавший неформальное движение с 1987 года, а теперь, 4 июня, организовавший вместе с Георгием Гусевым группу «Народное действие», вспоминал о дебюте своего товарища на политическом поле: «Идея Гусева – нужно действие, воздействие на бюрократов конкретно. Его привел Иванцов в подвал „Факел“, где проходила лекция. После нее Гусев изложил свою программу – помощь людям, судиться с партократами. Шубин сказал, что не нужно создавать нового, и так много групп. Пора консолидировать силы. Гусев тоже был за консолидацию, но иного рода: „не нужно идеологических дискуссий, они не важны“. В „Народном действии“ помимо Станкевича тусовались и будущие аппаратчики „Демократической России“ – Шнейдер и Боксер.
Ярким явлением был «философмарксист» А. Федоровский. Только что появившийся на общественной арене, он немедленно стал претендовать на лидерство в «Народном фронте». Его первые действия стали вызывать раздражение старых групп. Сразу после форума 12 июня была распространена листовка от имени «Народного фронта», на которой значились координаты Е. Дергунова (Федерация социального объединения) и А. Федоровского. Листовка приписала инициативу создания «Народного фронта» Федерации социалистических общественных клубов и философским клубам «Единство теории и практики марксизма-ленинизма», о которой в оргкомитете узнали из этой листовки. По версии листовки, начало создания «Народного фронта» провозглашено на собрании 500 человек из 40 организаций[179]. На самом деле Дергунов знал о том, что за создание фронта проголосовали представители 18 объединений, и никаких «философов» среди них не было. Это видно из статьи Е. Дергунова, вскоре опубликованной в самиздате[180]. Так что выпячивание роли философовмарксистов исходило, по всей видимости, от философа Федоровского. Листовка была воспринята как попытка неофитов приподнять свой авторитет. Но в горячке июньских событий старики сочли этот симптом случайностью, следствием политической неопытности. Тем более что Федоровский, Дергунов, Гусев и другие новички активно включились в работу.
Были и другие персонажи, в тот момент внушавшие куда большие опасения. Разочаровавшийся в «Памяти» ее бывший активист А. Яцковский, который теперь вошел и в ФСО, и в «Народное действие», заявил о начале формирования охранных отрядов фронта и стал призывать к решительной силовой борьбе. Вскоре после этих событий он тоже исчезнет, ничего заметного, слава Богу, не создав. Венцом его охранной деятельности стало стаскивание с трибуны одного из ораторов на заседании оргкомитета уже после его раскола. В конце июля Яцковский был изгнан из рядов «фронтовиков» за антисемитизм.
Активистов старых клубов смущало то, что редко удавалось встретить более чем двух-трех членов новых клубов. Но они получали такое же представительство в оргкомитете, как и группы, доказавшие свою работоспособность. Так возникла проблема представительства. Неформальные организации имели непроверяемую численность. Более того, работоспособность организации не зависела от формальной численности. В июне казалось, что в «Народный фронт» вот-вот пойдут тысячи граждан. Но этого не произошло. Группы делились на старые, которые уже что-то доказали своими действиями, и новые (иногда – сверхновые однодневки), которые могли только обещать, что что-то совершат в будущем. Численность тех и других не поддавалась учету.
ОБЩЕСТВЕННЫЙ НАКАЗ НЕФОРМАЛОВ
12 ИЮНЯ в ДК «Энергетик» собралось завершающее заседание форума по составлению «Общественного наказа». Обсуждение стало более камерным – в центре внимания был текст наказа. Несмотря на многочисленные идеологические разногласия присутствовавших в зале людей, 12 июня жесткого противостояния не было.
Вспоминает В. Прибыловский: «На сцене шла борьба вокруг слова „социалистический“. Верховский старательно штопал компромисс. „Общинники“ защищали слово „социализм“, но тоже стремились к компромиссу. Исаеву слово было очень дорого, но желание объединить всех – дороже. Поэтому оно где-то осталось в одном месте, а в двух исчезло». Остался демократический социализм на видном месте – он возглавлял перечень лозунгов, завершавших наказ.
После выяснения «социалистического» вопроса дело пошло легче. Подробно обсудили правовые формулы общедемократического характера. Несмотря на то, что выступавшие довольно эмоционально обвиняли комиссию в отсутствии тех или иных положений, высказывавшихся раньше, обсуждение было конструктивным: редакционная комиссия включала в текст почти все предложения. Получился свод демократических и правозащитных требований, который с теми или иными вариациями повторялся в программах демократических движений и партий до 1991 года.
В наказе говорилось: «Преобразовать партию из организации, управляющей от имени народа при помощи переродившейся касты партократов, в действительно политическую организацию; для этого она должна быть полностью лишена властных функций, передаваемых в Советы и органы государственного управления, что должно найти отражение в законе о партии. Статья 6 Конституции должна быть соответствующим образом изменена… Вся полнота власти должна быть передана Советам… Рассматривать становление подлинного самоуправления на производстве в качестве главной стратегической задачи реформы в духе демократического социализма». В тексте было и разделение КГБ на три ведомства, и политическая амнистия, и полный набор гражданских свобод. От документов «Демократического союза» «Общественный наказ» принципиально отличался экономическим разделом, отданным на откуп «Общине». Зал проголосовал за ее экономическую программу: «Создать при Советах различных уровней органы, координирующие экономическую деятельность предприятий соответствующего подчинения. Эти органы должны состоять из представителей советов трудовых коллективов координируемых предприятий.
Советы трудовых коллективов комплектуются из делегатов советов цехов и распоряжаются фондами предприятий.
Советы цехов комплектуются из представителей бригад и распоряжаются фондами цеха.
Необходима постепенная ликвидация государственного заказа.
Считать целесообразным передачу земли стабильно убыточных колхозов и совхозов в бессрочную аренду сельскому населению».
«Общинники» были очень довольны – наконец их экономическая программа получила всеобщее признание демократов. Увы, торжество было недолгим. Вскоре выяснилось, что большинство неформалов просто не желают вникать в экономические тонкости.
«Община» выступила и представителем экологического движения – s наказ вписали его важнейшее на тот момент требование: «приостановить строительство объектов, не прошедших экологической апробации».
Наказ завершался лозунгами, которые объединяли большинство инициаторов «Народного фронта» и были хорошо понятны всем (хотя каждый понимал их по-своему):
«Да здравствует демократический социализм!»
«Да здравствует единство прогрессивных сил коммунистической партии и широкого демократического движения!» «Да здравствует революционная перестройка!»[181]
Конференция приняла «Принципы организации и основные цели „Народного фронта“, сформулированные в абстрактно-демократическом стиле и не упоминавшие социализма.
На митингах «Гайд-парка» развернулась агитация за «Народный фронт» как перспективу массового движения. Де-факто в стране возник единый фронт неформальных политических организаций (кроме «Демократического союза» и «Памяти»). Но его сразу же стали раздирать разногласия. Вскоре после конференции Г. Пельман высказал опасение, что «Московский народный фронт» может стать «комсомолом для взрослых»[182]. Каково будет место новой организации в политической жизни страны? «Массовка» беспартийных в поддержку Горбачева (опасение Пельмана)? Самостоятельная общедемократическая организация с сильными и автономными социалистическим и либеральным крыльями (концепция «Общины» и «Гражданского достоинства»)? Ядро социалистической партии вместо федерации (концепция «Социалистической инициативы»)? Общедемократическая организация, замкнутая на поддержку либеральных коммунистов (концепция либералов Клуба социальных инициатив)?
