Ночной город встретил меня почти полным отсутствием людей на улицах. Но всё-таки мне удалось поймать такси и на всех парах нестись в назначенное место. Мимо меня проплывали образы ночной Казани, но я даже не смотрела в окно.
До времени встречи оставалось меньше двадцати минут, а мы толком не выехали в город. Видимо, во время полёта причёска всё-таки растрепалась, но таксист не стал спрашивать, а я и не стремилась начать диалог.
Когда мы приехали, неприметное кафе встретило своей наружностью первым. Я расплатилась и побрела ко входу. И посетителей не было, — неудивительно, ведь шел двенадцатый час ночи — и толком освещения. Красные диванчики стиля восьмидесятых, не слишком чистые окна, дизайн явно на троечку.
Единственный парень, который сидел в зале, мирно попивал какой-то алкоголь у бара. Увидев меня, Глеб оживился и двинулся встречать меня. Но я не встретила его той же дружелюбностью. Окропив его холодным взглядом, села ближайший диван. Бывший возлюбленный поступил точно так же.
— Похоже, ты рада меня видеть, — горько усмехнулся парень, одним махом допивая напиток в мутном стакане. — А я очень скучал по тебе, цветочек. И сейчас скучаю. — Ты знал, что мне нельзя иметь дело с алкоголем, — с презрением посмотрела я, внушая ему чувство вины. — Не в моем положении. А ты при первой возможности заказал себе выпивку. Глаза Глеба округлились, будто я сейчас несла несвязный бред. Он поднял руки вверх в знак капитуляции. — Какой алкоголь, милая? — он продолжал играть дурочка. И это всегда меня бесило. — Это яблочный сок, черт возьми. Даже не просроченный!
— Ладно, прекратим тратить время на бесполезные разговоры, — остановила его я, пока он не пошёл на кухню искать упаковку от яблочного сока в качестве доказательства своей невиновности. — Ты хотел меня видеть? Я перед тобой. — Как долго ты хотела скрывать свою беременность? — тон мгновенно стал холодным, точно сталь посреди зимы. — Как долго ты хотела оставлять меня идиотом, не сообщая о нашем общем ребёнке? — Всю оставшуюся жизнь, — таким же неприступным голосом ответила я. Ему не сломить мою настойчивость. Я прошла слишком много не для того, чтобы сломаться. — Ты ясно дал понять, что я тебя не интересую. Почему же должен заинтересовать малыш? Казалось, он сейчас побагровел от ярости и непонимания моих слов. Я практически поверила его абсолютно невинной реакции, ну что-то внутри отдёрнуло меня. Быть может, инстинкт самосохранения? — Что ты несёшь? Какой к черту выбор? — Глеб перевалился через весь стол, наклоняясь ко мне. — А я напомню, цветочек: не я оставил тебя в пустой квартире рано утром. Не я сбежал так трусливо после ночи, проведённой вместе. И не я написал грёбаную записку о том, что это конец, и ушел в закат. Это ты меня кинула. А, выбор, оказывается, сделал я!
— Даже не рассчитывай, что я буду оправдываться перед тобой. У нас нет будущего, Глеб. Это не твой ребёнок. — Врешь. Ты готова сказать любой бред, лишь бы отвадить меня от себя! — Нет, — мой спокойный тон осаждал его вновь и вновь. Я не теряла самообладания. — Ты знал, что я находилась в отношениях с Антоном в это время. Мы расстались накануне. Это может быть и его ребёнок. Глеб не выдержал, треснул кулаком по деревянному столу. Я даже не пискнула. Сама не осознавая настоящей причины. После всего произошедшего я будто стала железной. — Есть абсолютно такая же вероятность, что именно я являюсь его отцом! — Если это всё, что ты хотел мне сказать, — устала терпеть его вскрики. Ей богу, будто не двадцать, а пять лет. — То я пожалуй пойду. — Ты ведь осознаешь, что я не оставлю тебя? — взгляд, схожий на маньяка. — Я добьюсь теста ДНК, и ты будешь вынуждена делить со мной нашу частичку! — одной рукой взял стакан и швырнул его об стенку. Осколки стекла разлетелись по отражающему полу. — Не в этой жизни.
Выйдя из кафе под крики Глеба, больше похожие на истерику, я почувствовала, что на улице вдобавок начался ливень. Удача было явно не на моей стороне. Уже прилично стемнело, но я не теряла надежды как можно скорее найти любую машину такси и уехать в аэропорт. Скорее в Москву. Скорее к решению проблем и спокойной, нормальной жизни.
Какая-то неприметная тачка остановилась перед носом, хоть я и была уже насквозь мокрой. Вода стекала по спине, и я медленно продрогала под напором природы.
