хитрожопый. — она кидает взгляд на бессознательное тело, которое лежит в чемодане.
— Что за пакость была, кстати? Я сразу с копыт долой. А Винценту хоть бы хны… — говорит Майко, почесывая котенка за ухом. Котенок закрывает глаза и мурчит, довольный.
— Нейротоксин. Избирательного действия, очень быстро действует, но не убивает сразу, а парализует. Думаю, на тот случай, если его захватят, чтобы дать время для спасательной операции, ну а если таковой не будет, и никто не впрыснет антидот — то через полчаса угнетается дыхательный рефлекс и сердечная деятельность. — поясняет Читосе: — если бы не Шикины бородавки…
— Да не, Син бы потом нас вытащил. — машет рукой Майко: — но все-таки, какая сволочь хитрожопая… — она снова кивает взгляд на кровать: — смотри-ка…
Мы снова смотрим на чемодан, который лежит на огромной, застеленной красным шелковым покрывалом кровати, и на господина Китано, который лежит в этом чемодане. Господин Китано, профессор и лауреат — выглядит не очень. Присматриваюсь внимательнее.
— Кто операцию проводил? — спрашиваю я у нашей сладкой парочки. У меня есть подозрения, но нужно убедиться.
— Читосе. — кивает Майко: — это ее идея.
— Ты же вроде не против была? — защищается Читосе.
— Да я думала что тебе так хочется… Ай! Вот мелкий засранец! За палец укусил! — Майко отнимает руку у котенка, который превращается в мохнатый, кусательно-царапательный агрегат.
— Нет, ну… для первого раза очень даже ничего. — говорю я: — швы аккуратные, никаких признаков гноя… я не специалист, но по-моему очень даже хорошо сделано.
— Вопрос не в том, насколько хорошо это сделано, а нахрена — поправляет меня Акира: — потому что это может превратиться в паттерн. В образ действия. Я вот, так и вижу, как эти двое… — она кивает на насторожившихся Чиотсе и Майко: — и в следующий раз думают — а чего возиться с целым, отчекрыжим-ка мы ему ноги и руки, а если что — Син отрастит. Так же легче, правда?
— А ты попробуй целого человека в чемодан запихать. — парирует Майко: — он и так-то тяжелый, колесико пластиковое лопнуло, я его руками везде таскала. Еще и проводник этот — мол, давайте помогу…
— У тебя просто пуговицы на блузке отлетели и все видно было, вот бедняга и влюбился… — хмыкает Читосе: — а вообще Майко права — так же легче.
— Вот с этого все и начинается. Сперва вам так легче, а потом вы и сами не заметите, как у вас в подвале коллекция таких вот… обрубков стоять будет. Должны быть границы! — ставит точку Акира. Читосе задумывается. Майко, в отличие от нее — ни капельки не рефлексирует и продолжает изводить котенка.
— А кот откуда? — наконец задаю я мучавший меня вопрос: — и почему Винцент?
— Котенок. Он у этого изверга дома жил. — поясняет мне Майко: — что бы с ним было? С голоду бы помер. Вот я и…
— Гуманистки хреновы. — выдыхает Акира, достает портсигар и извлекает оттуда сигарету.
— Тут не курят. — говорит Майко, кивая на ламинированный лист правил, прикрепленный к стене. Лист содержит короткий список запретов, с поясняющими картинками. Мне с места не видно, но картинки многообещающие.
— Плевать. — отвечает Акира и кончик ее указательного пальца загорается красной точкой, она касается кончика сигареты и затягивается. Выдыхает дым. Закрывает глаза.
— Прекратите вы уже Акиру доводить. — говорю я: — вы же как специально над ней издеваетесь. У нее еще что-нибудь в голове лопнет, не дай Аматэрасу.
— Где мы издевались? Китано этого привезли? Привезли! А что у него в зубе был встроен резервуар с нейротоксином — откуда ж нам знать? Ууу… скотина хитрожопая… чистый барон Харконнен — грозит кулаком Майко: — теперь ждать, пока нам убежище не почистят. Акира, а может ну его? Чего его чистить, если мы все-таки оттуда живыми выбрались?
— Обеззараживать. Деактивировать. — говорит Акира с закрытыми глазами: — вы выбрались только потому, что на вас бородавки Шики были. Кстати, надо бы перестать их бородавками называть, что за детский сад. Это же получается полевой аварийный источник регенерации. ПАИР?
— Пиар! — поднимает руку Майко и котенок вспрыгивает с ее колен и бежит куда-то в угол, она вскакивает вслед за ним.
— Оставь животное в покое. Так вот, пока в убежище полный цикл обеззараживания и деактивации не пройдет — никто туда не возвращается. Кто его знает, что там за токсины и агенты в этом газе были. — поясняет Акира. Майко ловит котенка и возвращается на место, котенок протестующе мяукает.
— Подведем итоги. — говорю я, видя, как страдает наша Акира: — вы поймали Масадзи Китано у него дома, усыпили, ампутировали конечности и забрали его кота.
— Винцента! — протестует Майко, поднимая котенка вверх. Котенок мяукает.
— Винцента. — соглашаюсь я: — упаковали Китано в чемодан и привезли в убежище.
— Сперва мы приехали к Акире, за советом. — говорит Майко, опуская котенка.
— За советом — что с ним делать? Это правильно. — киваю я. Видимо, наша парочка все же может принимать взвешенные и продуманные решения, а если чувствуют, что их компетенции недостаточно — обращаются за советом. Жаль, конечно, что они переоценили свой уровень компетенции когда решили похитить этого Китано, но сейчас чего уж. Тут вопрос не кто виноват (Майко конечно же!), а что делать. Так что вполне себе молодцы девчонки, как только прибыли — так к Акире сразу. Советоваться.
— Не, — машет рукой Майко: — тут Читосе хочет за тебя замуж выйти и …
— Дура! Ты опять проболталась! — шипит Читосе и пинает Майко ногой в голень под столом, отчего та ойкает и у нее снова сбегает кот: — вот ничего тебе доверить нельзя! Болтун — находка для шпиона!
— Чего хочет? — подвисаю я. Майко делает круглые глаза, отпускает кота и закрывает рот ладонью. Читосе краснеет. Акира трет переносицу. Вот и пришел этот нелегкий день в жизни любого мужчины, думаю я, а бежать некуда, дверь заперта.
— Да, не вопрос, поженимся. — в таких случаях всегда надо идти навстречу опасности, глядя ей прямо в глаза. Свадьба, сопливые дети, подгузники, вскакивания по ночам по любому крику, синяки под глазами от недосыпания, а моя сила ну ничего
