Но, чтобы вылететь в Москву первым рейсом, мне нужно было со всех ног удрать из этой клиники, купить билет, съездить в ту самую квартиру, в которой я жила все это время, собрать все вещи к переезду, возможно, затронув третьих лиц, ибо сама я это никогда бы в жизни не дотягала. И только после всего этого можно ехать в офис и увольняться к чертям в новую, здоровую и адекватную жизнь.
Ещё несколько дней я вела себя как самая примерная пациентка, этакая отличница в мире этой клиники. А после всех испытаний я изъявила желание все-таки выписаться и уехать восвояси. По этому поводу даже собрался консилиум из врачей, где где они подробно обсуждали цикл моих месячных, период срастания переломанных костей, насколько я эмоционально стабильна и многие другие интимные подробности моей жизни, которые стали доступны практически всем работникам больницы.
Для них у меня было приготовлена отдельная легенда. На самом деле у меня был богатый и очень любящий муж, который не хотел раскрывать своего настоящего имени из-за общей безопасности нас и ребенка. И он часто мне звонил и писал, спрашивая о моём самочувствии.
И за пребывание в клинике деньги должен был перечислить именно мой супруг, как ни странно. На данный момент у нас были проблемы с деньгами, и и именно поэтому мы решили оплачивать частями. Но когда я выдала всю историю на совете, невинно похлопывая глазами, врачи медсестры смеялись, глядя на меня.
— Виктория Андреевна, у вас потрясающее чувство юмора! — прослезилась от смеха Александра Николаевна, и главный врач заботливо похлопал ее по плечу. — Вот что значит сила духа! Когда человек пережил такое страшное событие, а не потерял веру в жизнь, в себя, в будущее!
— О чем вы? — растерянно оглядывалась я, пока остальные приходили в себя от моих, казалось бы, самых обычных слов. — Поясните, пожалуйста, подробнее.
— Что пояснить, уважаемая? — продолжила женщина, тепло улыбаясь. — За все лечение мужчина уже внес оплату, вам не за что переживать! Холодный пот прошиб меня с ног до головы. То, от чего я так долго бежала, настигло меня за секунду. То, от чего я пыталась спрятаться, укрыться в убежище и никогда не вылезать наружу, нагнала за считанные доли секунд. Мой персональный ад — некогда моя самое главное наслаждение. Любовь и боль. Страсть и горе. Кинжал в сердце или роза с обручальным кольцом? Нет. И снова прошлое сшивало меня с ног, точно лавина в Альпах — жестоко и бескомпромиссно.
— А-ах, точно, — соврала я, все еще надеясь не привлечь к себе тотальное внимание. — Любимый уже обо мне позаботился. Вы случайно не видели его инициалов на переводе? Вдруг, это был его помощник, а я даже не отблагодарю его за помощь! Я врала и импровизировала на грани возможностей, настолько правдоподобно, насколько хватало моего навыка и опыта. И, о чудо, они поверили. — Фамилия не указана, лишь имя и отчество, — прохрипел дядюшка лет семидесяти, в котором я узнала главного врача. — Глеб Геннадьевич.
Его слова прошли сквозь меня, не оставляя и следа. На секунду мне показалось, что я окончательно сошла с ума из-за всего происходящего. Быть может, я просто лежала в коме, и мне снился психоделический сон из-за принятых таблеток? Боже, Вика, какой бред. Каким-то образом Глеб узнал о том, что я была беременна. Но как, черт возьми? Я была тише воды, ниже травы.
Пока врачи обсуждали насущные проблемы, я мигом достала телефон и открыла вкладку сообщений. десятки пропущенных вызовов от Глеба еще с того момента, когда я сбежала из его дома. Мать его, что я натворила?! Еще столько же непрочитанных сообщений с кличами о пропаже, о том, что мое игнорирование его оскорбляет, но он не перестанет меня поддерживать даже на расстоянии.
— Так что в итоге, вы отпустите меня? — с надеждой подняла глаза я, наблюдая за формированием прежней гробовой тишины.
— Ну, Загорская Виктория, работать бы по-хорошему и работать, но мы видим, что вы стремитесь вдаль от нас. Кто мы такие, чтобы держать? Вы пробыли тут достаточно, чтобы окрепнуть после аварии. Дальше все в ваших руках!
Я облегчённо выдохнула, когда главный врач закончил свою пламенную речь. Теперь я могла со спокойной совестью покупать билет и мчать на всех порах в Москву, начинать новую жизнь.
