никакая не лесть. Ты такой смышленый. Даже я до этого не додумалась, — Эбби подошла к другу и потрепала его по волосам, после чего улыбнулась и вновь обняла его с такой силой, какой не положено быть у особей женского пола.
Затем они снова покинули дом и отправились на комедию, которая вот-вот должна была начаться.
Надо сказать, что поход в кино значительно подбодрил Эбби. Ее лицо начало розоветь, уголки губ чаще подыматься, в потухших от горестей глазах появлялся прежний блеск, которого так не хватало Нэйтену. И Фостер понял, что принял правильное решение, сводив Миллер в кино, ведь ей сейчас нужно больше внимания, чтобы восстановиться после всех проблем, которые свалились на ее хрупкие плечики.
И почему иногда судьба так несправедлива? Почему именно ей, девушке с огненно-рыжими волосами, суждено так страдать? Что такого в жизни должен сделать человек, чтобы потом расплачиваться так?
На эти вопросы можно вечно искать ответы, но так и не найти их. Ведь иногда на их поиски уходит вечность, а у нее и так нет времени на это. Сейчас ей нужно было подтянуть учебу, которую она успела завалить за эти три недели, отработать пропуски пар мистера Уилсона, на которых она побывала всего лишь два раза за это время, разобраться с Рочестером и выйти на «L», а на это требовалось куда больше времени, чем на поиски ответов на дурацкие вопросы.
Глава 33
Наступила перемена после долгой пары, которая только что закончилась. Студенты могли заняться своими любимыми делами: кто-то пошел в столовую, так как было время обеда, кто-то покидал корпус, чтобы подышать свежим воздухом или просто покурить (это запрещалось, как и в любом приличном учебном заведении, но бывали и те, кто нарушал это правило и просто рисковал собой). Эбби же решила провести перемену в своем излюбленном месте — под большим деревом в студенческом дворике.
Она сидела, поджав ноги, и что-то снова рисовала в своем блокноте. Наверное, это занятие было у нее любимым, ибо под этим деревом она только рисовала и ничем другим вовсе не занималась. Зато это ее хорошо успокаивало, она абстрагировалась от внешнего мира и витала где-то в облаках, живя в розовых мечтах.
Сегодня она вновь видела Уилсона, но не заговорила с ним. Он вел себя так, как будто ничего не произошло, и Эбби всерьез начала задумываться, что он какой-то робот без чувств, ведь его лицо не выражало каких-то особых эмоций.
Как вообще можно так жить? Как можно так профессионально скрывать свои чувства? Хотя не стоит забывать, что он закончил «актерское мастерство», так что был главным фигурантом в этой пьесе.
Когда Миллер увидела его, у нее что-то дрогнуло, дыхание сбилось в край. Она что-то почувствовала, но не могла это описать. Такое с ней происходило впервые, и, наверное, это называлось любовью.
Очень больно видеть человека, с которым вы не можете быть вместе. Это все равно, что влюбиться в киногероя! Ты всегда знаешь, что не будешь с ним рядом. Ты никогда его не обнимешь, не поцелуешь. Это мечта! Она влюбилась в мечту! Ну и что, она была счастлива! Она не жалела ни об одном дне, что с ним провела. Пусть у них не было любовных отношений, но она чувствовала, что он был рядом, танцевала, расследовала дело брата вместе с ним, черт возьми!
Только сейчас она поняла, что этого ей было достаточно. Лучше так, чем вообще никак! Но она все это потеряла. Она думала, что была нужна ему, как женщина, но как же она ошибалась. Он просто искал в ней друга, который может его поддержать и скрасить его одиночество. Впервые в жизни она жалела, что захотела его поцеловать, ведь не будь этого, она бы сейчас стояла рядом с ним, смеялась, как обычно, но время не повернуть вспять. К сожалению, еще не придумали машину времени, чтобы можно было путешествовать и исправлять свои ошибки. Теперь ей придется сидеть одной здесь, под этим деревом, на этой прозябшей земле, а не находится рядом с ним.
Как легко потерять родного нам человека, но как тяжело его вернуть, а даже если и сделаешь это, на душе все равно останется неприятный осадок после ссоры, доверие ослабнет: оно как тонкая ниточка, готовая порваться в любую секунду. И становится обидно от того, что начинаешь понимать, что как прежде уже ничего не будет. Ты можешь общаться с этим человеком, все также шутить, но его отношение к тебе поменяется: он будет видеть тебя совсем другую, новую, уже не ту, которая была близка по душе. Мы не ценим то, что имеем, а когда уже потеряем, начинаем плакать, кусать локти, винить себя. Наверное, это наш самый ужасный порок из всех.
Эбби все это прекрасно понимала, только было поздно что-то менять, поэтому она просто оперлась на дерево, склонив голову и прикрыв глаза, чтобы снова не заплакать, не закричать от боли, которая накопилась у нее внутри.
Миллер почувствовала чье-то прикосновение руки и, открыв глаза, увидела перед собой Бетти, сильно встревоженную и обеспокоенную. Купер посмотрела в ее глаза, при этом положив свою руку на ее плечо, и нежным-нежным голоском, которым обычно говорила ее мама, сказала:
— Эбби, милая, я вижу, что с тобой что-то происходит. Каждый день ты сама не своя. Редко появляешься в академии, а если уж и находишься здесь, то забиваешься в этом скромном уголке. Знаешь, ты можешь все мне рассказать, и у меня уж хватит сил тебя поддержать, правда. Я понимаю, что Нэйт тебе лучший друг, что ты ему можешь довериться, но и от меня не стоит скрывать, я ведь не чужой тебе человек.
Миллер сжалилась над ее словами: она очень дорожила Купер, хоть и не могла ей многого сказать. Отчасти это было потому, что она не хотела ее обременять и вешать на нее свои проблемы. Однажды она сделала это с Нэйтеном, и теперь у него нет своей жизни: он вместе с ней разгребает лопатой все сложности и неприятности. Для нее Купер — очень нежная и хрупкая натура, которую не хочется подвергать опасности. Не дай Бог «L» узнать про нее, навредить ей.
Миллер обняла Купер, уложив свою голову ей на плечо. Она ничего не говорила, лишь сопела. Она этими действиями и жестами отвечала на ее слова. Иногда этого было достаточно. Но вскоре, когда Купер успокоилась, Эбби ответила:
— Бет-с, спасибо тебе за то,
