Отсюда и вытекает еще одна очень важная особенность Юлианского календаря — он является солнечно-лунным, то есть каждые 19 лет (так называемый метонический цикл в честь древнего афинского астронома Метона) одни и те же фазы луны падают на те же календарные числа.
Юлианский календарь — самый точный, к чему мы еще вернемся. Некоторые эстеты сравнивают его с поэмой: 4-летие с четверостишием, високосный год — с рефреном, и находят ритмическую структуру в периодичности его чисел.
Откуда же взялся Григорианский календарь? Подарил его миру Папа Григорий XIII в 1582 году. Отметив, что во времена Никейского Собора день весеннего равноденствия приходился на 21 марта, а к XVI столетию сместился на 10 дней вперед, папа решил «вернуть равноденствие на надлежащее ему место», о чем и сообщил в соответствующей булле. Как это можно было сделать? Полностью вычеркнуть из исчислений сидерический параметр, то есть намертво привязав год к тропическому исчислению, к земле! В один прекрасный день католики (тогда еще это не затронуло протестантов) легли спать вечером 4 октября, а проснулись по папскому велению 15 октября! По научным меркам 1582 года это был чудовищный шаг назад, во мрак невежества. Ведь еще во II веке д.н.э. Гиппарх обнаружил, что точка весеннего равноденствия перемещается относительно звезд навстречу годичному движению солнца, из чего однозначно вытекает, что фиксация его по дате является принципиальной ошибкой! Почти все университеты Западной Европы резко выступили против календарной реформы. Особенно решительно протестовал научный мир в Париже и в Вене. Внедрение нового календаря сопровождалось обильным хождением в народе сатир и протестных воззваний. Нелишне упомянуть, что автор проекта этого календаря, Луиджи Лилио, был у Папы в милости. Формально на новый календарь был объявлен конкурс, но победителем чисто случайно оказался не кто-нибудь, а выдвиженец понтифика. Что-то до боли созвучное нашим дням. От начала разработки календаря, который большинство ученых мужей определили как «искаженный Юлианский», до его повсеместного внедрения в католическом мире прошло менее года. Ничего не скажешь, серьезный и выверенный труд!
Некоторые ученые полагают, что притеснения, выпавшие Копернику с его последователями, были вызваны как раз предваряющим их введением Григорианского календаря. Система Коперника вступала с ним в противоречие. А введен он был тогда совсем недавно, позиции новодела еще оставались шаткими.
Но и это еще не все. Из-за «переброса» летосчисления вперед нарушилось солнечно-лунное согласование христианской Пасхи с иудейской. В результате католическая Пасха может как совпадать с иудейской, так даже и предварять ее, что выглядит несколько странно: Христос не мог воскреснуть раньше, чем был распят! Это канонический нонсес и прямое подпадение под анафему всех древних Соборов!
А календарь Цезаря и вправду не побежден. От него, повсеместно отмененного, не отказались астрономы: в астрономии нужна точность! Часть же Восточных Церквей, захотевших быть «как все», празднует Рождество по «новому» стилю, но Пасху все же по установлениям Никейского Собора. Поэтому все «новостильные» православные на самом деле — полуновостильные. Можно, конечно, жить и так, только следует вспомнить, что новый календарь вводился как раз из-за пасхалии!
Католики же со времен Григория XIII притерпелись к неканоничной Пасхе. Так и живут-маются.
Итак, понятно, что даже ради нормализации общественной жизни Церковь отступиться от «старого стиля» не должна и не может. Между тем, нормализация нужна. «Постный» Новый год, это еще не все мины, подложенные большевиками. Спасибо Папе Григорию и товарищу Ленину, мы имеем запряженную впереди лошади телегу. Спросить на улице первого встречного: в какой день мы празднуем Рождество? Больше половины скажет — 7 января. Дата Рождества в массовом сознании, так сказать, перенесена. Люди не хотят держать в голове, что 7 января это на самом деле 25 декабря, и почти сжились с нелогичным предварением церковного праздника праздником светским.
