- Хм-м-м? А почему?
- Ситуация, конечно, необычная, однако нечто подобное я уже встречал. Вы оба сверхчувствительны к ВА, как, впрочем, и она к вам. Без участия интеллекта ваше подсознание, то есть звериная половина личности, неизбежно возьмет верх. Если эту тенденцию не изменить, вы оба со временем превратитесь в настоящих бурханов. Скажи, ты не сталкивался в последнее время с некоторыми... э-э-э, психологическими проблемами? Нездоровые стремления и все такое?
Стесняясь, я рассказал Тулли о наших охотничьих опытах.
- Да, - тяжело вздохнул он, - надо срочно что-то предпринимать, и для начала вас необходимо всесторонне обследовать. Но по ряду причин это довольно сложно. Микроорганизмы Вардена принадлежат своему носителю - и ВА в первую очередь будет слушаться того, кого считает своим хозяином. Раз мы будем исходить из того, что в действительности ты являешься кем-то иным, то прежде всего мы должны убедить в этом тебя.
В обратной трансформации основную роль играет мозг, хотя вначале это не только необязательно, но зачастую и вредно. Пока ты находишься среди других людей, у нас еще есть время, но если ты, не приведи Бог, потеряешься, процесс может ускориться, и за несколько месяцев ты превратишься в настоящего бурхана, и не будешь вылезать из джунглей. Так что тебе еще повезло.
Я поежился:
- Тулли, расскажи все это Дарве, хорошо? Это как раз то, чего она хотела, - а то я уже почти сдался.
***
Оборотни по-прежнему прибывали в лагерь, но очень маленькими группками - в основном на кораблях, но иногда и по воздуху. Раскинутая Корилом на Хароне сеть оказалась гораздо шире, нежели я предполагал.
Тулли каждую свободную минутку уделял нам. Наши дни были заполнены нескончаемой чередой крайне сложных и ужасно скучных ментальных упражнений как правило, результатом их была невыносимая головная боль. Мы освоили все возможные методики мысленной блокировки, базирующиеся преимущественно на самогипнозе, что позволяло нам все лучше и лучше управлять таящейся внутри нас силой.
Основы этих методик очень просты. Во-первых, чтобы работать с микроорганизмами Вардена, нужно их иметь. Конечно, нельзя материализовать нечто из пустоты, однако из мельчайшей пылинки можно вырастить огромный объект, - а там уж трансформируй его как хочешь. Но вместе с тем нельзя создать живой объект из неживого. Таким образом, из одной песчинки на Хароне удалось бы выстроить что угодно, целые горы, но не крошечное живое существо. Впрочем, силой внушения можно сотворить любую куклу, например человекообразную, а затем заставить ее выполнять команды.
Дарва слегка опережала меня в учебе, ибо в далеком детстве она уже постигла азы колдовства. Но Тулли предупредил нас, что результат зависит от возраста ученика - чем раньше он начнет обучение, тем большего достигнет. Правда, однажды признался он с улыбкой, ему самому пришлось приступить к обучению примерно в моем возрасте, и это сильно меня воодушевило. Корил, кстати, тоже был исключением - он начал обучаться колдовству только в сорок лет.
Может показаться, что по мере приобретения определенных навыков становится легче, но это не так. Более сложные задания требовали передачи миллионам микроорганизмов Вардена и более сложных инструкций.
В конце концов примерно через четыре недели, когда большинство учеников отсеялось, Тулли объявил нам, что обучил нас всему, что возможно в полевых условиях. Этого, конечно, было недостаточно, однако у нас хватало воли и самоуверенности, чтобы самосовершенствоваться. Теперь мы стали настоящими волшебниками, хотя и низкого ранга.
- В ближайшие дни приготовьтесь к отъезду, - как-то сказал нам Тулли. - Я рекомендовал вас в Гамуш. Там вы встретитесь с самим боссом.
- А как же быть с нашим обратным превращением? - тревожно спросила Дарва.
- Ваше состояние стабилизировалось, и это уже неплохо. А в Гамуше вы получите любую высококвалифицированную помощь, пройдете дополнительное обучение и - кто знает?
- А как мы туда попадем? - поинтересовался я.
- Обычно связь с Гамушем поддерживается по морю, однако сейчас морские пути блокированы, и хотя мы в состоянии эффективно замаскировать что угодно, но это медленный и слишком рискованный процесс. Так что вас мы отправим по воздуху. На сегодня это наилучший способ, хотя и довольно оригинальный.
***
"Довольно оригинальный" было чрезвычайно сильным преуменьшением. Обычно габариты оборотней не позволяют им разместиться в пассажирской кабине, однако модифицированный паритель под управлением волшебника справлялся с этой задачей: люди садились в кабину, а оборотни подбирались парителем уже после старта - он хватал их на лету и крепко зажимал в огромных когтистых лапах.
Хотя мы с Дарвой были достаточно уравновешены, чтобы спокойно перенести подобный "полет", в такую переделку я попал впервые. Только человек с богатой фантазией мог бы назвать его комфортабельным. Однако у него было и преимущество - качки, которая доставила нам с Залой столько неприятных минут, совершенно не ощущалось. К сожалению, я не смог по достоинству оценить всех его прелестей; когда под тобой на огромном расстоянии проплывают бесчисленные мили океанских просторов, и ты понимаешь, что в любой момент можешь разбиться в лепешку только потому, что проклятой курице вдруг приспичило почесаться, ни о чем другом думать просто не можешь.
Когда мы наконец пересекли береговую линию Гамуша, ощущения безопасности у нас не прибавилось. Столь чистого неба и такого яркого солнца я еще не видел с тех пор, как попал на Харон. Небеса над Гамушем были кирпично-оранжевыми; кое-где проплывали серые облака, и непривычная цветовая гамма производила жутковатое впечатление. Атмосфера позволяла беспрепятственно видеть светило и оно буквально испепеляло все вокруг. Температура наших тел стала быстро подниматься, поскольку зависела от температуры окружающей среды, и я не на шутку перепугался, что кровь в наших жилах просто-напросто закипит. Помимо ужасной жары, здесь было еще и невероятно сухо. Внизу, насколько хватало глаз, тянулись раскаленные оранжево-коричневые дюны.
Ну и планетка, с удивлением подумал я. Тропические леса на севере и юге и пышущая жаром пустыня между ними.
Но даже в этой огромной духовке кто-то жил; нас окружили странные летающие существа, похожие на цилиндры и бескрылые. Но они держались на расстоянии, и я не мог рассмотреть их подробно. На земле мне не удалось разглядеть ни животных, ни даже деревьев - ничего, кроме бескрайних зыбучих песков.
Вместо мягкой посадки перепончатая тварь зависла на несколько секунд в двух-трех метрах от земли и просто сбросила нас на песок. Я понимал, что такой способ доставки пассажиров - вынужденный: здесь не было достаточно высоких и крутых склонов, чтобы обеспечить парителю взлет. Отчаянными взмахами крыльев он быстро набрал высоту и спустя пару минут превратился в крошечное, едва различимое пятнышко; рядом с ним распустились разноцветные купола парашютов: это спускались люди и всевозможные оборотни с подходящей для пассажирской кабины комплекцией. Вскоре они рассеялись по площади в несколько квадратных километров. Скорость приземления была более чем высокой, однако благодаря микроорганизмам Вардена на сломанные конечности можно было не обращать внимания: они заживали за несколько дней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
