из спальни.
Через три минуты Антон вернулся с дочерью, букетом и подарком. Спев поздравленье по-английски, и расцеловав мать, Катя пригласила всех к завтраку. Саша удивилась, стол к завтраку был накрыт.
– Когда вы всё успели? – спросила Саша, ставя цветы в вазу.
– Это наш секрет, правда, папа, – ответила Катюша.
Они не успели закончить завтрак, когда курьер принёс букет для Ковалевской Сандры. Цветы были от Джеймса.
– Антон, если Джеймс нагрянет к нам в гости, не устраивай сцен ревности, – улыбнулась Саша, глядя на него.
– Есть повод? – улыбнулся он.
– У нас с Джеймсом были несколько необычные отношения. Он хороший друг, приятель, но не более того. Я познакомилась с ним в Швейцарии на горнолыжном курорте, а приехав в Лондон, попросила о помощи. Он был моим единственным знакомым на то время. По устной договорённости я изображала его невесту, он познакомил меня со своей семьёй, «выводил в свет». Он мне нашёл квартиру, оплатив полгода вперёд, сделал гражданство, помог с оформлением покупки этой квартиры. Не удивляйся. Джеймс от всех скрывал свою нетрадиционную ориентацию. Отнесись к этому с пониманием, – сказала Саша и услышала звонок своего телефона. – Да. Спасибо, Джеймс. Я получила свой подарок. Какой? Самый желанный. Метр девяносто ростом и весом девяносто килограммов. Отец Кэт приехал. Ты рад? А уж как я довольна. Он уже работает в больнице Челси. Спасибо. Заезжай.
– Британский лорд обещает быть?
– Дату и время не назвал, но обещал заехать по пути. Ты зря иронизируешь. Джеймс внешне совсем не похож на гея. Скорее он похож на обычного британского аристократа, как и вся его семья. Я именно так и подумала при знакомстве. Он сам мне предложил такую необычную сделку, а я, прежде чем согласиться, долго ждала подвоха, но всё оказалось так, как он и предлагал. Он был в этой квартире, перед тем, как мы ее оформили. Получается, мы с ним не виделись с апреля. В мае приезжал папа, я была в отпуске. Так что, причины для ревности нет, – вспоминала Саша. – Сегодня я освобожусь раньше и приготовлю праздничный ужин. А теперь поторопитесь, иначе рискуете опоздать на работу, Антон Ильич.
Был праздничный ужин и торт со свечками. Уложив Катю спать, родители устроили романтический вечер при свечах.
– Антон, а ты не хочешь на мне жениться? – улыбаясь, спросила Саша.
– Хочу. Четыре года прошло с тех пор, как я тебе делал предложение здесь, в Лондоне, а два года назад ты вернула мне кольцо. Хочешь об этом поговорить? – грустно спросил Антон.
– Мы можем подать заявление, и нас распишут через двадцать восемь дней. Подумай, когда мы можем это сделать?
– Теперь ты делаешь мне предложение, от которого я не могу отказаться. Ты предлагаешь мне то, к чему я стремился. В чём подвох, Саш? – смутился Антон. – Прошло четыре дня, как мы с тобой встретились, и ты каждый день меня чем-то удивляешь. Чего ты сама от этого ждёшь?
– Не знаю. Предложила и даже не подумала о том, что ты можешь отказаться. Здесь в порядке вещей жить с партнёром без регистрации брака и получать при этом какие-то гарантии.
– Кто тебе сказал, что я откажусь от такого предложения? Мы можем подать с тобой заявление в любое время, главное, чтобы ты сама не передумала. Я для себя, в браке с тобой, не ищу выгоду. Для работы, я могу продлевать визу столько, сколько позволит мне их министерство, а гражданство получу не через четыре года, а через шесть лет. Разницы большой я в этом не вижу. Когда мы идём в регистрационный отдел?
Их брак зарегистрировали восемнадцатого октября. На регистрации присутствовали Яна с мужем Максимом, прилетевшие на десять дней. Гостей на мероприятие не приглашали. Всё прошло в квартире в тесной компании. На Рождество прилетел отец Антона с женой Лизой. Они провели три недели в гостях, прежде чем вернуться домой. Катарине исполнилось четыре года.
– Сань, как ты отнесёшься к тому, чтобы поехать летом к морю. Мне стыдно признаться, но я видел его только в далёком детстве, а мне в это году будет тридцать пять.
– Определись, когда ты сможешь получить свой отпуск, а я к нему постараюсь «пристроиться». Есть два «но», которые ты должен учесть. Он должен быть до сентября, и не рассчитывай на длительный перелёт. Думаю, Греция, Турция, Италия, Кипр нам по карману, а Катюша четырёхчасовой перелёт осилит.
Восемнадцатого февраля Саше приснился кошмарный сон, от которого она проснулась в холодном поту. Её сильно знобило, и она не могла сказать ни слова. Если коротко, то сон «забрал» не только её родителей и бабушку, но и Антона. Шёл такой сильный дождь, что дороги, по которой двигался автобус, не было видно. Он начал медленно переваливаться через ограждение моста. Началась паника. Несколько минут Саша пыталась изо всех сил удерживать Антона за руку, чудом оказавшись на перилах моста, но не смогла. Двухэтажный красный автобус рухнул в пропасть. Она стояла на краю развороченного моста и, словно сквозь туман, видела цифры 3, 4, 5. Они становились всё меньше, пока не исчезли совсем.
– Саша, Сашенька, успокойся. Это всего лишь сон. Ты вся дрожишь, – говорил Антон, накинув на жену одеяло и крепко прижав к себе. – Не пугай меня так. Принести воды?
– Ты на каком автобусе добираешься на работу? – спросила Саша, едва справившись с ознобом.
– Их два: 170 и 345, – ответил Антон, не выпуская Сашу из своих объятий.
– Антон, я тебя очень прошу, не садись в автобус номер 345 до конца недели, пожалуйста.
– Почему?
– Мне трудно тебе это объяснить. У меня плохое предчувствие и этот сегодняшний сон. После выходных можешь посмеяться надо мной и моими страхами, а пока сделай, как я прошу, – говорила она, глядя ему в глаза. – Антон, не заставляй меня провожать тебя до остановки. Я не так много прошу.
– Саш, успокойся. Раз ты просишь, я буду ходить на остановку другого маршрута. Ну, успокоилась? Сто семидесятый даст мне возможность пройти пешком большее расстояние. В этом есть свои прелести – подышу свежим воздухом. Я тебе обещаю, на работу и с работы до конца недели добираться определённым маршрутом.
После завтрака, Антон отправился на остановку. Ему не хотелось менять привычный маршрут, но он не хотел, обманывать и Сашу. «Чего доброго, пойдёт следом. Сделаю, как обещал», – думал он, поворачивая в сторону. Автобус почти проехал мост через Темзу, останавливаясь дважды, как будто впереди была «пробка». Мост был узким, с двусторонним движением и двумя тротуарами для пешеходов. Мост заканчивался и
