утра, чтобы как можно скорее приступить к работе.
Орланд подарил мне великолепный шанс решить проблему, к которой я раньше даже приблизиться не мог. Ради этого он пошел против говорящих, а значит, против самих богов. И я не собирался его подводить.
Глава 11
Орланд. Розовый вихрь
Отделенный мир, Западный Гедон, г. Тизой,
12 кления 1025 г. эры гедонизма
Эйна Вишня, по обыкновению, ворвалась в мою жизнь розовым вихрем с запахом карамели и какао. В приемной она подхватила Эванса и протанцевала с ним через весь кабинет. Мой друг, надо отдать ему должное, нисколько не растерялся, и, хотя он мало смыслил в сальсе, вел свою низенькую партнершу со всем изяществом бывалого ловеласа. Я взирал на них, сидя в кресле с мрачным унылым видом, как это полагается в кругу самых близких друзей.
– Синаденчик, есть что-нибудь пожевать? – весело спросила Вишня. – Я прямо со студии сюда. Не успела ничего перекусить.
– Сию секунду, госпожа, я уже все приготовил, – грациозно поклонился Эванс и ушел за какао с пирожными.
Вишня плюхнулась на один из диванов. Она искрилась энергией и не могла усидеть на месте. Ее ноги в белых босоножках на высоких каблуках легонько постукивали об пол, вторя воображаемой мелодии, на румяном лице играла полуулыбка, и вся она была – яркий розовый сгусток радости. Я невольно залюбовался ей, чувствуя прилив тепла к правой руке. У Эйны и Эванса было кое-что общее, помимо первой буквы имени, кучи поклонников и близкой дружбы со мной: они обладали особого рода магнетизмом, потому что умели подпитывать окружающих своим настроением. Эдакие люди-батарейки.
Но, в отличие от Эванса, Вишня без зазрения совести нарушала все мои планы, рабочие графики, порядок в моем доме, мое чувство контроля, даже мои мысли. И мне это, откровенно говоря, нравилось. Разумеется, в безопасных пределах, ведь, говоря словами Финарда Топольски, любое лекарство в превышенной дозировке есть яд. Но порой капелька отравы из клыков симпатичной змеи может быть и полезной. Эйна встряхивала меня, словно я был многослойным коктейлем, а она – кубиками льда. Освежающими, будоражащими, на время превращавшими ровно уложенные слои моего сознания в веселый хаос.
– Что такого случилось, что ты вот так открыто позвал меня на работу? – спросила она, внимательно изучая меня. Красные линзы были явно больше настоящего размера ее радужек, и это создавало странный эффект, одновременно делая взгляд Вишни кровожадным и по-детски наивным. – Видимо, что-то совсем срочное?
Я пересел на синий кожаный диван напротив нее.
– Технически я собирался обсудить с тобой проблему нулевого уровня, которую мы недавно поднимали на собрании Совета, но начнем с вопроса поважнее.
Эванс прикатил столик с чаем и какао, подмигнул нам и скрылся в приемной с загадочным видом.
– С Синаденчиком что-то не так, – заметила Вишня. – Либо он опять выставлял себя голышом в музее, либо…
– Что значит выставлял себя голышом в музее? – Я от удивления не донес чашку до рта.
– Упс! – хохотнула Эйна. – Так ты не знал? Похоже, он так чисто сработал, что никто ничего не заметил. В общем, он недавно покрасил себя бронзовой краской, взял в руки копье и пару часов изображал статую древнего воина на выставке. Как ты понимаешь, абсолютно голого. Потом он мне рассказывал, что люди очень восхищались проработкой анатомических подробностей.
Я снял очки без диоптрий, которые носил только для образа, и откинулся на спинку дивана в изнеможении.
– Да, оставаться единственным оплотом здравомыслия в этом мирке сумасшедших – дело нелегкое. – Вишня потянулась ко мне через столик и ободряюще похлопала по колену, невольно вызывая волну мурашек. – Но я все еще не теряю надежды на то, что ты однажды научишься веселиться.
– Даже думать не хочу о том, какую выходку он устроил на этот раз, – вздохнул я.
– Расслабься, это вряд ли что-то ужасное, – пожала плечами Эйна, отхлебнув какао с пенкой. – По крайней мере, не настолько ужасное, чтобы говорить о нем прямо сейчас. Синаденчик, конечно, та еще проблемка, но он ни в какое сравнение не идет с моим Аликом. Вот на кого вообще управы нет. И, кстати, это он подал Эви идею побыть музейным экспонатом. У Алика не голова, а генератор экстремальных развлечений.
– Вот как раз о нем я и хотел с тобой поговорить, – произнес я, бесшумно ставя чашку на блюдце. – Ты ведь уже знаешь, что Финард Топольски сам сдался полиции? Ал-рэй попросил меня отправить его на Аморановы острова вслед за ним. Он хочет лично проследить за Финардом на случай, если тот все еще остается целью Конгломерата.
Глаза Эйны расширились. Она запихнула в рот остатки карамельного пончика, растворила его во рту большим глотком какао, задумчиво проглотила.
– Откажи ему. – Ее голос звучал предельно серьезно. – Наш пострел, конечно, любит всегда быть на передовой, но ему не стоит ехать на Аморановы острова. Куда угодно, только не туда. Сам знаешь, с чем он там может столкнуться.
– Думаешь, его сознание даст брешь, когда он увидит все вживую?
Эйна нахмурилась, откинувшись на спинку дивана и скрестив руки на груди.
– Я хорошо контролирую его сознание. Ты знаешь, он моя самая любимая игрушка. Я тщательно заблокировала все лишнее, так что он не должен отреагировать остро, но…
– Но? – напрягся я.
Вишня вздохнула.
– Прямо сейчас рисковать не стоит. Последняя маска была очень глубокой, иначе нас бы раскусили. После таких внушений требуется время, чтобы понять, вероятно, есть ли побочные эффекты, и скорректировать их. Когда перестраиваешь подсознание, что-то может вылезти уже после снятия маски, и это становится заметно не сразу, а через пару дней. А иногда оно всплывает через пару трион, а то и палеев. Мне надо находиться рядом с Аликом, чтобы это вовремя исправить, а я на Аморановы острова не поеду точно. – Эйна внимательно посмотрела на меня. – Ты ведь уже это знал, да? Конечно, ты знал. Получается, ты по какой-то причине не можешь ему отказать?
Я молча кивнул.
– Его родной дедушка Максий Кедр недавно приехал… точнее, пришел в столицу. И в первый же день умудрился нарушить закон и попасть на Аморановы острова. Ал-рэй узнал об этом и попросил меня отправить Максия в то же место, куда повезли Финарда, чтобы можно было присматривать за ними обоими. Вам все равно нужно было отсидеться какое-то время после миссии, так что…
– Ты это несерьезно! – воскликнула Эйна, подавшись вперед. На ее лице за секунду отразилась целая палитра эмоций от ужаса до озарения. – Так вот почему он был такой странный… Я
