— Я рад вам сообщить, что мы сегодня изберём нового правителя. — Люциус хохотнул и не давая всем присутствующим высказаться, продолжил. — Я не стал ходить кругами, многих в этом зале, многих в кластере беспокоит ситуация с правлением Тенарии. Она стала слишком лояльной и мягкой по отношению к людям, она дала им больше свобод, чем они заслуживают, всё это неминуемо ведёт к краху. — Суори зароптали, волна разговоров нарастала. — Но прежде чем вы выскажитесь, я добавлю. У меня есть информация о том, что континент готовит восстание против кластеров, они скоро будут тут, нам ни за что не победить без сильной руки во главе. Все согласны?
Посвященные в детали заговорщики кивнули, кто-то похлопал.
Люциус продолжил.
— Я не прошу власти, я её беру, по праву силы, как оно было всегда. — Торжественно закончил Люциус.
— Бред! — подскочил один из участников собрания, региональный лидер.
Выстрел и крикун валится на своё место с расплывшимся пятном крови на груди.
— Кто-то ещё не согласен? Кажется только что появилась вакансия, мэр Архангельского региона. — довольно улыбнулся Люциус.
Поднявшийся шум стих, все уставились на казначея.
В повисшей тишине особенно громко прозвучал смех Теи. Она похлопала в ладоши и встала.
— Заканчивай спектакль, Люциус. Чтобы что-то забирать силой, надо эту силу иметь. Близнецы сотрут тебя в порошок, не говоря о нашем золотом трио. Ты можешь подкупить всех внутри города, да хоть весь кластер. Я пройду огнём по изменникам и каждый получит своё.
Слова Теи вызвали бурление, многие одобрительно закивали. Королева тонко улыбнулась. Но Люциус не выглядел обеспокоенным, он откинулся на спинку кресла и сделал неопределённый жест рукой.
Дверь зала где собрались все чиновники открылась, внутрь ввели скованную по рукам и ногам женщину. Глаза Теи расширились, ведь вёл пленницу Диагон, единственный крылатый доспех, который должен быть в хранилище.
Сразу стало понятно, почему Люциус так спокоен, нашёл способ контролировать доспех.
Бледное лицо, вместо правой руки омерзительная культя, одежда мятая и грязная, на шее и скуле два огромных синяка.
Тея разом выдохнула.
— Вася… — прошептала она. Лицо Суори исказил нечеловеческий гнев, она посмотрела на Люциуса. — Ты умрёшь, никто не посмеет трогать моих детей.
— Ты не в том положении, чтобы мне угрожать. — скучающе произнёс Люциус. — Лучше подумай, как спасти свою жизнь…
— Он, он, Витя… — всхлипнула Василиса.
— Что с Виктором?! — приказным тоном спросила Тея.
Люциус поморщился, но ответил.
— Он жив, но ненадолго.
Василиса ощутима выдохнула.
— Трио? — подняла бровь Тея. — Тоже у тебя?
— Какая ты догадливая. — Люциус снова поднял руку, в зал вошли обычные бойцы Суори, вводя троицу молодых людей.
— Мама! — бросился к женщине фиолетововолосый парень.
— Святик, нет…! — воскликнула Василиса.
Но было поздно, Суори с удовольствием отходили парня, пиная до тех пор, пока тот не затих.
— Зря я не уничтожила латы. — покачала головой Тея. — Кандалы я так понимаю из них же?
— Догадливая. — кивнул Люциус. — Переплавленный Ласурит, мы долго экспериментировали, получилось впечатляюще, ты не находишь?
В хорошо освещённом сотней ламп зале стояла тишина, все понимали, что это шах и мат. У королевы забрали последнее оружие.
Василиса смотрела на своего сына и племянников. Людей поставили на колени, это нельзя было назвать ничем иным, чем поражение.
Дверь переговорной слетает с петель, буквально разлетаясь мелкой щепкой. Внутрь входит темноволосая женщина, лицо искривлено гневом, в глазах поселился огонь.
Диагон ударом кулака вырубает Василису, вставая между Люциусом и вновь прибывшей.
— Лара… — облегчённо вздыхает Тея.
Лара вытягивает руку, зал наполняет ветер.
— Лара! — снова кричит Тея, но уже испуганно.
Позади Лары появляются три закованные в латы фигуры, женщина успевает увернуться от удара Мефистофеля, после чего начинается бешенная схватка. Сформировать магический удар невозможно, мало времени. Удары сыплются на магиню с разных сторон со скоростью пулемёта. Доспехи закружили хоровод вокруг бывшей пустышки, буквально выбивая из неё жизнь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Когда вихрь распадается, все видят пытающуюся встать на четвереньки одарённую. Диагон заносит над ней крыло, лезвия хищно блестят, они готовы разрубить хрупкую женскую фигуру надвое.
— Стоять! — командует Люциус. — Не так быстро, сначала я хочу чтобы умерла её дочь.
— Увы, это не ново, придумай что-то своё… — шепчет сплёвывая кровь Лара.
Удар сотрясает здание.
Дрожь конструкции из стали и бетона чувствую практически все.
Свет в зале начинает моргать, лампы с гудением светят ярче и ярче, а порою отключаются на несколько секунд погружая всё пространство во тьму. В переговорной нет окон, она в самом центре здания, окружена метровыми стенами, для безопасности и звуконепроницаемости.
Стоящие по периметру зала скалоподобные Суори охраны, начинают вертеть головами. Стоящие в доспехи не смотря на полностью искусственное происхождение двигаются из стороны в сторону, обнажив оружие.
— Что это за хрень?! — восклицает Люциус. — На нас напали? Но, кто?!
Свет в очередной раз погас, а затем загорелся.
Все чётко услышали крик одного из охранников.
Когда появилась возможность рассмотреть происходящее, взгляд всех присутствующих наткнулся на небольшую горку пепла.
Снова темнота, новый приглушенный крик и порыв ветра.
— Что это? Говори сука! — орёт Люциус на Тею. — Прекрати это, иначе я убью её!
Пухлый палец указывает на стоящую на коленях Василису.
Тея непонимающе смотрит, её лицо бледнеет на глазах, она молчит.
— Убить! — кричит казначей.
Василиса последний раз встречается взглядом с той, кто её воспитала. Тея закрывает рот ладонями. Магиня что-то шепчет.
Диагон расправляет острое крыло, удар совпадает с новым погружением во тьму. В этот раз никаких криков, только скрежет металла.
Когда свет снова начинает гореть, лампы освещают только одну половину зала, вторая же погружена во тьму. Все взгляды присутствующих скрещиваются на Люциусе. Толстяк начинает краснеть от гнева.
— Чего уставились болваны? Напомнить, кто здесь король?!
— Напомни пожалуйста. — слышит казначей ироничный вопрос.
Голос не знаком, мурашки бегут табунами по спине Люциуса. Суори резко оборачивается, наблюдая, как из темноты выкатывается голова Диагона.
Сам Диагон в этот момент падает на пол, орошая всё вокруг кровью носителя.
Конец
