веке, креативщиками по полной программе.
И я решительно направился в зал.
Глава 20
А ребята с папками в зале прямо разошлись от души. Совершенно никого не стесняясь, они в открытую ходили по рядам. Со стороны казалось, что это опоздавшие зрители ищут свои места. Правда, «опоздавших» уже было едва ли не десятая часть от всего зала. Размах их деятельности впечатлял.
— А тепеерррррь!!! — в динамиках гремел голос ринг-анонсера. — Ещё одна рррррешающая встррреча!
«Как же они всё-таки умеют нагонять пафоса на пустом месте», — не без восхищения подумал я. «Каждая встреча — решающая, каждый бой — долгожданный, каждая победа — триумфальная».
Объявили выход парнишки-самбиста, которого я пару раз видел тренировавшимся в зале, он произвел благоприятное впечатление. Парень был способным и выносливым, раза три поучаствовал в местных соревнованиях и даже успел обзавестись первыми поклонницами, имея смазливую мордашку участника бойзбэнда типа «Бэкстрит бойз». Сегодня ему предстояло сражаться с боксером, внешность которого представляла из себя огромную гору мышц. И был велик шанс, что удары боксера малость милую мордашку подправят, сделав ее менее привлекательной.
«Не слишком ли прямолинейно мы составили программу?» — мелькнуло у меня в голове. «Контрасты, конечно, дело эффектное, но в результате создается такое впечатление, что у нас девиз „Боксеры против всех“. Хотя… публике вроде бы нравится подход. Значит, пусть идёт как идёт».
Я приблизился к собирателям ставок с населения. Не обращая ни малейшего внимания на мое появление, они продолжали принимать мнения и деньги с доверчивых, но азартных зрителей.
— Я не понял! — жёстко отчеканил я, подойдя к одному из людей, общавшихся со зрителями. — А что здесь происходит?
— Да ничего особенного, — невозмутимо пожал плечами тот, сменив меня взглядом. — Люди вот ставки делают. А какие проблемы?
Нет, я, конечно, понимаю, что наглость — второе счастье. И уж тем более странно было бы ожидать этикетных церемоний от персонажей с внешностью осуждённого на третью ходку по тяжкой статье. Но все равно — чтобы вот так, как ни в чем не бывало, в глаза сообщать «на твоём мероприятии мы решили сделать свой нелегальный бизнес»…
Тем временем, заметив мое присутствие, к нам подошли ещё несколько его «коллег». Видимо ребята самую малость напряглись. Отличить друг от друга их было сложновато: одни и те же квадратные физиономии, одинаковые золотые цепочки на шеях, одинаково накачанные тела… Впрочем, я-то теперь тоже от них отличался мало. Так что чья бы уж корова мычала, как говорится.
— И на что ставим? — издевательски спросил я.
— А у нас несколько этапов, — пояснил один из подошедших. — Для начала мы задаём вопрос, кого, по их мнению, они увидят в финале.
— А какая разница, кого бы они хотели увидеть, если уже в афише заявлено, что в финале буду я и Уильямс? — не понял я.
«Быки» насмешливо переглянулись.
— А мы им говорим, что будет суперфинал, — сказал ещё один из них.
— Какой ещё суперфинал? — озадачился я.
— Ну смотри, — объяснил мне первый, — ты же соединил свой турнир и турнир Варианта. А ведь там тоже должен был быть свой финал. Братва переживает. Ты лишил кого-то возможности стать победителем, врубаешься? Это нехорошо. Вот мы и спрашиваем зрителей: а если бы в суперфинал вышел победитель от Варианта и победитель от Заура, кто бы могли ими быть? И на чью победу тогда вы бы поставили?
Ах вы… Красиво провернули, собаки, не подкопаешься. Действительно, получалось, что кого-то из вариантовских могли сделать победителем, а я своей договоренностью сделал так, что это стало невозможно. И пусть можно было сказать «Ваш шеф сам на это с готовностью подписался» — шефу, то есть Варианту, предъяву никто из них кинуть не осмелится. А вот мне — за милую душу. Ну и бабла параллельно срубить — тоже святое дело. В общем, голь на выдумку хитра. Вовремя пацаны подсуетились.
Я покосился на первый ряд. Там по-прежнему сидела Алина с видом застывшего сфинкса, с холодной беспристрастностью взирающего на окружающих. Интересно, а она в курсе, что у нас тут целый тотализатор открыли или нет? С чего бы ей вообще так нервничать — то «люблю — не могу», то «иди займись делами», и все это по несколько раз за одно утро? Может, она тоже что-то скрывает, как свою службу в конторе? После такого количества сюрпризов от людей, которых, как мне казалось, я хорошо знал, уже ничему не удивлюсь. Мужская природа зла — когда речь идёт о красивой женщине, мы постоянно думаем не той головой. На этом нас частенько и ловят. А хорошо бы быть потрезвее и повнимательнее.
Раздался грохот. Все рефлекторно повернулись в сторону ринга. Это самбист сделал ловкую подсечку ногами, и боксер рухнул на пол всем своим весом. Толпа взревела от восторга. Но через несколько секунд боксер вскочил на ноги. Начав работать джебами, он заставил самбиста соблюдать определенную дистанцию. Дождавшись, пока соперник привыкнет к образовавшейся «санитарной зоне» между ними и ослабит бдительность, боксер резко подскочил к самбисту и нанес ему сокрушающий удар левой. Видимо, недавнее падение не на шутку разозлило боксера, и от его удара бедолага самбист отлетел в дальний угол ринга. Толпа снова восторженно заорала, захлопала и заулюлюкала.
— Ну так что? Вопросы ещё имеются? — нетерпеливо спросил меня бандит. — А то нам тоже работать надо, а не лясы точить. Как и тебе, — неожиданно примирительно добавил он.
— А как это вы так лихо рассказываете зрителям, что турнир расширится, — начал закипать я.
Внезапно я понял, к чему ведёт вся эта движуха. Против толпы, жаждущей продолжения и уверенной, что ее очень жёстко обломали, никакая зауровская охрана не сработает. Тут ползала таких же сидит. Начнется такая заваруха — пожалеешь, что на свет родился.
В результате мы были бы вынуждены проводить ещё один тур, то есть суперфинал. А это — дополнительное время аренды зала, дополнительное время трансляции и оплаты услуг всех служб… В
