— Не думаю, что у вас столько найдётся, а теперь пройдёмте на выход, свидание состоялось. — он показывает в сторону рамки.
— Да, конечно.
Киваю, а сам достаю смарт и нахожу оповещение банка о счёте на карте индивидуального пользования. Сумма приличная. Показываю экран сержанту, он запинается, его глаза начинают бегать в поисках камер.
— Ну, пожалуйста. Вы же видите, как я добр, страдает душа, когда близкие не со мной.
Вика слушающая наш диалог начинает усиленно кашлять. Почему это так похоже на смех?
Сержант смотрит по сторонам и одними губами кидает.
— Триста, и все трое выйдут.
— Триста так триста, только мне двоих вытащить надо, красотку себе оставьте.
— Тогда двести. — хмурится полисмен, сто куском пролетели мимо.
Киваю.
Сержант уходит за документами, а я остаюсь его ждать.
Понявшая, что происходит Алёна Евгеньевна возмущённо смотрит на меня.
— Алексей! Вы обязаны мне помочь!
— Алексей Дмитриевич, для начала. И ничем я вам не обязан. — отбриваю наглую девицу.
— Вы же состоите… Состоите в рядах моих учеников! — сверкает глазами она, намекает на причастность к одной организации. — Мы помогаем друг другу.
Вика всё понимает, смотрит на меня с огромным знаком вопроса в глазах.
— Ошибочка вышла, я не состою в рядах ваших учеников. То что я пришёл на собрание ни о чём не говорит, лучше самостоятельно отрезать себе яйца и сдаться в этот калоприёмник, чем состоять в одной организации с такими дебилами. — Похоже перегнул. — Без обид, Вика, тебя это не касается.
— А меня касается?! — встрял задетый Лео.
— Тебя да, — сегодня я не стесняюсь выражений. — Начнёшь на плечах голову вместо задницы носить, поговорим.
— Никто тебя не просил нас вытаскивать! Оставь меня тут, раз такой умный. — обиделся Лео.
— Хорошо. — пожимаю плечами. — Вика, ты тоже остаёшься?
Девушка вздохнула. На её лице проскользнула борьба, разум победил.
— Нет, я с тобой. Но его надо вытащить.
— Захочет, сам выйдет.
— Не захочу. — пробурчал Лео. — Вообще не понимаю, какого беса ты пришёл. Помои вылить на нас?
— Во первых не на всех, во вторых вы сами начали. — пока сержант в пути, вполне можно подискутировать на тему ошибок не такого делёкого прошлого. — В третьих, попал за решётку и в эту странную шайку ты сам, так в чём проблема принять руку помощи, если ты в дерьме по пояс?
— Это мой сознательный выбор, тебе не понять. Бабушка понимает. Они понимают, как ты назвал, шайка.
— Расскажи мне, пока у нас есть минутка. Что изменила организация?
— Много чего!
— Конкретнее, пожалуйста. — Я прижался плечом к решётке. — Ты ведь наверняка знаешь, что в городе есть район доков. Так вот оттуда каждый четверг отправляют по сто беременных девушек через пролив, затем снова землёй, а затем на острова к дикарям. Наверняка, я тебя не удивил, уверен у вашей конторы они давно на карандаше. А ещё в сером районе недалеко от нашего дома есть притон, там старая Суори по прозвищу Жужу сдаёт в пользование девочек и мальчиков до десяти лет. Что с ними делают объяснить?
Среди троицы повисла тишина.
— В лучших клубах этого города кутят дети аристократических семей города. У них новое развлечение, затаскивать девчонок и насиловать прямо в вип кабинках. Ну, это ты тоже знаешь. Суори отнимают бизнесы у любого, кто не готов умереть за него, а умирать за деньги глупо, поэтому люди проигрывают и на этом поприще. Но, это ты и без меня знал.
Я перевёл дыхание и продолжил уже тише.
— Так с чем борется твоя организация и каких успехов достигла? Вы даже не знаете, кто вами управляет. Та фигура в плаще на балкончике, кто она?
— Это наш создатель, мы точно не знаем… — пролепетала растерянная учительница.
— Не знаете, что? Что это грёбанная Суори?
Вот тут челюсти со звоном упали у всех троих.
Продолжить не дал вернувшийся сержант.
— Теперь мне нужна одна. — хмуро показываю на Вику.
