Никогда не выезжавший заграницу, да и почитай нигде не бывавший в России (не из нелюбви к путешествиям и номадизму, а из-за бедности), тут я получил поистине уникальную возможность лицезреть обширнейший человеческий паноптикум, анализировать оный – в том числе – и в первую очередь – по одежде.
Ежедневно пред моим взором проходило около тысячи посетителей, больше половины из которых иностранцы, а почти вся другая половина – более-менее продвинутые и состоятельные гости из провинции. Три тысячи туристов в неделю, 9—12 тыс. в месяц, ну и т. д., и практически никого я по своей дотошности не пропустил без пристального, но незаметного (надеюсь), быстро ставшего уже профессиональным осмотра.
Вкратце основные поверхностные выводы здесь таковы.
Понять, русские или нерусские идут, можно даже ещё не видя самих посетителей – по звуку. Наши дамы, дамочки и дамищи цокают, как парнокопытные, оступаются и скрындают по полу каблуками, а ни одна – подчёркиваю: ни одна за всё время! – иностранка не пришла на каблуках! Все они обуты в кроссовки, причём чаще всего – особенно американки – не в какие-то там модные сникеры или дешёвые цветистые закосы под оные, а в тёмно-коричневые, в коих только по горам лазить. Процентов у пяти всё же наличествует каблук – на сапогах, к примеру, куда ж от него? – но плоский и невысокий, а уж никак не шпилька.
Далее, когда дамы входят, понять, кто пред тобой, даже не смотря на лицо (и фигуру), тоже очень просто. Стразы, клёпки, блёстки, бляхи, клеёнчатые пояса, дурацкие надписи – это всё атрибуты наших соотечественниц (ну, и мужиков как правило тоже, хотя не так ярко). Особенно бросаются в глаза чудовищные сумки – здоровенные, блестючие, тяжеленно-неудобные, с металлическими кольцами, на цепях каких-то… А ещё судачили о тлетворном влиянии Запада, или что интуристы так выделяются фирмовой пестротой на фоне нашей унылой серости, и что нашего человека легко отличить за границей!.. Понятно, что и теперь легко, коли он обряжен в бирюльки и побрякушки, как изображающий на пляже туземца дядя Бумба из РУДН! Я уж насколь славянофил, но тут прям стыдно, ей-богу!
Иноземные гостьи одеты скромно, безо всякой претензии на фривольность и прочее: никаких тебе супермини, розовых спортивных штанов, до абсурда заниженной талии или рюшек – обычно джинсы и свитер, безо всяких нашлёпок и надписей на заднице «I AM SEXI». Пуховики не до пупка, как у всех наших (чтоб он торчал, и чаще с боковинами, что твоя сарделька!), а обычные, хорошо сшитые из хорошего материала. (Это тоже сразу бросается в глаза – наверное, для наших сограждан да ещё для так же позорно одетых малосимпатичных сиамцев особую ткань производят специально!..). Не розовые, не голубенькие, и не чёрно-блестящие, почти всегда – в отличие, понятно, от отечественных традиций – без меха, но видно, что не нарочные, а тёплые. Есть ещё пальто, что тоже весьма стильно (сия культура у нас вообще, можно сказать, в подполье), на плечах рюкзаки (тоже качественные и приличные, с надписями «Адидас» или «Найк» – в основном лишь у японцев и китайцев). Летом полж… ы не торчит, красные стринги ниоткуда не просвечивают…
И дело не в пуританстве (и не в различиях в понимании, что такое выходная одежда, а что такое causal), а в некоем, наверно, всё же общедоступном вкусе и стиле. В целом можно сказать, что большинство западных иностранцев одеты как наша альтернативная молодёжь, ищущая недорогие хорошие вещи как в бренд-магазинах, так и в секонд-хэндах и стоках. Среднее положение между откровенным нео-русским антистилем хрэщ и нормальным занимают наши бывшие товарищи по соцлагерю (и тут не ошибёшься – они себя всегда ведут наиболее шумно и бестактно). Собратья же наши по провинции, обряженные согласно последним журнальным трендам, демонстрируют вещи явно дорогущие на вид, но как-то всё обращающие сие достоинство в бред, поскольку оное у них воплощается то в рыжие кожаные сапожищи до колен с каблуком 15 см, то на солидном (но молодом!) чувачке – в какую-то а-ля хачовскую кепку, обшитую прилизанным кротовьим ворсом! (Те, кто восседают за баранкой джипа, хотя бы осознают, что их самоцель – закос под статус, а не просто закос.)
Ясное дело, что по одёжке лишь встречают, но у нас на ней все зациклены, демонстрируя скудоумие и бескультурье поистине общенациональные. Ради справедливости в качестве примечания скажу, что да, были и вестерн лейдиз, одетые рискованно-раскованно и на каблуках, – но таковых мне удалось увидеть не больше дюжины особей из десятков тысяч!
