опять что-то натворил? – спросил я, ослабляя галстук.
– Нет, Ваше Величество, у меня для вас новости, – ответил Эванс, снимая парик и закатывая рукава, прежде чем взять карамельный пончик, оставленный Эйной. Она действительно заставила моего секретаря танцевать, так что он слегка запыхался, и его каштановые волосы местами прилипли ко лбу. – С утра пришла телеграмма от говорящих. Тебе принести или рассказать о содержании коротко?
– Давай коротко, иначе мне не хватит времени на восстановление.
– Главная говорящая переживает, что в последнее время у вас с ней много разногласий насчет того, в каком направлении должен развиваться Гедонис. – К счастью, о важных делах Эванс говорил нормальным человеческим языком. – Якобы из-за того, что Священные земли остаются на прежнем уровне развития, а наш мир так далеко уходит вперед с каждым годом, разрыв мировоззрений становится все сильнее. Многие наши просьбы и предложения говорящим абсолютно непонятны. И поэтому Ирида хочет отправить одного из своих людей сюда, к нам. Чтобы он пожил тут, так сказать, проникся атмосферой, а ты ввел его в курс наших дел.
Прочитав шок на моем лице, Эванс добавил:
– Нет, я не шучу. У меня не настолько плохое чувство юмора.
Я и так знал, что он не шутит, но все равно был ошеломлен.
– Что-то очень серьезное произошло, раз они решили отправить сюда говорящего, – мрачно констатировал я. – Возможно, под меня кто-то копает. И серьезно.
– Экскаватором, полагаю, – согласился Эванс. – Говорящие в прошлом крайне редко покидали Священные земли. Если они решились на такое, тому действительно есть повод. Если ты спросишь мое мнение, лично я предполагаю, что их смутил твой запрос на создание спутников.
Я тяжело вздохнул, снял очки, помассировал переносицу. Удольмер снова стал холодным.
– Думаешь, они хотят понять, не проворачиваю ли я что-нибудь богохульное за их спинами? Но Раций, по идее, должен был им сообщить о таком. Не зря же они говорящие. Можешь аккуратно узнать у знакомых историков, какие события в прошлом послужили поводом для выхода говорящих за пределы Священных земель?
– Я уже это сделал, – бодро заявил Эванс. – Я, знаешь ли, с самого утра этим занимался. Уже побеседовал кое с кем из своего круга. Было всего два случая. В первый раз это произошло, когда Раций предупредил говорящих о риске нежелательного кровосмешения. Тогда они стали искать супругов в более далеких городах, которые потом тоже стали частью Священных земель. Во второй раз это было паломничество к Болотам Кулливар через Море сорока островов. Тогда бог сообщил говорящим, что в болотах образовался новый, менее токсичный вид вещества, который могут использовать в качестве награды обычные люди, накопившие много счастья.
– Раций для талаников! – осознал я.
– Именно! – Эванс лучезарно улыбнулся. – До этого паломничества бог не раздавал дары никому, кроме говорящих, он только следил за нашим уровнем. Таланики создали новую эпоху. Так что либо говорящие действительно решили проследить за тобой лично, что довольно абсурдно, учитывая, что твой Раций – живая радиоточка, которая и так им все передает… Либо…
– Может начаться эпоха биоников, – выдохнул я, поднимаясь на ноги от волнения. – Возможно, они действительно хотят убедиться, что новый вид устройств улучшит жизнь людей и осчастливит очень многих. Для этого они и отправляют к нам своего посланника!
– Рикарда будет в восторге! – хлопнул в ладоши Эванс. – Я почти уверен, что она заберется от радости на стол и начнет отплясывать прямо на нем, гремя своими цепями. Либо будет так стучать по столешнице от избытка эмоций, что расколет ее пополам.
Меня самого обдало жаром от мысли о том, какие возможности откроет перед нами создание биоников. У людей с увечьями почти исчезнут ограничения. Медицина сделает огромный прыжок. Появится множество полезных устройств для разных уровней. Это была такая приятная мысль, что я даже не пытался отрезвить себя.
– Дай угадаю, у тебя сейчас мурашки, – улыбнулся Эванс.
Я улыбнулся в ответ.
– Мы должны сделать все, чтобы добиться создания биоников, – сказал я ему. – Это закроет огромную брешь на пути к утопии – целых семь процентов людей смогут улучшить качество жизни. Это почти десять миллионов. И это еще не говоря о косвенных плюсах, которые коснутся остального населения. Если говорящие готовы хотя бы рассмотреть такую возможность, мы должны сделать все, чтобы их убедить.
Эванс прикрыл глаза, сохраняя на лице блаженную улыбку.
– О, я буквально чувствую, как сквозь меня проходит веха новой истории.
– Заранее организуй экскурсию по заводу робототехники. Нужно будет максимально акцентировать внимание говорящего на…
– Я все организую, не волнуйся, – прервал меня мой секретарь, давая понять, что у него все под контролем. – А сейчас, Ваше Величество, у вас пир, а потом вас ждет опочивальня. Так что за сим я откланиваюсь.
Эванс был прав, новости новостями, но мне надо было привести себя в порядок и успокоиться перед второй половиной рабочего дня. Но это оказалось не так-то просто. Я был взбудоражен, напряжен и воодушевлен одновременно. Я всегда надеялся на лучшее, но все же не мог не предполагать, что говорящие, возможно, копают под меня. Я никогда не был из тех, кто старается верить строго в хорошее, чтобы не портить себе настроение. Оптимистам нельзя становиться политиками. Только реалистам.
К тому же с моей способностью я мог позволить себе временами думать о не слишком приятных вещах. Ведь я, в отличие от других людей, всегда мог восстановить свой уровень. Всего один обеденный перерыв, и мой удольмер снова будет полон. Ни Рикарда, ни кто-либо другой никогда не сможет составить мне в этом конкуренцию.
Глава 12
Финард. Кризис перестройки
Отделенный мир,
Аморанов архипелаг, о-в Новый век,
14 кления 1025 г. эры гедонизма
Около восьми утра, когда Валикур, трудившийся в ночную смену, еще не вернулся, в дверь постучали. Я уже давно встал и привел себя в порядок, поэтому пошел открывать без промедлений. Думал, за дверью будет Ути-мора, но там оказался Тю-тю в зеленой форме уборщика.
– Ну, как ты тут? – спросил он участливо. – Тебе уже лучше? Я еще вчера порывался зайти, но меня не пустили. Сказали, ты заболел и спишь. Ого! А комната у тебя роскошная! Впрочем, тебе же хуже. Я вот получил очень даже аскетичную и премного доволен. Только одежда мешается жутко. Я себе уже все тело ей натер. Пойдем завтракать? Тут столовая работает с восьми до десяти по утрам. А потом я пойду на уборку, а за тобой явится какой-то Гектор. Как я понял, он тут начальник, и ты будешь под его руководством работать.