— Эм, мы так не договаривались. — даёт заднюю сержант.
— Ходить надо быстрее! Так что, сделка? — смотрю прямо в глаза.
Сержант играет в гляделки, я зол, поэтому ловить тут нечего. Желваки на лице Егора Афанасьевича заходили ходуном, но я уже знал, что он сдастся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да.
Лео остаётся с учительницей.
Этот вариант тоже хорош, по крайней мере я знаю где он и что с ним. А подумать любому молодому человеку полезно. Да и эта бесова агитаторша не даст заскучать.
— С чего ты взял, что главный Суори? — спросила Вика, когда ей вернули вещи и мы вышли в главным зал у входа.
— Просто знаю, может с полом ошибся, но что Суори, это сто процентов.
— Странные у тебя знания. — подозрительно произнесла Вика. — И откуда столько денег?
— Работаю. — отрезал я, но затем смягчился и обнял сестру за плечи. — Пошли, Вик, потом все вопросы.
Сестра кивнула и положила мне голову на плечо. Мы тихо двинулись в сторону выхода, чуть-чуть не успев уйти.
Из коридора слева вышел мой давний знакомый, а точнее тот маг, которого я отпустил после побоища, именуемое спасательной операцией «Шляпник». Он замер испуганным оленем в свете фар, глаза парня быстро расширялись, брови ползли наверх, это привлекло внимание Вики.
— Спокойно парень, я тебе ничего не сделаю. — я поднял руку в миролюбивом жесте.
— Нет-нет-нет, — зашептал он и стал пятится. — Какого беса, что происходит?!
К нему подошёл усатый пожилой мужчина в гражданском, видимо следователь.
— Иван Владимирович, что с вами? — он взял паренька за плечо. — Вы будто призрака увидели!
Он засмеялся, а Иван побледнел, совсем как хамелеон.
Я сразу понял, что ничем хорошим это не закончится.
— Это же он…!
Крик мага заглушила магия перехода, вспышка и мы снова перед камерой временного содержания, где Лео и Алёна Евгеньевна стоят друг напротив друга надутые будто воздушные шарики.
Жаль, такой спор прервали.
Вика после перемещения отпрыгнула от меня, как ошпаренная.
— Что это было? — испуганно спросила она и начала оглядываться.
— Потом расскажу, а пока, нам надо убираться, меня тут видели будут интересоваться вами.
Рука расцвела щупальцами хаоса, пара ударов и прутья осыпаются.
— Вот он! — из коридора выбегают двое полицейских, тот самый усач в гражданском, второй в форме, оба достают табельное и направляют на меня.
— Стоять! Руки над головой, вздумаешь что-то наколдовать нашпигуем, патроны усилены, пробивают на раз. Ещё не таких пробивали. — предупредил усатый, знает с чего заходить, самые козыри выкинул.
— Ну, таких как я вы вряд ли могли встретить. — скромно замечаю, после чего уже обращаюсь к Лео с Алёной. — Быстрее, возьмите меня за руки, перенесу в безопасное место, иначе все погибнете.
Парочка словно сомнамбулы идут навстречу, Вика отошедшая на несколько метров делает рывок ко мне. Полицейские начинают стрелять.
Тентакли вылетают из рук опережая пули, кружевная защита, будто паук оплёл коридор, пули бессильно растворяются в хаосе, он поглощает любую структуру, это как опустить клубок сахарной ваты в кипяток.
Хватаю Вику и ребят, после чего делаю прыжок сквозь пространство.
На этот раз что-то идёт не так. Будто прорываюсь сквозь толстый слой воды. Давление невероятное, наверное так рвут мышцы спортсмены. Источник подвергается титаническому давлению, кажется я перестарался.
Теряю сознание, снова прихожу в себя в полной темноте, снова теряю.
— Алекс!
— Алекс!
— Алекс! Пожалуйста…
Ветер играет с волосами, открываю глаза и вижу чистое небо. Кто-то хватает меня за рубашку, рядом Вика, она напугана, справа за руку держаться Алёна и Лео.
— Пожалуйста! — плачет Вика.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Прихожу в себя, мы на высоте в несколько тысяч километров, летим вниз. Киваю Вике, глаза прикрываю, придётся собрать все силы.
При попытке обратится к источнику, каждую клетку тела прорезает невероятная боль, будто сжигают заживо. Крик вырывается из горла, слёзы летят каплями наверх…
