– И улики подтвердили эту версию?
– Во всяком случае, они не противоречили рассказу Джоуи. К тому же у него оказался свидетель, который все подтвердил.
– Свидетель?
– Да. Одноклассник Джоуи, который в тот день зашел к нему после школы, чтобы взять взаймы учебник. Видишь ли, в те далекие времена еще существовала возможность, что Джоуи станет лучше, чем его старик. Словом, свидетель все подтвердил, и Джоуи отделался условным сроком и курсом реабилитационной психотерапии.
– Похоже, терапия так ему и не помогла, – вздохнула Кендра.
Квентин невесело хохотнул.
– Увы, нет. Как только он подрос настолько, что школьный надзиратель уже не мог с ним справиться, Джоуи бросил школу, что, впрочем, не удивительно, учитывая окружение, в котором он рос, и дурную наследственность. Его отец был настоящим злобным чудовищем, а я слышал, что дед был еще хуже. К счастью, Джоуи унаследовал кое-что и от матери. Это сделало его более или менее управляемым. Он не постесняется смошенничать или обобрать пьяного, вывернуть карманы у трупа, если уж на то пошло, но он слишком хорошо знает свою силу и свой буйный нрав. Знает и боится стать таким, каким был его папаша. К его чести нужно сказать, что, как правило, Джоуи удается удержать себя в рамках и обойтись без насилия.
Кендра кивнула.
– А почему он так, гм-м… уважает тебя? Неужели он боится, что после стольких лет ты расскажешь правду?
Квентин слабо улыбнулся.
– Я, конечно, этого не сделаю, но Джоуи этого не знает. И это помогает держать его в узде. Благодаря мне Джоуи ведет себя более или менее пристойно.
– Благодаря тебе? – удивилась Кендра. – Уж не хочешь ли ты сказать, что Джоуи продолжает бояться тебя, даже когда ты находишься на другом конце страны?
– Ну, я стараюсь приезжать в Сиэтл по крайней мере раз в год, – объяснил Квентин. – И в каждый свой приезд я обязательно встречаюсь с Джоуи и выясняю, что он поделывает. С тех пор, как я поступил на работу в ФБР, Джоуи ведет себя тише воды, ниже травы. Я думаю, он просто насмотрелся голливудских фильмов, в которых возможности нашей конторы сильно преувеличены, но факт остается фактом.
– Значит, дело не только в том, что ты о нем знаешь, – сказала Кендра. – Похоже, Джоуи всерьез уважает твой значок. – Она пожала плечами. – Вот никогда бы не подумала!
– И тем не менее Джоуи совершил только одно убийство, причем в состоянии аффекта. Я хочу, чтобы все так и осталось. Да, его трудно назвать порядочным человеком в буквальном смысле слова, но ведь есть же разница между «плохим парнем» и преступником. Джоуи пока не перешел эту грань, и я стараюсь удержать его от рокового шага.
– Вот как? – Кендра внимательно посмотрела на своего партнера. – Почему-то мне кажется, что твое загадочное детство богато подобными историями. Признайся, ведь Джоуи не единственный, кого ты выручил?
– У тебя слишком богатое воображение, Кендра.
Он по-прежнему не хотел говорить о своем прошлом, и Кендра, вздохнув, сдалась.
– Может быть, и так, – сказала она и, отвернувшись, стала смотреть в окно машины. – Кстати, – добавила она после паузы, – вовсе не обязательно было встречаться с Джоуи в таком мерзком месте. Вся эта вонь и грязь…
– Извини, но мне хотелось застать его врасплох.
– Все равно теперь ты мой должник, – убежденно сказала Кендра. – Этот визит обойдется тебе в пару сотен, партнер.
– Это еще почему? – удивился Квентин.
– Мне придется купить себе новые туфли, – объяснила Кендра. – Боюсь, что эти мне уже никогда не отмыть.
Джон и Мэгги так и не получили ответа ни на один из своих вопросов. Смириться с этим было нелегко. Оба буквально сгорали от нетерпения; хотелось поскорее сделать хоть что-нибудь. Энди предложил им немного задержаться, чтобы помочь Скотту и Дженнифер просмотреть документы, которые только что привезли из центрального архива. Спустя какое-то время в конференц-зале не осталось ни одного квадратного дюйма пространства, где бы не лежали извлеченные из ящиков пожелтевшие папки и фотографии. Воздух потемнел от пыли, но все их усилия оказались тщетны. Ничего напоминавшего известные им случаи они не нашли.
В час пополудни Скотт и Дженнифер вышли за сандвичами и кофе. Джон решил воспользоваться этой возможностью, чтобы рассказать Энди о Квентине и Кендре.
– Вот черт!.. – воскликнул Энди, выслушав его. Он, однако, был скорее удивлен, чем раздосадован. – В первый раз в жизни слышу, чтобы агенты ФБР работали неофициально. Я считал, у них там дисциплина получше.
– Квентин и Кендра работают в специальном отделе и пользуются несколько большей свободой, чем обычные сотрудники Бюро, – нашелся Джон. – Но главное не в этом. Оба заслуживают всяческого доверия – и как профессионалы, и просто как люди, которые умеют держать язык за зубами. Кроме того, для них не важно, кто раскроет преступление и получит медаль… или сядет в губернаторское кресло. Я ясно выражаюсь?
– И все равно с твоей стороны это было не по-товарищески, Джон.
– Я знаю и прошу у тебя прощения, но вовсе не за то, что пригласил их, а за то, что не сказал тебе сразу.
– Что ж, лучше поздно, чем никогда.
Джон неопределенно хмыкнул. Энди, однако, вовсе не собирался уступать так скоро. Состроив недовольную мину, он повернулся к Мэгги:
– А ты? Ты тоже знала?..
Мэгги, не дрогнув, встретила его взгляд.
– Мне тоже все равно, кого погладят по головке, Энди, – сказала она. – Я хочу только одного – чтобы Окулист как можно скорее отправился за решетку. И мне совершенно безразлично, кто его туда отправит. Я готова принять любую помощь, лишь бы она была действенной.
Энди вздохнул:
– Драммонд под себя будет ходить, если узнает. Между прочим, Джон, один раз мне уже за тебя попало, так что в следующий раз будь добр – постарайся, чтобы твой благородный профиль больше не попадал на первые полосы газет. Договорились?
– Сделаю, что смогу, – сухо ответил Джон. – Что касается Драммонда, то уверяю тебя – никто из нас не собирается посвящать его в, так сказать, интимные подробности. Ну а если он что-то пронюхает, мы постараемся сделать так, чтобы лейтенант думал, будто фэбээровцев пригласил я. Я, а не ты.
Энди насмешливо посмотрел на него:
– А завещание ты написал?
Джон улыбнулся:
– Не беспокойся, с Драммондом я справлюсь. Вот уже почти пятнадцать лет я чуть не каждый день сталкиваюсь с подобными типами. До сих пор всегда удавалось заставить их делать то, что хочется мне.
– Так-то оно так, – с сомнением покачал головой Энди, – но в Сиэтле Драммонд пользуется изрядным влиянием…
– Я тоже, – коротко ответил Джон. – Просто я еще не пускал его в ход, но в случае необходимости я нажму на все рычаги. Уверяю тебя, Драммонд отлично понимает, что со мной лучше не ссориться. А если не понимает, тем хуже для него.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
