— …. Принцессы Поллинария и Эдуарда, — предоставил им слово Теодор фон Браун.
Девочки выпалили заученную речь, мало думая о смысле сказанного. Толпа радостно им зааплодировала, приветствуя их и якобы принимая в свою тусовку.
Король Цветкольф витиеватыми фразами и высокопарными словами выступил: о сложившийся ситуации в мире, о принцессах и о своей роли. Из его речи было ясно, что ничего не ясно. Ансэнтана Святославовна отмолчалась, не желая привлекать к своей персоне излишнего внимания, играя роль грозной наставницы.
Все это время Катрин капала на мозг своему супругу, пилила его умело, профессионально, попытавшуюся вмешаться первую супругу так словесно обласкала, что той плохо стало. Даже Мальтус пожалел ненавистного султана, чисто по-мужски такой жены он злейшему врагу не пожелал бы. Когда появился удобный момент, Финогенов со своей любимой женушкой покинул бал, сославшись на плохое самочувствие своей ненаглядной. Единственная из семи жен, которая подарила султану двоих сыновей, младшенький в данный момент находился с нянечками, а на старшего была возложена важная миссия по охмурению кронпринцессы.
Золотая молодежь не спешила проникнуться важностью момента. Столпившись стайками, отпрыски королей общались между собой, изредка кидая презрительные взгляды на сцену.
— Подумать только принцессы нашлись. Радость то, какая! — яд сочился в каждом слове.
— Дожили, бастардов чествуем.
— Ага, давно известно, что «великий» род огненного дракона вымер.
— Я не удивлена, что покровительствует им сын бастарда. Подобное к подобному, — «мило» отозвались о роли короля Цветкольф.
Пока основную массу сотрясало негодование и собственное превосходство, принц, известный в обществе, как знаменитый ди-джей Диско с интересом рассматривал новоиспеченных девушек высшего сословия, жилка ловеласа и всеобщего женского любимца разгоралась с новой силой.
— И как они тебе? — поинтересовался один из друзей.
— Ни че так. Симпатичные даже. Думал, будут страшненькие.
— О Диско, что смотришь все на них. Они не стоят твоего внимания, — пропела девица, похожая на попугая, уж больно ляписное платье на ней было надето.
— Стоит тебе пальцем поманить и любая из них будет у твоих ног, — поддакнула ее подруга, не осознавая свою ошибку.
— Классная идея, — хихикнул очередной подпевала из его свиты. — Кого выбираешь блондиночку или шатенку?
— Ты же знаешь, мне светленькие нравятся. После первого танца она будет моей, — кивнул Диско принимая пари.
Принц Викториан, прохаживающийся между собравшихся, зловеще ухмыльнулся, он был уверен, что того ждет полное фиаско. Некогда он был молод, горяч в своих суждениях, поспешен в выводах, пару лет и как сильно он изменился, а его сверстники все так и топтались в своих иллюзиях.
Вот и настало время открытия бала первым танцем. Принцессы стояли на паркете, дожидаясь своих кавалеров. Полина так и не поняла, как прошло состязание среди молодых людей, но к ней уверенным шагам шел высокий брюнет в молочном костюме. Он ей сразу понравился: его аристократический профиль, и хищный взгляд совсем не портил лицо, а прибавлял образу особый шарм опасности.
— Позвольте представиться, принц Викториан. Принцесса Поллинария, окажите мне честь, — по ушам прошелся очень приятный бархатный с хрипотцой голос.
Принцесса, не задумываясь, вложила свою ладонь в его сильную руку с длинными пальцами, позволяя себя увлечь к исходной точке. Они двигались в танце, как два лебедя, плавно грациозно. Искры летали между ними: ее восторженный преданный взгляд, она, готовая идти за ним хоть на край света, его нежные собственнические объятья, обещающие укрыть ее от всех невзгод. Даже самый не верящий человек в любовь с первого взгляда, поверил бы в нее, глядя на них. Всю их нежность, зоркая Ансэнтана списала на магию первого танца, которая со временем рассеется, оставляя после себя сладкие воспоминания.
