И вот он спасен, он на корабле ирдов, причем корабле, который совсем недавно вместе с другими судами пятой охранной эскадры смог разбить превосходящие вражеские силы. Силы, которые удерживали в плену Иллиаса.
Попав на борт этого корабля, он попытался сразу же добиться разговора с командиром эскадры, но был водворен в медицинский отсек, в котором и находился несколько часов. Ровно до того момента, пока с адмиралом не связались отец и дед Иллиаса. И вот, как только он покинул медкапсулу, все старшие офицеры крейсера, включая и командующего эскадрой — адмирала Кахэна, стояли перед ним навытяжку.
— Господин Иллиас! Мы рады приветствовать вас на борту нашего кор… — Начал адмирал торжественным голосом.
— Благодарю вас, адмирал. — тут же перебил его Иллиас. — но мне хотелось бы как можно скорее оказаться на борту своего транспорта, который должен был довести меня до Базара.
— Если вы сможете подождать всего сутки — я отправлю вместе с вами корабли сопровождения. — Предложил адмирал.
— Нет. — Отрицательно покачал головой Иллиас. — У нас слишком мало времени. Мы должны отправиться немедленно. Каждая минута на счету.
— Простите, но сейчас это не возможно. — Насупился адмирал.
— Почему?
— Мы проверяем все транспорта, оставленные пиратами. И на это требуется время.
— Проверяете на предмет чего?
— Наши аналитики утверждают, что на борту одного или нескольких из них вполне может оказаться неприятный сюрприз.
— Бомба?
— Возможно. Или абордажный наряд.
— Зачем людям прятаться на транспортах?
— К примеру, чтобы проникнуть на базар, теперь для них закрытый.
— И что сделает небольшая группа людей? — удивился Иллиас.
— Сделать можно многое. — спокойно ответил адмирал. — и даже один человек может натворить немало дел. Моя задача исключить подобную возможность.
— Да зачем им это вообще надо?
— пираты…Кто знает, что у них в голове? — пожал плечами адмирал.
— И как долго мне ожидать проверки моего корабля? — угрюмо поинтересовался Иллиас.
— По времени эскадры сейчас 10 утра. Проверка вашего корабля была начата три часа назад и, скорее всего, к обеду будет закончена. Вы можете подождать ее окончания…
— Я отправлюсь на свой корабль и там дождусь окончания проверки. — Иллиаса уже начала раздражать мнительность адмирала и его желание следовать всем пунктам дурацкого приказа, в котором и особого смысла-то не было. Впрочем, Иллиаса раздражал не сам адмирал, а осознание, что на его станции, на его детище, заканчивается продовольствие и кислород — нужно немедленно отправить туда транспорт, пока не оказалось слишком поздно. Но связываться с отцом или дядей сейчас было небезопасно.
В том смысле, что разговаривать на эту тему было можно. Но, ни один, ни второй, не знали, где именно находиться станция. А вот сбрасывать координаты, пусть и по закрытому каналу, Иллиас не хотел — к чему рисковать лишний раз, когда можно поторопить этого безмозглого вояку и все сделать самому?
Адмирал же, похоже, уже понял, что спорить с сыном и, по совместительству, внуком, столь могущественных ирдов, себе дороже и даже успел принять решение. Единственное возможное в его положении.
— С одним условием. Я пошлю с вами десантников в качестве охраны.
— До конца проверки?
— Пока не прибудете на базар.
Иллиас тяжело вздохнул. Что же, это вполне нормальная практика — махать кулаками после драки, или начинать действовать уже после того, как проблема была решена. Нападения сейчас вряд ли следует ожидать — пираты драпают от базара в разные концы вселенной, но адмиралу нужно показать свою значимость и затем отчитаться перед вышестоящим руководством, что, мол, вот он, сделал все, что мог. Даже снабдил этого «мажора» охраной. К нему, адмиралу, претензий никаких теперь.
***
— Дэйде! Дэйде! Ты меня слышишь или нет? Дэйде!!
Дэйде неохотно сбросил задние лапы с терминала, потянулся и взял уником.
— Ну что там, Бимбо?