Но и у тех, кто постится, наличествуют логические сбои. Достоин изумления странный обычай, кое-где практикуемый среди наших православных. В светский Новый год люди следуют в храмы на молебен по случаю «новолетия». Но какое же такое «новолетие» посреди декабря?
Всякий, желающий сегодня поститься в пост, вынужден вообще отказывать себе в Новогоднем веселье, в шампанском в полночь и прочим приятным забавам. Несправедливо получается. Светское государство заимствует календарь у христиан, но при этом лишает светского праздника самую представленную в стране часть этих самых христиан — православных. Так называемый «старый Новый год», между прочим, будний день. Особо не погуляешь.
Упорядоченье январских празднований нужно для единства нации. Можно возразить — процент воцерковленных православных не столь велик, чтобы равнять по ним жизнь. Ответим — для любого единения нужно ядро, пусть и небольшое. Многие из не слишком церковных людей с удовольствием зайдут с детьми в храм на нормальное Рождество. Ныне же они мешают своими фейерверками поститься соседям, а после разухабистого светского праздника забывают о церковном. И для большинства он остается вторичен, весь акцент по-прежнему стоит на Новом годе.
Нам, не только верующим, следует осознать, что Юлианский календарь — это такое же драгоценное достояние Российской Империи, как волшебные названия наших городов. Самару мы отыграли обратно, Вятка, веселая Вятка, связанная с поговорками-прибаутками, еще называется Киров. Но мы хотя бы знаем, что Киров нам нужен не больше, чем Куйбышев или Молотов. Проблему же возвращения Юлианского календаря, возвращения нашего национального достояния, мы недопонимаем.
Можно вообразить негодование некоторой части общества: почему это в нашем «поликонфессиональном» и «светском» государстве кто-то хочет равнять календарный стиль по православным? Ответ есть и на это: год, который мы встречаем сейчас по «новому» стилю, все равно является энным годом от Рождества Христова. Никто ведь, кажется, покуда не претендует на отмену Христова Рождества как официально принятой в государстве точки отсчета? Так не лучше ли равнять по своим христианам, а не по чужим? И не лучше ли праздновать по более академичному и правильному способу счисления? Спор вокруг празднования Нового года — это не спор секуляристов с верующими. Это спор между православными и католиками с протестантами. Пока, по какой-то странной причине, все еще решаемый в пользу католиков и протестантов.
Юлианский календарь является традиционным для нашей страны, это мерило ее идентичности. Кстати сказать, до революции католики и протестанты, желая жить вместе с прочими согражданами, превосходным образом праздновали юлианское Рождество.
Жизнь надлежит исправлять не в рассуждении «кого больше», а в рассуждении исторической правильности. Православные же ценности России должны быть оберегаемы не только как религиозные, но и как культурно-исторические.
Практические же сложности, могущие возникнуть в связи с разностильем, изрядно преувеличены. Даже от того, что помимо летосчисления от Рождества Христова, на Земле функционируют и синтоистский календарь, и ветхозаветный, и еще многие другие календари, наши компьютеры отнюдь не виснут.
Доводится слышать и о сложностях, так сказать, позиционных: переведши себя на иной календарь, Россия-де «отдалится» от прочих европейских стран. Хочется спросить: кто несколько десятков лет просидел за «железным занавесом» — Российская ли Империя, жившая по Юлианскому календарю, или все же Советский Союз со своим Григорианским?! Большим ли утешеньем было для двух невыездных поколений сознание, что в безнадежно недостижимом Париже Новый год празднуют в тот же день?
Никто не мешает, наконец, остальной Европе, если захочет, вслед за нами вернуться к нормальному календарю. (Кстати сказать, это изрядно подправило бы историческую науку европейского Запада: в отличие от нас, их историки не используют двустильную разметку событий, что порождает изрядные неточности…) Нам же зазорно руководствоваться календарным новоделом Папы-волюнтариста только потому, что он указ для других.
