Ягишна Владовна, с самого начала собрания не сводившая ненавидящего взгляда с кощея, так просто сдаваться не собиралась. Никто не отправлял девчонку — сама сбежала! А то, что Алексашка подвел и дурнем оказался… так пускай и наказывают его одного! Нечего её сюда приплетать!
Скосив презрительный взгляд на парня, сидящего рядом и уже давно простившегося с этим миром и возможностью хоть как-то пробиться наверх, Яга не удержалась и зло сплюнула.
И тут же подобралась, когда Велес всего на долю миллиметра недовольно сдвинул брови.
— Говорите.
— Я скажу… — прикрыв глаза, выдохнув и набрав в легкие побольше воздуха, потому что несмотря на весь свой опыт прожитых лет, всё равно несколько робела перед древним богом, Яга вдруг… резко схватилась за сердце и рухнула как подкошенная.
Сердце.
У неё просто отказало сердце.
То ли слишком очерствело, то ли просто не справилось с волнением, а может и осознание вины его сдавило.
Кто знает…
И совсем уже никто в суете и гомоне не увидел, как от тени по настоящему древней Яги отделился кусочек самостоятельной тени и торопливо убежал туда, откуда прибыл по воле своего господина.
Зачем? Зачем он это сделал, ведь и так было ясно, что она не сможет оправдаться, ведь все факты были налицо?
Ну, может быть затем, чтобы не дать ей даже призрачного шанса на снисхождение? Может затем, чтобы остальные задумались над тем, как не стоит поступать, и действительно стоять на страже законов, а не своих выгод и древних обид? Может затем, чтобы её не сослали туда, куда совсем скоро уйдет он сам?
Ведь смерть от мгновенного инфаркта на заседании суда — так символично!
— Тише… Тихо!
Прошло минут пятнадцать после того, как унесли мертвую ягу и на поляне установился порядок, и Велес снова взял слово. Уж он-то прекрасно видел, что произошло на самом деле. Впрочем против не был. В любом случае ей грозила ссылка, что в её возрасте стало бы смертельным шагом — переход в мир с иной магической волной смертелен для женщин в возрасте «глубоко за». А Закольцованный мир был именно таким — иным. Абсолютно иным. Причем не только в магическом плане, но и в психологическом.
— Слушайте моё решение, дети… — обведя внимательным взглядом многочисленных собравшихся, коих тут было не меньше сотни, Велес дождался Абсолютной Тишины и лишь затем продолжил: — С царевны Иры, волею стечения нелепых и судьбоносных обстоятельств добровольно ушедшей в Закольцованный мир, снимаются все обвинения. Необученное дитя, оставленное без присмотра, не в ответе за халатность своих старших. Кроме того, коли решит дитя войти в Лабиринт и пройти весь его путь, обретя себя истинную, мы откроем ей ход обратно, ежели будет у неё самой желание. Таково моё решение и возражению оно не подлежит.
Выдержав минуту тишины и отметив, что никто из присутствующих даже мысли не допускает о возражении, древний бог едва уловимо кивнул своим мыслям и шепнув на ухо своему коту пару слов, отправил того с вестью к Царю Кощею.
— А теперь об остальных участниках данного иска… Итак, Малый Ковен, допустивший небрежность в определении степени опасности царевны и не проконсультировавшийся по этому вопросу с северными богами, приговаривается к роспуску.
Неверящие вздохи, хватания за сердца и прочие части тел, ошарашено распахнутые глаза… но Велес неумолим.
— Засиделись вы на своих местах, уважаемые, засиделись. Отдыхайте, внуков воспитывайте, да дайте поработать молодым и амбициозным. — придавив взглядом самых резвых, уже было открывших рот, чтобы возразить, Велес тихо и невероятно ласково поинтересовался: — Или мне провести переаттестацию на соответствие занимаемой должности?
В итоге, спустя два часа и уйму нервов окружающих, сорванных голосов и нескольких обмороков, был перевыбран Малый Ковен, чьей территорией являлась вся Древняя Русь и близлежащие области. И не важно, что Древней Руси по нынешним документам давно не существовало — территории никуда не делись.
— Ну, доволен, Князь? — под утро на поляне уже мало кто оставался, лишь младшие ведуньи, да ведьмаки, прибирающие место сбора, да приводящие окружающую среду в порядок. Да Велес с Константином.
— Честно? — скептично скривившись, мужчина всем своим видом являл откровенное недовольство. — И зачем мне место главы? Никогда не хотел. Сам знаешь, Ягишна всегда меня подозревала именно в этом, поэтому и сослала тридцать лет назад, сам знаешь куда.
— Знаю. Я всё знаю. — позволив себе многозначительную улыбку в бороду, Велес поднял руку и положил её на грудь кощею. — А ещё я знаю то, что внутри тебя есть не только сила, но и совесть, а также доброта и справедливость. Лабиринт всё видит. Всё, Константин, не спорь с богом. И кстати… — скосив глаза за спину кощею, бог очередной раз усмехнулся: — Эйнар, мальчик мой, негоже без приглашения на столь серьезные заседания ходить. Али давно дед за хворостину не брался?
— Любите вы хворостиной пугать… — не став больше таиться, двуликий вышел из тени и кивком головы поприветствовал присутствующих. Хоть он и занимался сбором данных для иска, но на заседание его и правда не приглашали. — Сами же знаете, дед никогда этим не увлекался. Итак, что теперь? Ссылаете меня в Закольцованный мир за несанкционированное вмешательство в процесс?
— А и ссылаю. Иди уже молодец, в добрый путь. — подмигнув и одним взглядом открыв портал прямиком в Заповедный лес, Велес в последнюю секунду переглянулся с Константином, но тот лишь кивнул. — С богом.
Ближе к полудню третьего дня ясное небо затянуло хмурыми тучами и минут двадцать назад нас буквально затопило, моментально испортив дорогу и остановив передвижение. В итоге, приняв волевое решение и разрешив мне пересесть из кареты на Волка, капитан оставил один отряд присматривать за каретой и ждать вызванного мага-эвакуатора, а мы, закутавшись поплотнее в предусмотрительно захваченные плащи, отправились в столицу уже верхом. Благо до неё оставалось всего ничего и, испытав все прелести непогоды в пути, спустя ещё час мы въезжали в приветливо распахнутые ворота столицы.
С удовольствием бы повертела головой и рассмотрела бы всё без исключения, но стоило поднять голову от черного загривка, как под плащ тут же начинало заливать. Нет уж, увольте. Вот кончится дождь — нагуляюсь по самое немогу!
Блин, главное не заболеть снова!
— Прошу… Ваше Высочество! — проворно стянув меня со спины Волка, когда я замешкалась, поправляя до неприличия задравшийся подол, чего не было видно под плащом, капитан даже вида не подал, что увидел лишнего, лишь поплотнее стянул полы и подтолкнул меня к большим, красиво украшенным резьбой дверям. — Проходите, да скорее в баню.
— В баню?
— А что? Самое время с дороги попариться, да дух болезный прогнать, пока не одолел. Идите-идите.
