за спину на болевой приём.
Будто и этого мало, левая ладонь Инги ухватила Вианта за подбородок и плавно дёрнула в сторону. Шейные позвонки едва не лопнули от напряжения.
- Ты что, сдурела? – Виант машинально захлопал свободной рукой по «малахитовому полу», только Инга ничуть не ослабила хватку.
Подлый удар в пах, подсечка и болевой приём с заламыванием руки за спину ошеломили Вианта, но не надолго. Садист, отставной десантник, его уроки. Как ни странно, Инга оказалась способной ученицей и за пять месяцев успела усвоить множество приёмов по рукопашному бою под руководством бывшего старшины.
В чём, в чём, а в драке без правил Садист знает толк. Вот и этот болевой приём Виант запомнил более чем хорошо. Дёргаться, пытаться вырваться – лишь себе дороже. И не стоит обольщаться, у Инги вполне хватит сил, чтобы свернуть ему шею.
- А сейчас, - губы Инги коснулись левого уха, - ты сделаешь то, что я тебе прикажу.
- А иначе? – прохрипел Виант.
- А иначе я сверну тебе шею! – крикнула Инга.
От такого несуразного требования Виант засипел от смеха.
- Ты чего? – от удивления Инга несколько ослабила хватку, Виант тут же вывернул подбородок из её ладони.
Самозваная напарница никак не ожидала такой реакции на болевой приём и угрозу свернуть шею.
- Инга, - Виант шмыгнул носом, - я прекрасно знаю, что меня ждёт за той «малахитовой дверью». Так окажи мне милость, исполни свою угрозу.
- Будь по-твоему.
Левая ладонь Инги вновь ухватила Вианта за подбородок и плавно потянула в сторону. Мышцы шеи напряглись, а из горла вырвался сдавленный хрип.
- Я убью тебя, честное слово, - рука Инги остановилась. – Не глупи.
Новый приступ смеха сотряс Вианта. От неожиданности пальцы Инги соскользнули с подбородка, Виант тут же повернул голову прямо.
- Почему ты мне не веришь? – голос Инги сорвался на визг, а её левая рука в третий раз ухватили Вианта за подбородок, но так и не потянула его в сторону.
- Потому что я знаю тебя, - прохрипел Виант, пальцы Инги на подбородке мешают говорить. – Моя смерть ничего тебе не даст. «Малахитовая капсула» вернёт Николаю Павловичу мой труп, а тебе один хрен придётся пройти «Ядерный конфликт» одной. Только на этот раз я буду являться тебе в кошмарных снах и буду мучить, мучить, мучить твою совесть.
- Неужели ты готов так легко принять свою судьбу? – в голосе Инги вновь прорезался металл. – Почему ты даже не пытаешься вырваться?
- Ты учёный, а не убийца, - новый приступ смеха прорвался через горло сдавленным кашлем. – Гораздо эффективней апеллировать к твоему разуму, нежели к эмоциям. «Другая реальность» - опасная игра. У меня и так полно шансов не добраться до точки выхода. Сдохнуть прямо в «Стартовом меню» - это же отличный выбор! Гораздо хуже застрять, как те два десантника. Знаешь, - Виант усмехнулся, - меня не прельщает перспектива до конца жизни скитаться по радиоактивным развалинам в поисках еды и воды. Да ещё шарахаться от всех подряд, начиная с оголодавших кошек и заканчивая одичавшими людьми. К тому же, - Виант как мог повернул голову, чтобы глянуть на Ингу, - я знаю этот болевой приём. Моих физических данных сто пудов не хватит, чтобы вырваться.
- Я ненавижу тебя! – Инга рывком вскочила на ноги.
Какое облегчение! Виант неторопливо поднялся с «малахитового пола». Правое запястье болит, в паху то и дело стреляет, а шейные позвонки скрипят, будто в них насыпали песок. Да и сама Инга тоже не Дюймовочка, хоть и стройная и среднего роста. Виант потёр затылок и шею. На душе наступила весна и расцвели помидоры. Это же азы психологии: любая угроза кажется гораздо страшней, нежели её реальное воплощение. Инга прокололась на главном – она изначально хотела лишь напугать, а, в случае провала, и не собиралась свернуть ему шею.
- Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу, - Инга остановилась у левой «малахитовой капсулы» и громогласно разрыдалась.
В ответ Виант лишь махнул рукой. Вот уж никогда не думал, где и как ему пригодятся уроки из «Облака». Жалость – это он уже проходил. Его уже разводили и на грустные лица, заплаканные глазки и душещипательные истории о судьбе злодейке. Виант вновь повернулся к «малахитовому компьютеру».
Курсор так и остался на самой нижней строчке в меню выбора персонажа. Символический рисунок крысы и описание всё ещё светло-зелёного цвета. Только и осталось подтвердить выбор. Левая рука шлёпнула по кнопке на панели перед «малахитовым компьютером».
- А, чёрт, - Виант тихо ругнулся.
Из-за глупой выходки Инги он начисто позабыл, что осталось ещё одно самое последнее меню «Подтвердите выбор», а под ним два варианта «Да» и «Нет».
К чёрту сомнения, курсор наехал на «Да». Виант от души хлопнул по кнопке на панели перед «малахитовым компьютером». Ладонь тут же отозвалась болью. Но, Виант повернул голову, ничего не изменилось. Хотя, по идее, в том конце «малахитовой комнаты» должна открыться дверь. Должна, но только она так и осталась на месте. Да и стандартное меню «Подтвердите выбор» никуда не делось.
А, ну да, Виант уставился на панель перед «малахитовым компьютером». Большая кнопка с выпуклым крестом в виде четырёх уголков засветилась, будто под ней зажглась лампочка. Всё правильно, обоими руками Виант навалился на неё всем телом. Это, так сказать, «последнее китайское предупреждение».
Большая кнопка с выпуклым крестом не только крупней первой, а ещё и тугая до жути. Виант буквально повис на упёртых в выпуклый крест руках. Нехотя, едва ли не со скрипом, она пошла вниз. Щелчок. Большая кнопка утонула в панели перед «малахитовым компьютером». Рука смахнула со лба испарину. Виант перевёл дух. И когда только успел вспотеть? И что дальше?
В первый раз, когда большая кнопка с выпуклым крестом почти слилась с панелью перед «малахитовым компьютером», широкий экран погас, а дверь на том конце «малахитовой комнаты» распахнулась. Теперь же, Виант повернул голову, дверь действительно распахнулась, а вот экран и не думает гаснуть. На нём появилась широкая надпись: «Выбор делает Инга Вейсман». Чуть ниже хорошо знакомая таблица со списком миссий. Виант усмехнулся, активна только самая верхняя строчка «Ядерный конфликт». Остальные миссии будто затянуты мутной плёнкой.
И последняя проверка, двумя пальцами Виант толкнул шарик-манипулятор. Хрен! Подушечки пальцев лишь зря проскользнули по гладкой поверхности шарика-манипулятора, а курсор не тронулся с места.
Понятно, Виант кивнул. Теперь никто,