Немало и других наблюдений, всё и не описать, да хоть бы и чисто антропологических. Наш соотечественник, по лицу, по взгляду видно, что хоть он, может быть, и не кушал собаку и пуд соли, но, по крайней мере, нюхал, знает, что такое мякина. «Немец» для него – ребёнок, ему всё на бирюльках надо показывать, а коли столкнулись интересы, то и пожёстче можно поступить, как у Лескова в рассказе про немца «Железный характер», или как поведал один попутчик о работе немецкого же супермаркета бытовой техники в Москве: сами сотрудники повадились делать псевдозаказы на холодильники крупногабаритные – набивая их нутро электроникой поменьше – разворовали всё что можно, так и закрылся.
В Москве вообще, я как-то понял на досуге, покуривая за собором и посматривая на картежи с мигалками, бесконечные гигантоманские джипы и вычурные дорогие авто, с её архитектурой в стиле «сон идиота» и соответствующим поведением граждан, существовать можно лишь что-то постоянно присваивая – компенсаторный механизм психики, иначе сплошные стрессы вплоть до безумия. А иностранцы, сидящие в своих уютных городках… да даже нет слов… Их лица совсем иные: не пуганы, не ведают греха…
Не знаю, как там в Америке, но здесь наши человечки в основном более крупные – и ростом, и в ширину. Особенно дамы. Физиономии у наших более круглые, наши в основном более русые и белые. Многие их дамы, скажем прямо, для нас почти что на одно лицо: что из Испании, Италии, Греции, Израиля, США и Латинской Америки (а кажется, что и из прочих европейских стран!) – определённый (и очень распространённый) тип… Маленькие, поджарые, смуглые, белозубые, востроносенькие… И возраст их какой-то неопределённый: можно сказать «слегка за сорок», и они вполне ещё моложавы, подвижны, жизнерадостны, никак не осанисты – у нас уж в такую пору принято обращаться в полных барабох…
Но помимо этого поражает взгляд и неимоверное изобилие «доченек» – почему-то валом валят американки, француженки, немки, англичанки возраста 15—20 лет (ну, может, ещё канадки и финки – зим)! Белокожи, тонкокостны, гладкокожи – и однако, на наших не похожи – так и хочется воздать хвалу Творцу и написать «белая кость»! Но поражает, если не подавляет именно изобилие: на улицах таких не встретишь, это просто какой-то модный журнал, обфотошопленный под корень! Надо полмира обкатать, терабайты порноты перевернуть, в голливудовскую хрень постоянно лупиться – но там они уже постарьше будут – чудо! Лолиты это безмозглые, недозревшие мамаши-смуглянки, университетские (то есть, на Западе всё же элитарные) дочки-отличницы? – загадка. Скорее, всё вместе. Да в 17 лет оно и всё цветёт и благоухает. Любопытно, замечают ли их наши смотрительницы и что думают.
Иногда, я всё же потом заметил, они обращаются с иностранками весьма грубо. Особенно понятно кто. Тут не игра «Что? Где? Когда?» – «Экзит» да и привет. Редко, да и без учёта гендерных различий, я им, допустим, пытался объяснять, чем отличается John The Baptist от John’a The Terrible-Грозного (есть ещё молдавский принц Иоан Лютый с таким же переводным именем), а наши, будто застигнув на месте преступленья, смотрели на меня как на изменника Родины, выдающего госсекреты. Сами они, когда подкатит солидно одетый улыбчивый иноплеменник, пытаются объясниться, повторяя на все лады слово «Грозный», вполне уморительно изображая при этом соответствующее качество мимикой. При самом добром сидящем в Кремле царе за это бы… Ну да ладно: сейчас цветут все цветы16.
Но всех переплюнул, конечно, Гяур Кяфиров. Несколько раз он заводил песнь «ах, какие девушки – надо познакомиться!» (его никто не поддержал), а на дежурстве уже пытался заводить речь… Но судя по всему, между «сори» и «гуд лак» ему мало что удавалось вклинить.
Немало внимания он уделял и одежде. К примеру, когда в мае я появился в рубашке с закатанными рукавами, едва уловимо напоминавшей чем-то немецко-военную… Он не сдержался и высказал: «Круто!», и прибавил: «Серьёзно». Я только выплюнул воздух.
Кстати, в эту же пору я удостоился комплимента и от Гули, старшей смотрительницы, когда пришёл в летних штанах типа джинсов некоего медно-бежевого цвета (ненавижу привычные «оттенки синего») и бежевой же куртке. Я механически ответил «спасибо», не стал медным сам, но не ожидал. Подумал, не подъезд ли это с её стороны – да нет вроде. Вообще Гуля, как уже сообщалось, самая адекватная и симпатичная, не истеричка и не ментор, как прочие, да ещё полы в храме моет и сортир.
