– Ладно, проехали, – махнул я рукой. – Зато теперь все понятно, почему «Бритва» то работает, то нет.
– Кстати, дай-ка мне на нее посмотреть, – сказал Кузнец.
Я пожал плечами, вытащил нож из ножен и протянул его мутанту.
Тот взял – и прям вцепился взглядом в клинок. Даже дополнительные гляделки на его висках немного вылезли из глазниц на тоненьких жгутиках глазных нервов, и тоже уставились на мою «Бритву». Я бы не удивился, если б над лысиной Кузнеца замаячили эдакими антеннами и затылочные глаза. Но нет, видать, новый череп мутанта был не настолько крут в этом отношении, как раньше.
Кузнец несколько минут рассматривал нож, вертел его так и эдак, даже лизнул, высунув из широкой пасти длинный, тонкий и гибкий язык с мясистой присоской на конце, как у хамелеона. Потом положил его на стол и уставился на меня своими четырьмя глазами.
– Не, я все понимаю, – сказал он. – Мой косяк – это мой косяк, не спорю. Но ты-то чего с ножом сделал?
Я недоуменно поднял брови.
– В смысле?
– Ты из себя ангела-то не строй, – сварливо произнес мутант. – В твоей «Бритве» вообще все ее свойства забиты каким-то очень сильным артефактом, который ты как-то умудрился в нее засунуть. При этом, конечно, возможны какие-то проблески ее активности, но только проблески. Тот арт ее подавляет своей мощью. Удивительно, как твой чудо-нож вообще еще не развалился от такого внутреннего напряжения.
Я вздохнул.
– Было дело, не уследил. Клинок коснулся «ногтя Мидаса», после чего тот «ноготь» исчез, будто «Бритва» его в себя всосала.
– Понятно, – кивнул Кузнец. – Это многое объясняет. В общем, мы оба хороши. И вряд ли я тебе чем-то помогу – не слышал я, чтоб в последнее время кто-то находил в Зонах крупный «нандин», из которого можно было бы отковать аналог этого ножа.
Я невольно скрипнул зубами. Получается, в мир Кремля мне больше не попасть. А значит, и не сдержать слова, которое я дал умирающему Фыфу. И клятву, данную самому себе, мне тоже не выполнить.
– И что, нет никакого средства починить «Бритву»? – без особой надежды спросил я. – Может, перековать заново, с «серебристой паутиной»? Ты ж меня знаешь, я достану.
– Да не, перековка ничего не даст, – покачал глазастой головой мутант. – И «паутина» по второму разу не ляжет как надо в структуру уже закаленного металла, и уж растворившийся в клинке «ноготь Мидаса» ты этим точно из него не вытянешь. Правда, есть одна легенда, среди нашего брата-кузнеца по Зонам ходит. Мол, один раз за все существование Зоны может в ней родиться мощный «электрод»-мутант, у которого есть второе сердце. И вот если это второе сердце аномалии разбить, например, молотком, раздробить рукояткой пистолета, или разрезать ножом, то тот молоток, пистолет или нож ты сам сможешь наделить любым свойством, которым пожелаешь. Только нужно очень сильно хотеть, иначе ничего не выйдет. Но, сам понимаешь, это только легенда. Говорят, в индийской Зоне какой-то раздолбай нашел «второе сердце». На радостях растрепал всем в сталкерском баре об уникальной находке, потом тут же, не отходя от стойки, продал ее кому-то за бешеные деньги – и на следующий день исчез. Думали, что уехал на Канары или Багамы, – но нет. Через неделю в какой-то яме нашли его голову с накрепко зашитым ртом. Остальное не нашли. Впрочем, все это только очередная легенда Зоны, не более.
– Может, и не легенда, – сказал я, открывая клапан нарукавного кармана. – Уж больно насчет зашитого рта символично и правдоподобно, такое вряд ли придумаешь. И, кстати, по поводу «второго сердца». Я тут шел недавно мимо Поля аномалий, которое за околицей твоего села, и вот чего нашел в крупном «электроде». Глянь, это не оно?
С этими словами я положил на стол шарик, который сначала украла, а перед смертью вернула мне Касси. Теперь понятно, зачем она так рисковала. Оказывается, не простой это артефакт, а, фактически, портативная Машина желаний. Эдакий Золотой шар в миниатюре, способный превратить в исполнитель желаний любой предмет. И правда – берешь кувалду, и наделяешь ее способностью одним ударом превращать любую железяку в золото. Или кирпичи в бриллианты. Вот оно, дармовое счастье, о котором все мечтают, и за которым гоняются, рискуя жизнью… Правда, не надо забывать, что у любого счастья обязательно есть побочный эффект, вследствие которого очень часто тот, кто это счастье нашел, исчезает потом, забыв в какой-нибудь яме свою голову с зашитым ртом. Чисто чтоб другие не прознали про место, где то счастье водится…
Челюсть Кузнеца провисла книзу, а над его головой замаячили два маленьких шарика – затылочные глаза на вытянутых в струнку глазных нервах, аж вибрирующих от напряжения – того и гляди, оторвутся. Причем на этом дело не кончилось.
Кузнец осторожно взял артефакт двумя пальцами. При этом дополнительные глаза мутанта – височные и затылочные – медленно проползли по его черепу и сосредоточились на лбу, внимательные и слегка покрасневшие от напряжения. М-да… Только в Зоне можно понять, что значит на самом деле расхожее выражение «глаза вылезли на лоб».
– Велика ж твоя личная удача, хомо, – нервно сглотнув набежавшую слюну, наконец произнес Кузнец. – Я не верю в судьбу и предназначения, но вот этот арт свидетельствует о том, что ты не случайно оказался в Зоне. И родился не случайно. По ходу, есть у тебя миссия на этом свете – зачищать этот мир от всяких уродов во имя добра и справедливости…
– Угу, – прервал я впечатлительного мутанта, которого, на мой взгляд, понесло не в ту сторону. – Офигенная миссия. Мочить уродов в разных мирах, творя таким образом добро и справедливость, а на досуге писать об этом книжки под звучным псевдонимом, отсылая их неизвестно кому.
– А что, может, это тоже часть твоей миссии – через книжки делиться боевым опытом, – вполне серьезно произнес Кузнец. – И пусть читатели сами думают, что в них правда, а что вымысел…
– Так, ладно, – хлопнул я ладонью по столу. – Что-то мы после поллитры на двоих не в ту сторону рулим. Ты мне толком скажи – это правда то самое «второе сердце» из твоей легенды?
– Очень похоже на то, – энергично кивнул мутант, отчего все его дополнительные глаза съехали на брови. – И проверить это можно только одним способом.
С этими словами он протянул мне «Бритву» и артефакт.
– Загадывай желание, а потом разрежь арт. Только сам себя не обмани. Желание то должно быть настоящим, самым сокровенным, самым главным для тебя. Тогда точно должно получиться. По крайней мере, в той легенде именно так говорится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
