— Ну и что? — сказал он, поводив рукой в воде.
— Чувствуешь? Морская вода такой теплой не бывает!
— В этом прудике она задерживается после прилива и успевает прогреться, — возразил Перри.
— Море такое же теплое, — сказал Аллан. Перри вскочил на ноги и побежал к линии прибоя.
Аллан стрельнул глазами в сторону Анни, которая залилась смехом. Оба вдруг разом подхватились и помчались вслед за Перри.
Через несколько секунд вся троица весело резвилась в море — хохоча, притапливая друг друга, плескаясь водой, а волны закипали у их ног.
— Ты прав! — прокричал Перри. — Море никогда не бывало таким теплым! Что это ему вздумалось?
Аллан пожал плечами.
— Возможно, оно такое горячее, потому что где-то далеко-далеко солнце жарит вовсю. А потом волны несут тепло сюда, к нам…
— Мало похоже на правду. Скорее, это течение — ну как река посреди океана…
— Оно такое теплое, потому что я так захотела, — сказала Анни. — Вот почему.
Оба мальчика вытаращились на нее, а она звонко рассмеялась.
— Вам кажется, что это не сон, — продолжала она, — потому что снится не вам. Снится мне. Вы помните, как вы сегодня поутру проснулись, а я — нет. Поэтому я думаю, что это мой сон и это мое место.
— Но я живой! Я совсем не призрак из сна!
— И я настоящий!
— Я вас пригласила к себе в гости — вот и все объяснение.
Оба мальчика принялись с хохотом окатывать ее водой.
— А что… может, я и права! — чуть менее уверенно произнесла Анни, увертываясь от проказников. Потом и сама стала плескать в них водой.
Затем они вернулись к строительству замка. Их одежда несколько раз промокала насквозь, несколько раз высыхала — потому что время от времени они бегали проверять температуру и настроение моря.
В промежутках между купаниями новый замок подрастал. Этот замок был и больше, и внушительнее прежнего — того, что ненароком разрушил Аллан. Башни торчали во все стороны, как веточки спаржи. Толстые стены бежали вверх-вниз по песчаным холмикам — то выдаваясь вперед, то отступая. Песок смачивали в прудике рядом, где сновали крохотные крабы, поблескивали чешуей рыбки, а среди обломков камней и кораллов и пустых раковин таились моллюски.
От избытка чувств Аллан схватил перепачканную песком ладошку Анни.
— Какой чудесный замок ты придумала! — воскликнул он.
Щечки ее вспыхнули. Но им предстояло вспыхнуть еще больше, потому что в следующий момент и Перри завладел ее ладошкой — второй.
— Правда, правда! — с жаром поддержал он Аллана. — И если это сон, ты самая лучшая в мире сновидица!
Позже Аллан никак не мог отчетливо вспомнить, как и когда закончилась эта встреча на берегу. Помнил только прилив дружеской симпатии к Перри, словно они и впрямь были — благодаря какому-то чуду — братьями.
Однако чувство к Анни было другим, более глубоким. Одновременно он был уверен, что и Перри любит ее всем сердцем…
Все это время небо было сероватым, а море оставалось зеленым-презеленым, жемчужно проблескивая в тумане. Солнце выходило, но ненадолго. Для моря и неба время, казалось, остановилось: на берег набегали по-прежнему теплые волны, а чуть пасмурное теплое утро позабыло, что надо переходить в день.
— О Боже! — внезапно с испугом в голосе произнесла Анни.
— Что там такое? — разом вскрикнули оба мальчика, поворачиваясь в ту сторону, куда неотрывно смотрели ее широко раскрытые глаза.
— Т-там… в в-воде… — пролепетала она. — Мертвяк, да?
Пелена тумана над берегом прорвалась в одном месте. Что-то, опутанное водорослями и каким-то тряпьем, лежало у кромки воды — наполовину на берегу, наполовину в воде. В немногих просветах между водорослями виднелось что-то вздутое, белое, цвета рыбьего брюха. Похоже на человеческое тело. Было трудно сказать определенно, что там, за путаницей водорослей, — действительно ли утопленник. Да и струйки тумана, что вились над берегом, мешали разглядеть предмет как следует.
Перри встал на ноги и произнес:
— А кто его знает! Может, мертвяк. А может, и нет К этому моменту Анни закрыла лицо ручонками и смотрела сквозь пальцы. Аллан завороженно таращился на таинственную кучу водорослей.
— Стоит ли нам допытываться, что это такое? — продолжал Перри. — Вероятней всего, просто большой ком водорослей и всякой дряни, в котором застряли и сдохли несколько рыб. Если мы туда не пойдем и не посмотрим, то сможем дать волю нашему воображению. Понимаете, что я имею в виду? Хотите с чистой совестью рассказывать всем приятелям, что видели утопленника на берегу? Тогда не ходите проверять. Может, там действительно утопленник.
Пока Перри рассуждал, странный предмет у кромки воды опять исчез в тумане.
— А ты-то сам что об этом думаешь? — спросил его Аллан.
— Водоросли и всякая ерунда, — убежденно ответил Перри.
— Это покойник, — твердо возразила Анни. Аллан рассмеялся.
— Вы не можете быть правы — оба одновременно.
— Почему не можем? — внезапно рассердилась Анни.
— Мир устроен так, что такого быть не может, — наставительно сказал Аллан.
Он встал и направился сквозь туман в сторону тела.
— А я думаю — иногда может, — донесся ее голосок. Туман над берегом колыхнулся и вновь разошелся.
В неожиданном разрыве Аллан увидел, что волны уже утащили обратно таинственную массу, хотя она все еще находилась в нескольких шагах от берега. Разрешить загадку казалось плевым делом.
Но когда он решительно зашагал вперед, спускаясь по пологому песчаному берегу, ветер мигом нагнал стену тумана между ним и морем. Однако расстояние было ничтожным, так что он, конечно же, не заблудится. Он шел дальше по прямой и ожидал, что босые ноги вот-вот зашлепают по воде…
— Аллан! Алла-а-ан! — донесся до него голос девочки. Казалось, она была далеко-далеко.
— Ты где, Аллан? — в свою очередь окликнул его Перри. Было такое впечатление, что и он кричал с расстояния в целую милю.
— Погодите, — отозвался Аллан, — я уже возле этой штуковины.
Похоже, они еще что-то кричали ему, но Аллан не разобрал слов. Он продвигался вперед в густом тумане и недоумевал, где же вода.
Внезапно он ощутил, что идет вверх по склону. Снова над ним нависала темная скала. Почва стала тверже, ноги больше не чувствовали прибрежного песка. Над ним странно крикнула птица.
— Э-текели-ли! — примерно так звучал этот крик. После этого он побежал. Споткнулся и полетел кувырком.
А затем… а затем… после многих затем…
А затем мне почудилось, будто нечто сверкнуло со стороны песка. Мгновение — и это сверканьице взметнулось к моему лицу и тюкнуло меня по лбу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
