***
К эпицентру трагедии неслись две огромные машины скорой помощи. Люди столпились у места аварии, но никто даже не пытался помочь. Послышался вой сирен, и из-за угла появилось несколько полицейских машин. Они тоже остановились. Все вокруг замерли. Никто не бросился помогать.
Через несколько секунд после того, как машины остановились, к месту происшествия подъехал огромный, ярко-красный автомобиль. Из него вышел высокий, худощавый человек в полицейской форме. Он подошел к машине скорой помощи, которая уже успела отъехать от места аварии. Мужчина остановился перед ней, достал из кармана блокнот и что-то записал.
Два полицеских со спехом двинулись к медицинским работникам, которые только что приехали на место происшествия. Мрачный взгляд одного, саркастичный выдох другого. Все было понятно без слов.
— Что здесь, черт возьми, произошло, — на расстоянии с десяток метров от эпицентра сказал первый мужчина, стараясь сохранять спокойствие.
— Слепой, что ли? — второй дал ему подзатыльник. Видимо, первый был новичком, проходившим практику, а второй явно профессиональнее. — Две машины всмятку, такси и большой внедорожник. Таксист разогнался, а богатенький придурок не до конца протрезвел и врезался. Видишь ошметки? — полицейский указал пальцем на груду стекла, металла и непонятного убитого сырья. — Машина перевернулась. Чудом будет, если кто-то выживет.
Они подошли ближе к месту происшествия. Складывалось ощущение, что здесь взорвалась бомба. Все было в обломках и осколках. Везде валялись обломки и осколки. Но нет, это всего лишь была авария. Лужи крови, смешанной с кровью. Аура боли, немого крика. Она словно окутывала и поглощала. Гул сирен скорой.
— Охренеть, — выдохнул младший, помечая что-то в блокноте. — Есть информация по жертвам? Сколько их? И выжил ли кто-то?
Старший не спешил отвечать. Они одновременно посмотрели в сторону машин, или того, что от них осталось. Повсюду были люди. Они стояли и смотрели, как санитары выносили носилки. Один из полицейских подошел к ним, показал ксиву и начал свою стандартную процедуру:
— Здравствуйте, — сухо отрезал тот, обращая хоть какое-то внимание врачей на себя. — Мне нужна краткая сводка информации для протокола. Сколько пострадавших, погибших? Какое у них сейчас состояние? Каков шанс на спасение у тех, у кого он вообще имеется?
— Авария страшная. Сейчас доставали всех, кто был внутри машин. За рулем внедорожника был мужчина, но у него травмы, не совместимые с жизнью — перелом спины, открытая черепно-мозговая, разрыв аорты. Ему уже не помочь, он даже до больницы живым не доедет.
Мужчина повернулся, когда санитары вытащили из машины такси очередного пострадавшего. На шее висела тряпочка, наскозь промоченная запекшейся кровью.
— Молодая девушка, я бы сказал, совсем девочка, — хмуро кивнул врач, издалека смотря на то, как ее погружали в машину скорой помощи. Нельзя дать никаких гарантий, все по воле судьбы. Она потеряла достаточно крови, кое-где разрывы, трещины. Разбитое стекло оставилось много порезов. Но это не важно для протокола, так ведь? Мы сделаем все, что возможно. Но гарантии давать тут бессмысленно.
— Записал, — хмыкнул полицейский. — Что с водителем такси?
— С ним все просто — он мертв, — хладнокровно сказал санитар, а полицейский сдержал нервный кашель. — Машина перевернулась, тут никакой ремень безопасности не спас. Вся арматура на него полетела. Там хватило бы одного удара об асфальт, но их было гораздо больше. Ему повезло меньше всего.
Двое работником понесли тело, окутанное в белое одеяние, погрузили в отдельный отсек машины. Один из них, в форме, запрыгнул на ходу, чтобы открыть дверцу «скорой помощи». К тому моменту десятки журналистов прибыли на место ДТП, снимали репортажи, нагло фотографировали пострадавших. Один из них снимал, как машина скорой уносила Викторию Загорскую. Фотографии тотчас стали достоянием общественности.
— Вы должны сделать так, чтобы девчонка выжила, — грозно проговорил полицейский, глядя в глаза санитару.
— Мы не можем совершить невозможного. Только если поставить на кон все. Это будет дорого и бессмысленно.
— Так поставьте! — он был готов перейти на крик. — Девчонка. Должна. Выжить.