Эдик с кавалером повезло значительно меньше. В ее сторону устремился напыщенный индюк, вся его вальяжная походка и вызывающий внешний вид (камзол так блестел и переливался, что изначальный цвет был не опознан, да и прическа, залитая лаком и сталингом в новомодной укладке, фу, мажор!), так и кричал о самовлюбленности. Постояв возле нее и, недожавшись желаемой реакции, молодой человек соизволил представиться:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Принц Дискериан, — протягивая свою руку.
Эдуарда с нежеланием приняла приглашение, словно не взяла принца за руку, а дотронулась до чего-то жутко противного. От ее реакции у него вытянулось лицо, но он быстро совладал с собой, нацепив маску безразличия.
— Ну, что крошка, тряхнем костьми? — перед тем, как повести ее в танце, ей на ушко Диско произнес свою коронную фразу, после которой каждая девушка сходила с ума от счастья, но сейчас на него посмотрели, как на умалишенного.
В целом танцевал он не плохо, но стоило остальным парам присоединиться, как принц Дискериан стал наглеть: сократил дистанцию между ними до минимума и распустил руки. Эдуарда не осталась в долгу, без зазрения совести она оттаптывала ему ноги. «А, вот для чего нужны каблуки! Какая удобная вещь, стоит признать», — думала девушка, всякий раз якобы случайно наступая ему на ботинок. Диско скрепя зубами принимал «искренние» извинения от очень неловкой партнерши.
— Эээ, принцесса…., как вас там? — так и не смог вспомнить ее имя принц, а девочка не спешила облегчить ему участь.
— Сударь, не утруждайтесь, для ваших серых клеточек эта излишняя информация, — процедила Эдик, мечтающая окончания пытки и избавления от двоечника.
От непритворного пренебрежения им самый популярный ди-джей был в шоке. «Из какой она глуши?» — недоумевал кавалер, предположить, что данное направление в творчестве миледи не предпочитала и не являлась его заядлой фанаткой, он не мог.
Стоило музыки стихнуть, Эдик избавилась от партнера. Диско предложил продлить общение, но она ему ответила красивыми заумными фазами, смысл которых был до банального прост — отказала. Такого фиаско у мечты девичьих грез досель не было.
— Как она тебя послала, — посмеиваясь, посыпали соли на свежую рану, подошедшие друзья.
— Это мы посмотрим, пока не утро, — сквозь зубы процедил он.
Были танцы. Викториан старался как можно дольше быть рядом с Полиной в рамках приличия. Все следующие кавалеры у Эдик были милые, никто не приставал, и вели себя культурно. Диско пытался пригласить ее на танец, но, как показала практика, девушки могут ему говорить: «нет».
Мальтус после первого танца увлек Сэнту за колонны в нишу, которую он присмотрел на репетициях. Там взрослые, скрытые от посторонних глаз, самозабвенно целовались.
— Как же девочки? За ними надо присматривать, — постаралась призвать к его совести Сэнта в перерывах.
— Ничего страшного с ними не случиться. За ними наблюдают, — успокоил он, прекращая дальнейшие расспросы поцелуем.
Прозвучал колокольчик, оповещая, что пора трапезничать. Оркестр сменил мелодию на тихую умиротворенную классику. Гости расселись. Во главе стола сидели принцессы. Рядом с Полиной сидела сестра и Мальтус Сигизмундович, король ухаживал и за принцессой и за возлюбленной. Рядом с Эдик сидел Теодор фон Браун, который переусердствовал с ухаживанием, завалив тарелку принцессы едой, той хотелось все содержимое опрокинуть на голову обжоры, испорченное настроение первым танцем все никак не желало возвращаться. За столом велась светская беседа, говорили обо всем и ни о чем конкретном.
Потом были снова танцы. Мальтус наплевав на все приличия, танцевал исключительно с Сэнтой. Полина мило общалась с Викторианом, со стороны они были похожи на воркующих голубков. Ансэнтана не стала одергивать ученицу и напоминать ей о правилах хорошего тона, поскольку гости были в хорошем настроении, и им было не до принцесс. Эдуарда устроилась за колоннами на диванчике, задумчиво поглощая виноград, вынашивая план побега.
— Принцесса, — к ней имел наглости подсесть Дискериан с двумя бокалами шампанского. — Мы с вами не очень хорошо начали, — постарался всучить ей один из фужеров он.
