Ферн облокотилась о стену, чувствуя сильное облегчение. Хэн не мог убить Троя так, как об этом говорили.
Мэдисон действительно старался докопаться до правды.
Для Ферн все это было жизненно важно. За последние несколько дней она изменила свое мнение о Мэдисоне. Она была бы очень разочарована, если бы ее первое впечатление о нем подтвердилось. Она почувствовала расслабление во всем теле, как после вздоха облегчения.
Мэдисона можно было любить, не опасаясь за последствия.
Плевать на последствия, она любила его в любом случае.
Сильнейшая буря разразилась в то время, как Мэдисон скакал в поисках Ферн. Он накинул на себя плащ и мысленно поблагодарил Эвереста за то, что тот заставил прихватить его с собой. Зря он отказался взять еще и широкополую шляпу, которую предлагал Том. Ничего, достигнув фермы Спраулов, он высушится.
Мэдисон нисколько не удивился, приехав на ферму и застав там одного Бакера Спраула. Он уже давно решил, что едет по ложному следу. Отец Спраул понятия не имел, где может быть его дочка.
– Ей бы следовало заняться быками, – пробормотал Спраул мрачным голосом, не двигаясь со стула и не приглашая Мэдисона присесть.
– Теперь-то она уже ими, наверное, заниматься не будет. После общения с вами она изменилась в худшую сторону.
– А где стадо? – спросил Мэдисон.
– В трех милях на юг отсюда, – ответил Бакер. – Это самый лучший участок прерии, который можно себе вообразить. Долина протяженностью в несколько миль. Полно воды и травы. Это за той фермой Коннора. Ферн там обычно пасет стадо. И никого больше туда не пускает. А многие мужики ведь пытались попасти в этой долине свои стада.
– Как мне найти это место?
– Вы не найдете. Не в такую ночь.
– Значит, вы должны ехать со мной.
– Вы с ума сошли. Там же настоящая буря. Если Ферн хочет, чтобы ее унесло ветром в Миссури, это ее дело.
– Ты ленивый негодяй! – взорвался Мэдисон. – Если бы ты интересовался ею немного больше, чем своими курами, она бы не была там, где она теперь.
– Что ты имеешь в виду? – спросил Бакер.
– Ты все равно не поймешь, даже если бы у меня было время объяснять тебе.
Удаляясь от фермы Спраула и мчась в кромешной мгле, он стал думать о том, что опять ищет Ферн не там, он и сам не знал толком, где она находится. Единственной координатой, которую дал ему Бакер Спраул, была ферма Коннора. Как только он ее минует, придется искать наобум.
Завывающий холодный ветер превратил дождь в град, который вонзался в лицо Ферн тысячами крохотных стрел. Она понимала, что промокнет до костей, прежде чем достигнет города. Ее конь, возможно, так же мечтал о конюшне, как сама Ферн о теплой кровати в доме миссис Эббот.
Она хотела уже повернуть назад и переждать бурю в домике из дерна. Она прикинула, не заехать ли ей домой, но решила, что отец не отпустит ее после этого в город. А Мэдисон начнет требовать от отца, чтобы Ферн вернулась к миссис Эббот. Она не хотела этого столкновения.
Кроме того, она не хотела пока видеться с отцом. Ночная поездка полностью убедила ее, что ей еще рано садиться в седло. Может быть, Мэдисону она бы и не призналась в этом, но сама-то знала определенно, что так оно и есть.
Ей просто необходимо было подумать о будущем. Мэдисон навел ее на мысль о том, что ей нужно выяснить отношения с отцом относительно ее обязанностей на ферме. Если она вернется домой сейчас, то ей придется играть прежнюю роль до конца жизни. Она знала, что отец никогда не изменится. Сейчас у нее был шанс. Она может заставить отца относиться к ней по-другому. Только нужно точно знать, что ей делать. Как только она примет какое-то решение, отец уже будет не в силах заставить ее изменить его. Он не позволит ей уехать с фермы. А если и позволит уехать, то никогда не разрешит вернуться. Ей тяжело было это признать, но она понимала, что он не испытывает к ней теплых чувств. Если он и чувствовал к ней что-то, то только обиду по поводу того, что выжила она, а не ее брат. Всю свою жизнь она хотела, чтобы ее отец видел в ней мальчика, а не девочку и не переживал так из-за смерти младенца. Но все равно до конца ей это никак не удалось сделать.
Но что она будет делать, если покинет дом?
Внезапно она поняла, чего она хочет. И почти тотчас же осознала, что это невозможно. Мэдисон никогда не сделает ей предложение. Надо быть безумной, чтобы думать о том, что он женится на ней. И она будет, точно, сумасшедшей, если согласится стать его женой.
Они самая неподходящая пара в мире. Дело тут не в том, что она считает его самым красивым мужчиной в мире и мечтает о нем. И неважно, что его поцелуи проникли ей в самое сердце, и она уже не может слушать голос разума. Пусть она твердит себе постоянно, что она не хочет выходить замуж и быть женщиной.
Она хотела быть с Мэдисоном до конца своих дней, но не знала, как достичь этого. Впрочем, успех пугал ее не меньше, чем неудача. Ладно, все равно она не могла ответить на эти вопросы прямо сейчас, когда буря готова была унести ее черт знает куда. Нужно было думать только о том, как бы добраться поскорее до города и не утонуть в разлившемся ручье.
Но больше, чем дождь, ее беспокоило чувство, что ее кто-то преследует. Это чувство все усиливалось и усиливалось по мере того, как тьма сгущалась, и все труднее было различать дорогу. Вспышка молнии осветила пустынный пейзаж, но она не могла отделаться от мысли, что она не одна в прерии.
Ферн скользнула рукой под плащ и потрогала приклад ружья. Ощущение того, что она может защитить себя, улучшило ее самочувствие.
Она вглядывалась во тьму, напрягая зрение. Она пыталась услышать какие-нибудь подозрительные звуки, но из-за шума бури она не услыхала бы и рева несущегося по прерии стада. Каждый мускул ее тела напрягся. Она то и дело нервно трогала приклад ружья.
Ферн пыталась думать о том, что бы ей такое предпринять, чтобы помочь Мэдисону поймать убийцу. Она пробовала решить, что ей делать по возвращении на родную ферму. Она даже размышляла о приглашении Мэдисона на вечеринку. Но она не могла ни на чем сосредоточиться.
Ощущение того, что она не одна в прерии, было таким сильным, что она наполовину вытащила ружье из чехла.
Но проходили минуты и ничего не происходило. Вспышки молнии стали реже, дождь был уже не такой сильный, но ветер по-прежнему дул со страшной силой, завывая так громко, что оглушал Ферн своим ужасным ревом. Даже конь ее пытался все время найти укрытие в одной из балок, которые то и дело встречались на пути. Завтра утром Ферн предполагала увидеть множество вырванных с корнем и унесенных ветром деревьев.
Молния ударила так близко от Ферн, что ей показалось, будто она обожгла ее слегка своим огнем. Оглушающий удар грома так испугал девушку, что она закричала. В тот же миг она увидела всадника на расстоянии примерно тридцати ярдов от себя.
