стал притягивать женское тело к себе. Уже через минуту они танцевали настолько близко что почти касались друг друга, а запах чудных волос Матильды Витольдовны снова стал дразнить его нос.
Когда до конца мелодии осталось совсем немного Саша пошёл в ва-банк. Он полностью прижал восхитительное княжеское тело к себе и теперь отчётливо ощущал чуть ниже своей груди два упругих холмика, уткнувшихся в него. При этом женщина не только не сопротивлялась, но наоборот! Перестав смотреть ему в глаза она положила Александру голову на грудь и глубоко вздохнула, словно обмякнув.
Пластинка снова закончилась, но они оба продолжали медленно кружиться, словно в ушах у них всё ещё звучала старинная композиция. Саша не хотел выпускать её из своих объятий а она, видимо, не желала освобождаться. Подчиняясь внутреннему наитию Александр, не прекращая танца, положил правую руку на её щёчку и стал нежно поглаживать, чувствуя бархатную кожу аристократки. Потом чуть переместил ладонь и осторожно стал поднимать женскую голову за подбородок. Та безвольно запрокинулась, и Саша увидел её закрытые глаза под трепещущими длинными ресницами. Чуть тронутый помадой рот с припухшими губами был, казалось, с готовностью приоткрыт, и он не замедлил опять этим воспользоваться…
Второй его поцелуй был не таким страстным как первый, едва всё не испортивший. Нет, Александр слегка прижался своими губами к её, и ласково облизнул их своим языком, почувствовав вкус помады. Матильда Витольдовна не отвечала но и не мешала, словно полностью отдав ему инициативу. Лишь тяжело дышала, обдавая его слегка заметным запахом алкоголя от шампанского. Ободрённый такой покорностью Саша решил наступать дальше.
Убрав вторую руку, благо придерживать женскую голову больше не было нужды, он крепче прижал княгиню к груди и позволил себе более глубокий поцелуй, проникнув в её рот. По телу аристократки пробежала мелкая дрожь, из горла вырвался глухой тихий стон. Мягкие ручки чуть упёрлись ему в грудь, словно пытаясь оттолкнуть его, но эта попытка показалась Александру настолько слабой и неубедительной что он лишь сильнее обнял даму, всё глубже проталкивая свой язык.
Это как будто окончательно прорвало барьер её сдержанности. Саша с восторгом ощутил как юркий женский язычок сначала как-то несмело, а потом всё более оживлённо, начал отвечать ему. Теперь дама не просто позволяла себя целовать, а принимала в этом активное участие! Член, естественно, не остался в стороне от этой пикантной ситуации и с воодушевлением упёрся женщине в бедро, показывая обоим что полностью готов к своей половой миссии. Возможно, почувствовав это, Матильда Витольдовна чуть дёрнулась от такого недвусмысленного намёка, но сразу же прижалась плотнее. Закинув ему руки на шею княгиня определённо входила во вкус, её язык шустро сопротивлялся вторжению, умудряясь при этом словно поддразнивать Александра ещё больше усилить натиск.
В его голове шумело, сладостный дурман окутывал всё тело, заставляя забыть обо всём кроме этой очаровательной аристократки, осколке былых времён. Из последних сил сдерживаясь, чтобы не провалиться в пучину сладострастия и внеземного удовольствия рядом с княгиней, Саша очень неохотно оторвался от её восхитительно-мягких губ. Она медленно открыла свои глаза с поволокой желания на них и посмотрела на него таким взглядом что у Александра захолонуло сердце от нежности и любви. В этот момент Матильда Витольдовна не была бывшей камер-фрейлиной императорской дочери, не была княгиней или аристократкой… она была просто женщиной! Женщиной которая ждёт внимания, ласки и любви. И он был твёрдо намерен дать ей всё это!
Больше не сомневаясь в своих действиях и не испытывая колебаний Саша чуть нагнулся и лёгким движением подхватил горячо желанное женское тело на руки. Та тихо ахнула, но только ещё крепче сцепила руки у него на шее и закрыла глаза, полностью вверяя себя Александру. Дама не была тяжёлой, а может это ему лишь казалось из-за охватившего предвкушения, когда своя ноша не тянет?
Неся её на руках он направился к той самой кровати, представляющей, по его мнению, самое настоящее произведение искусства. Как там в слогане «Газпрома»? «Мечты сбываются?» Так и есть! По крайней мере для него здесь и сейчас.
Раздвинув своим телом лёгкие, прозрачные занавески Саша подошёл к ней и осторожно положил свою драгоценную ношу на светло-зелёное шёлковое покрывало. Его уже потрясывало от желания, сказывались не только близость и доступность так долго влекущей к себе Матильды Витольдовны но и банальное долгое отсутствие секса. Две с половиной недели это, всё-таки, в его новом состоянии очень много. Но терять время не хотелось, мало ли, вдруг княгиня опомнится от романтики этого чудесного вечера, придёт в ясное сознание и начнёт жеманиться? Все эти женские заморочки, которые часто отравляют жизнь не только парням но и самим дамам, сейчас были абсолютно не нужны.
Поэтому он опустился на неё и стал снова целовать мягкие губы, между делом пытаясь на ощупь понять как расстегнуть платье. Или не заморачиваться этим и просто поднять? Но ведь ему хотелось насладиться ею полностью, а для этого нужно обнажить и грудь! Попытки наугад раздеть безвольно лежащую женщину не удались, поскольку пуговиц на груди не оказалось, стало быть нечего и расстёгивать. Утешением послужило лишь то что благодаря полукруглому вырезу на груди удалось оттянуть его вниз и таким образом увидеть два великолепных сокровища, так долго дразнящих его под белым платьем.
Под её одеждой не оказалось никакого лифчика, что его приятно удивило. Он знал что у женщин бывают такие вечерние платья под которые очень не рекомендуется одевать нижнее бельё из-за того что оно выделяется через ткань, но увидеть это подтверждение на царской аристократке было… очень интригующе, что не говори. Освобождённые из тесного плена груди, наконец, оказались на свободе и вызывающе выставили вперёд острые соски, словно бросая ему вызов. Александр смерил их восхищённым взглядом, улыбнулся… и принял его, жадно обхватив один из них своими губами!
Как сквозь туман он услышал над головой тихий стон, а потом почувствовал как на его голову легла женская рука. Она нежно стала гладить Сашу по волосам, а сама женщина еле слышно что-то шептала…
— Саша… Саша! — голос аристократки с трудом пробился в его уши и Александр, переборов неистовое желание продолжить ласкать грудь дамы, оторвался от неё.
Сфокусироваться на лице Матильды Витольдовны из-за возбуждения удалось не сразу, но он это сделал. На глазах княгини блестели слёзы, неизвестно от чего. Женщины часто плачут по самым разным поводам, хорошим и не очень. Тут не угадаешь, особенно если они сами не знают…
— Саша… Скажите… Ну зачем вам это
