— Мне такого приказа не передавали. Видимо, это не наша забота.
— Понимаю.
— Действуй.
Офицер поклонился и подогнал коня, возвращаясь к подчинённым ему сотням. Как бы его не сшибли из седла какими-нибудь чарами. Будет жалко, парень-то явно дельный. Не хуже Аканша.
Я часто оборачивался и в какой-то момент заметил, что блистающее доспехами штабное великолепие в сопровождении летящих по ветру знамён принялось медленно спускаться с пригорка в долину. Что, само собой, понятно — прямые подступы к замку уже очищены от живой силы противника. Видимо, об этом моменте её светлость и говорила мне. Она, видимо, хочет по всей форме представиться императору, и высказала желание, чтоб я был рядом с ней.
— Коня мне, — приказал я. — И сообщи Аканшу и Ильсмину приказ самостоятельно выводить бойцов с поля, когда боевая задача будет выполнена.
— Слушаю, командир, — ответил боец, сейчас служивший при мне запасным вестовым.
Конь не очень-то торопился прыгать через тела. Они его пугали, и пару раз пришлось спешиться, вытягивать его на более или менее свободный участок луга. Когда я добрался до дороги, её светлость с сопровождающими уже покрыла добрую половину расстояния до ворот, по-прежнему стоявших распахнутыми. Мне пришлось проскакать сотни три метров, чтоб догнать её. Хорошо хоть охрана её светлости явно была оповещена и без возражений пропустила меня, не пришлось огибать по лугу или протискиваться.
Император ждал в воротах. Я не сразу узнал его. Прежде правитель опознавался просто — роскошная золотая мантия или какое-то другое одеяние из золотой парчи, ослепительно сияющей на солнце… Сейчас государь был облачён в почерневшую кольчугу, разве что наплечи блистали, начищенные на славу, без плаща, без регалий или драгоценностей. Я узнал его только по взгляду, по малоподвижному лицу, по осанке — сразу чувствовалось, что эта спина давно и прочно отучилась сгибаться. В нём действительно было что-то от скалы в человечьем обличье.
Аштия спешилась, и вслед за ней спешились все её офицеры. Я последовал общему примеру. С десяток шагов до цели её светлость проделала пешком. В трёх шагах от правителя она сняла шлем и опустилась на колени, склонила голову. Я решил, что и всем остальным придётся, но нет, окружающие только склонились в поклоне, не ниже, чем обычно, и ровно на десять счётов, потому что представителей невоинского сословия, обязанных считать дольше, тут не было.
Император шагнул к ней, наклонился, подал руку. Помог подняться.
— Я рад тебя видеть, — сказал он. Голос звучал хрипло. — Поздравляю с победой.
— Благодарю, государь.
— И ты, и твои люди будут моими гостями. Приветствую всех вас! — он повысил голос.
Снова общий поклон, видимо, в ответ. Снова досчитаем до десяти. Выпрямившись, я увидел, что его величество подтащил к себе Аштию и крепко обнял её, стиснул плечи чуть пониже наплечий. Наверное, только в этом и можно увидеть его подлинное облегчение, подлинную благодарность своей спасительнице. Какие ж они все здесь истуканы…
Его лицо помягчело. Казалось бы, радость должна была сделать облик полудемона намного более человечным, чем пару мгновений до того. На её светлость он смотрел с искренней приязнью, но именно сейчас нечеловеческие черты стали особенно заметны. Впервые я имел возможность рассматривать императора с такого близкого расстояния. Любопытство заставило меня искать в нём необычное. Я обратил внимание и на странный разрез глаз, не характерный ни для одной из земных рас, и на фактуру кожи, которая издали казалась самой обыкновенной, разве что сильно обветренной, грубоватой. А ещё бросились в глаза выступающие боковые кости нижней челюсти и скул. Если б щёки не были такими впалыми, эта необычность сгладилась бы.
— Нам предстоит многое обсудить, Аштия.
— Да, государь.
— Идём, — он повернулся, не снимая руки с её плеча, и повлёк собеседницу за собой.
Я покосился на Ниршава — несмотря на усталость, высушившую его лицо даже от намёка на румянец, он был весел.
— Ну, Серт, теперь нам всем прямая дорога к вершинам, — проговорил он вполголоса.
— Не говори «гоп», — предостерёг его Азур, и меня тоже уколол предостерегающим взглядом. — Эту войну ещё надо выиграть.
— Бабка нашей предводительницы играла в худших условиях. И выиграла.
— Сейчас про те времена можно домыслить что угодно. Но какими они были, сейчас уже никто не помнит. Только то и известно, что тогдашняя госпожа Солор вернула императору власть над страной.
— Нынешняя сделает то же самое, — заверил Ниршав и направился в ворота Анакдера с надменным видом победителя, словно это он, и никто другой, носил фамилию Солор.
Первое, чем я занялся, едва перестал быть нужен Аштии в её свите — это мои люди. Бой был завершён, пленники отконвоированы в подземелья крепости, и выжившим бойцам полагался нормальный отдых, а раненым — ещё и лечение. Следовало заняться всем этим — не только ж Аканшу с Ильсмином отдуваться. В Анакдере я совершенно не ориентировался, а ведь нужно было не только отыскать, что тут где, но ещё и поймать нужных мне должностных лиц. Уж эту обязанность перевешивать на замов было бы неправильно.
— Господину выделена комната, — сообщил слуга, догнавший меня в одном из переходов замка. — Позволит ли господин её показать ему?
— Покажи. А заодно подскажи, где находится господин Хусмар. И давай живенько. Мне ещё господина Джасмела искать.
— Слушаю, господин. Готов помочь.
Комната, которую подготовили для меня, оказалась большой и очень уютной. Измотанный беготнёй по этажам и башням, я ожидал много худшего, и может быть, даже обиталища, общего с тремя или четырьмя собратьями-офицерами. А тут… Можно подумать, я уже превратился в большую имперскую шишку. Конечно, в замке много комнат, но он всё равно не резиновый. А я всего лишь командир над отрядом в триста сорок элитных бойцов… Ещё двенадцать ранены сравнительно легко, глядишь, и встанут в строй в ближайшее время.
— Отлично, — сказал я, разглядывая массивную резную кровать такой ширины, что улечься можно было бы с четырьмя, а то и пятью девками — при желании. — Сообщи Аканшу и Ильсмину, чтоб они поднялись ко мне, когда закончат с делами.
— Выполню, господин, — поклонился слуга и поспешил исчезнуть, чтоб на него не навешали новых поручений.
Мои подчинённые появились в комнате настолько быстро, что мне хватило времени разве что на освобождение из доспехов и умывание над тазиком.
— Да расслабьтесь, — предложил я. — Позвал вас обоих, чтоб мы вместе могли пообедать с комфортом, — растёр плечи и лицо полотенцем и кивнул служанке, державшей кувшин. — Аканш, тебе помочь снять эту конструкцию?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