— Слава Илша-ирду! — проворчал напарник. — И какого харта ты там дрыхнешь, пока я ползаю по кораблю, обнюхивая каждый угол?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Такого, что в прошлый раз дрых ты. — Засмеялся Дэйде. — А я как раз и лазил по всему кораблю. И заметь, тебе повезло!
— В чем?
— В том, что ты вальяжно гуляешь по коридорам новенького транспортника. А вот мне пришлось лазать по отсекам и коридорам старого тягача, в котором не то что ирд, даже симбионт не протиснется.
— Не поминай ты этих…бррр
Дэйде усмехнулся: напарник всегда до жути боялся симбионтов — расу разумных червей паразитов, предпочитавших жить в теле, а точнее мозгу жертвы. Симбионты не брезговали никем — будь то ляг, таг, человек или даже ирд. Любой разумный, с любой планеты. При этом понять, что перед тобой лишь оболочка было сложно. Хотя выдавало их одно — у представителя любой из рас, чье тело захвачено симбионтом, глаза окрашивались в красный цвет. Точно было не известно, но большая часть ученых утверждала, что подобный цвет появляется как раз из-за наличия червя — продукты его жизнедеятельности и заставляют менять цвет глаз. Особо жутко смотрелись захваченные представители людей и норгов — в отличие от других рас у них (у обычных людей и норгов) были большие глаза с белыми белками. А когда их захватывал червь, жертвы казались какими-то неестественными монстрами, демонами. Впрочем, у тех же людей в религии встречались как раз таки прямые аналогии: человек с красными глазами — исчадие ада. Быть может, этим объяснялось то, что люди всегда уничтожали своих сородичей, захваченных симбионтами. Часто это вызывало конфликты. Ведь симбионты честно платили за используемое «тело»: ирдов вполне устраивала компенсация, норги предпочитали забыть о сородиче — неудачнике, который позволил себя захватить, таги и ляги сами продавали своих проблемных граждан симбионтам. Как бы то ни было, сами симбионты, даже не взирая на их «образ» жизни были достаточно миролюбивы. И с чего вдруг Бимбо их бояться? Впрочем, сам Дэйде привык в фобии друга и скорее подтрунивал над ним, стараясь не перейти границ дозволенного. Вот и сейчас он решил уйти от темы.
— Не тех ты боишься, Бимбо.
— А кого мне еще бояться?
— Я бы на твоем месте боялся кроков.
— С чего вдруг? Они на нас вроде не нападали.
— Так ведь они питаются псевдоразумными.
— И что?
— Как что? Они же тебя сожрать могут! — рассмеялся Дэйде.
— ЭЙ! Я не псевдоразумный. — возмутился Бимбо.
— Согласен. — без тени улыбки ответил Дэйде. — у тебя ведь и мозга-то нет. Ты скорее растение.
— Ах ты манс-харт! — закипел напарник. — А ну поднимай свою задницу и делай свою работу! Я не собираюсь пахать за тебя.
Дэйде поднял голову и взглянул на экраны, которые сейчас показывали различные графики и диаграммы.
— А я и работаю. Тест программа почти закончила свой цикл. Отклонений от нормы нет.
— Реактор на холостых идет?
— Практически. Перекинул на него с резервных батарей освещение и жизнеобеспечение.
— То-то я чувствую, вроде потеплело в коридорах. А то умаялся лазать в этом холодильнике.
Даэда вполне искренне посочувствовал другу. Когда система ЖО работает от аварийной батареи, или запаски, она не утруждает себя нагревом помещений. Температура может опуститься и до -40. На таком морозе и врагу не пожелаешь лазать по техническим коридорам и тыкать контактами измерительных приборов в заиндевевшие щитки и разъемы.
— Терпи. Минут через сорок станет комфортно. Что там у тебя? Все закончил?
— А-а-а! — протянул Бимбо. — Так за этим ведь и вызывал. Пускай проверку по системам связи.
С ними техникам пришлось помучаться. Судя по всему, пираты, когда захватывали этот корабль, почему-то решили выбить все возможности связаться с Базаром. Пришлось вручную тащить внешние антенны, устанавливать их на корпусе, затем подключать к корабельной сети, да еще и вручную — проводка была в таком состоянии, что пришлось кидать новый кабель. Ну да корабль ведь в бою побывал, что ж поделаешь?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
