хочу кое-что сказать. Мне нужно кое-что сказать. — Эд, я не хочу, чтобы это заканчивалось.
Что-то мелькает на его лице, но исчезает так быстро, что я не успеваю понять. Может быть сомнение или нерешительность, он потом Эд говорит:
— Знаю, детка. Я тоже.
Я выдыхаю. У меня есть надежда.
Глава 14
День портит появление детектива Чена. Не поймите превратно — он хороший человек, даже отличный, но ассоциируется у меня с первыми днями в больнице, после нападения, когда я чувствовала себя полностью потерянной, а еще он — ходячее напоминание, что кто-то вероятно охотится за мной.
Его появление может означать, что в моем деле есть подвижки. Однако вместо радости, у меня противно сосет под ложечкой.
— Мисс Джонс. — Он кивает и снимает солнцезащитные очки. — Ваша сестра говорила, что вы работаете здесь. Не возражаете, что я зашел?
— Конечно, нет, — я киваю, обнимая себя.
Хорошо, что Айрис ушла обедать с Антонио, и мне не придется знакомить ее с детективом, пытающимся выяснить, кто пытался меня убить. Несмотря на инцидент с витриной, книжный остается для меня счастливым безопасным местом. И я не хочу, чтобы это изменилось.
— В вашем деле наметился прогресс. Мужчина признался в одном нападении в том районе, где напали на вас.
— Только в одном?
— Верно.
— Но… как это может помочь?
Детектив тихо прочищает горло.
— Теперь у нас есть веские основания считать, что на вас напал кто-то другой.
— Черт.
— Расследование продолжается. Кто-то все еще может сообщить информацию, касающуюся вашего дела. — Его улыбка совсем не успокаивает. — Я просто хотел, чтобы вы знали.
— Значит, я была права: это личное. Нападение, потом моя машина и витрина здесь…
— Не стоит делать поспешные выводы. Доказательств, что все это связано, нет. Мы уже допрашивали ваших друзей и коллег, но если вспомните кого-то еще, то не стесняйтесь обращаться ко мне. И, мисс Джонс, я бы посоветовал сохранять бдительность. Не ходите куда-нибудь в одиночку, хорошо? — Я киваю. — Надеюсь, мы скоро получим прорыв в этом деле. Не буду больше отрывать вас от работы.
— Спасибо. — Детектив отворачивается, но я окликаю его. — Вообще-то есть один парень… Может быть, он совсем не при чем, но… Его зовут Тим. Он живет в нашем доме.
— Я займусь им.
Я киваю и натянуто улыбаюсь.
*** *** ***
Надежда — забавная штука. В значительной степени она зависит от того сможешь ли ты заставить себя поверить, что все будет хорошо. У меня плохо выходит. Мешают мысли, что кто-то так сильно ненавидит меня, что раскроил бутылкой череп. В принципе я и раньше подозревала, что не была случайной жертвой, но после разговора с детективом все труднее игнорировать очевидное и делать счастливое лицо.
Я становлюсь дерганной, появляются проблемы со сном. Даже выходной, проведенный вдвоем с Эдом — мы долго валяемся в постели, потом гуляем по Портлендскому музею искусств и перекусываем пончиками — не возвращает внутренний покой. Эд терпит неделю, потом отправляет меня к врачу. Доктор Патель прописывает таблетки — одни помогают заснуть, другие успокаивают, — а также рекомендует попробовать другие немедикаментозные методы. Если и это не поможет, то мне прямая дорога к психиатру.
Просто потрясающе!
Я принимаю таблетки, стараюсь не нервничать и наполняю страничку в Instagram позитивом: обложками любимых книг, видео с Гордоном, и фотографиями больших пальцев ног Эда. Бог знает, почему они меня так забавляют. У меня теперь два подписчика: Эд и Лейф, а для всех остальных мой аккаунт закрыт по настоянию все тех же братьев Ларсон. Я не пропускаю ни одного урока самообороны — словно от этого зависит моя жизнь. Эд предлагает как-нибудь попробовать заняться йогой, научиться медитации, но мне нравится, что у нас есть несколько вечеров просто для себя — поваляться у телевизора или заняться сексом.
Смотреть фильмы — все еще одно из моих любимейших занятий, даже если доктор велел избегать стресса. Мои новые фавориты «Пропащие ребята» и «Робокоп». Эд попытался разбавить экшен с помощью «Когда Гарри встретил Салли» и «Пляжи», но на них я реву белугой. Это счастливые слезы в первом случае, и душераздирающие рыдания во втором. Даже утром мои глаза все еще красные. Хорошо выплакаться — своего рода катарсис, почти очищающий, но Эд, однако, со мной не согласен. Нескончаемый поток слез его огорчил, а Лейф вообще сбежал на свидание с Шеннон. Так что мы вернулись к просмотру боевиков.
Раньше меня иногда раздражала опека Эда и Френсис, но это ничто по сравнению с теперешними мерами безопасности. Мне нельзя даже ступить за порог без сопровождения. Эд шлет сообщения каждый час или два, чтобы проверить на месте ли я. Айрис ни на минуту не спускает с меня глаз. Я даже не могу перейти дорогу, чтобы выпить кофе — вдруг злоумышленник подстерегает меня и переедет машиной. Приходится ждать или когда придет Френсис, или когда у моего знакомого из кофе напротив выдастся свободная минутка принести кофе. Айрис как-то удалось уговорить его на это. Каждый день он спрашивает, как идут дела у нас с Эдом — просто на случай, если мы вдруг расстались, и я свободна пойти на свидание, — и каждый день мне приходится его разочаровывать. Это несправедливо. Но такова жизнь.
*** *** ***
· — Привет, — говорит знакомый голос. — Бери сумку и пошли.
Вечер субботы, и я только что закончила помогать маленькой покупательнице и ее маме найти книги о слонах.
— Тесса. Что ты здесь делаешь?
Айрис за прилавком сияет.
— Твоя подруга пришла забрать тебя. Так чудесно, верно?
Было бы грубо сказать «нет», зато честно.
— Мы приведем в порядок твою прическу и купим что-нибудь приличное из одежды. — Тесса окидывает красноречивым взглядом мои футболку и
