— Ну, дык это… — смущенный Чертик, расстроившись следом за мной, робко попытался оправдать страждущих: — Царевен незамужних нынче мало, вот и велик так спрос. Но вы это… ну что расстраиваетесь-то так? Ну, скажете ему нет и всё. А может это судьба? Владимир парень славный, достойный…
— Все они достойные. — глухо пробормотав, сама я думала о том, как быть и что делать. Снедает меня смутное сомнение, что ответить «нет» и при этом не прогневить царя-батюшку будет сложно. — Чертик, куда тут ссылают окончательно неугодных? Что там Пал Палыч про Лабиринт говорил? Что за Лабиринт?
— О… — уже собираясь рассказать и даже открыв рот, Чертик вдруг насторожено замер, а затем и вовсе юркнул под кровать, успев лишь испугано прошептать: — Тс-с-с! Меня тут нет!
В смысле?
Удивление моё было недолгим — раздавшийся стук, а затем и легкие, едва слышные шаги в соседней комнате, снова стук и не дожидаясь моего разрешения в спальню зашел Он. Ну, судя по дорогой одежде черных тонов и властной манере себя держать, местный принц.
— Ира?
— Ира.
Насторожено, но без страха рассматривая высокого худощавого мужчину лет тридцати, следила взглядом за тем, как он приближается и устраивается напротив, во втором кресле.
Дежавю…
— Владимир.
Молча приподняв брови, предлагая продолжить, услышала нервный смешок. Нервный? Что нервничаем?
— Сын Царя Кощея, наследник.
Кивнула. Продолжай, я вся внимание.
— Отец решил, что мне пора жениться.
Как ново и необычно!
— Ты немая?
— Нет, я очень внимательно тебя слушаю. — откинувшись в кресле и переплетя пальцы, я сложила их на животе и обозначила на губах легкую улыбку. — Продолжай, пожалуйста, мне очень интересно.
— Ты в курсе?
Не выглядевший радостным, темноволосый и синеглазый Владимир наоборот был довольно хмур и раздосадован. Прямо как я. Вот только я, в отличие от него, это слышала уже несколько раз и вела себя в разы сдержаннее.
— В курсе чего, прости?
— Того, что ты моя невеста.
— О? — не удержавшись от шокированного смешка, опять же с трудом сдерживаемым смехом я поинтересовалась: — А меня спрашивать никто не планирует?
— Ты против?
— Против.
— Что, правда?
И столько радостного ожидания прозвучало в его тоне, что я не удержалась от встречного вопроса:
— Ты тоже против?
— Категорически!
— О… ну, что тебе сказать… — всерьез удивившись подобному положению дел, неуверенно протянула: — А царю мы как это объясним? Нет, я вообще-то тоже против. А он не заставит?
— Не заставит! — воодушевленно хлопнув в ладони, мужчина соскочил с кресла и начал возбужденно мерить комнату шагами, приговаривая себе под нос: — Так… так… нет, не так… о, точно. Ира!
— Да?
— А давай в Лабиринт тебя отправим?
— А давай ты мне сначала расскажешь что это? — не собираясь соглашаться на непонятно что, по его враз забегавшим глазам я поняла, что уже не очень-то туда и хочу.
По крайней мере без подготовки точно! Ещё один сочувствующий помогальщик на мою голову! Нет, спасибо. Помню я одну такую… почти свекровь.
— М-м-м… так, давай немного позже. — суетливо осмотревшись, словно ожидал увидеть в углах как минимум роту подслушивающих, Владимир чему-то кивнул и снова посмотрела на меня: — Так, давай договоримся. Вечером будет званый ужин в твою честь и если отец поднимет вопрос помолвки или свадьбы, то ты прямо скажешь, что против. Хорошо? Насчет того, что будет запугивать — не переживай, он только на словах грозный. Ну? Договорились?
— Договорились. — не верю, но пока сделаю вид. Что-то мне этот кандидат нравится даже меньше предыдущих. Нервный какой-то…
— Ну, всё, до вечера. — махнув рукой и стремительно вылетев из комнаты, словно резко вспомнил о важной встрече на которую уже безбожно опаздывал, мужчина оставил после себя намного больше вопросов, чем было до его прихода.
Что, черт возьми, происходит?
— Чертик?
— Ась?
— Он всегда такой нервный?
— Не знаю… — горестно вздохнув, попутно вылезая из-под кровати, нечистик недовольно хмурился. — Да уж, что-то он и правда слабоват. Мельчают кощеи, мельчают… Так вот, о Лабиринте!
— Ваше Высочество!
Едва успев юркнуть под кровать, прежде чем в комнату вошла служанка, толкающая перед собой тележку с обедом, чертик вновь не успел рассказать мне то, что на текущий момент волновало меня больше всего. А именно о Лабиринте.
Хмуро контролируя, как хорошенькая, но постоянно смущающаяся девчушка лет четырнадцати-пятнадцати накрывает мне столик у кресла, под конец собралась с мыслями и постаралась вернуть на лицо более приветливое выражение.
— Спасибо, очень вкусно пахнет. Скажите, как вас позвать?
— А вот колокольчик. — указав на действительно маленький колокольчик на отдельном серебряном разносе, девушка тут же добавила: — Он магический — позвоните и я сразу услышу, где бы ни была.
Кивком поблагодарив за подробные разъяснения, с трудом дождалась, когда она уйдет и первым делом заперла дверь на замок. Надоели. Хочу знать, что такое этот самый пресловутый Лабиринт и без нежданных гостей!
— Черт!
— А?
— Рассказывай уже!
— Ага… — на этот раз не став вылезать, а лишь высунув мордочку, Чертик подпер подбородок кулачком и приступил: — Итак, Лабиринт. На самом деле этот мир всего лишь прихожая для Лабиринта. В первую очередь создавался он сам, а уже опосля всё остальное. Но в последние пару тысяч лет мало уже кто осмеливается ступить в его нутро — больно уж непредсказуем конечный результат.
Стараясь не перебивать довольно странный рассказ, я слушала внимательно и запоминала каждое слово. Вот чуяла моя непонятно с чего проснувшаяся чуйка, что этот Лабиринт для меня очень важен. Жизненно важен!
— А вообще Лабиринт этот создание древних богов. Таких древних, что даже имен их никто не знает. И предназначение его — прежде всего поиск смысла жизни и внутренней гармонии. Вот только в последнее время — кто ни входит в него, всё казус случается.
