присоединился ко всеобщему хохоту. Целый рой веселых мерцающих искр вскинулся фонтаном до самого неба, закружился, затмевая звезды, и пролился блистающим дождем на землю, благословляя ее своим касанием, сея невидимые семена грядущих деяний.
— Смейся, Сердце мое, — думала Мэб, с нежностью смотря на Целителя, — веселись, сияй и будь, пожалуйста, счастлив. Ради себя, ради меня, ради нас всех. Ты заслуживаешь этого, как никто. Ты никогда ничего не жалел для других, и радостью своей делиться будешь также щедро. Пока у этого мира такое сердце, я за него спокойна.
Эпилог
— Ммм… не пущу, — захныкала я и вцепилась покрепче в Его Величество, который вознамерился ни свет ни заря тишком покинуть супружескую кровать.
— Алина, — ласково поцеловав меня в макушку, проговорил монарший дезертир, — я хочу успеть поработать немного над нашим изобретением до того, как завертится вся эта ежедневная неразбериха.
— Ну вот, — надулась я, — прогресс тебе явно дороже собственной жены.
И так мне себя жалко стало, позабытую и позаброшенную, что я даже всхлипнула. Рэн посмотрел на меня обеспокоенно, приложил руку к моему лбу.
— Ты не права, — улыбнулся успокаивающе, — просто мы вчера с Ойхо одно интересное решение придумали, хочу скорее его реализовать..
По сияющему вдохновением взору мужа я поняла, что сейчас меня ждет гора всевозможных технических подробностей и неохотно разжала руки.
— Ну ладно, — решила, — тогда иди… — и снова всхлипнула. Сейчас я казалась себе чуть ли не героиней древнего эпоса, приносящей в жертву будущему самое ценное.
— Алина, с тобой все в порядке? — осторожно поинтересовался венценосный супруг.
— Спасибо что спросил, — печальным голосом ослика Иа-Иа ответила я, — по крайней мере, теперь нельзя сказать, что ты совсем мной не интересуешься…
Тут Рэн адресовал мне свой фирменный взгляд: с легкой такой снисходительной укоризной, от которого я сразу ощущаю себя… не очень умной и который лучше всяких скандалов будит во мне совесть.
Да-да, согласна, я прилично так преувеличила. Не далее, как вчера вечером, он мною очень даже интересовался. И не один раз. И за день до этого. И позавчера. Да и вообще после той его поездки по соседним странам у нас не жизнь, а новый медовый месяц. И не только у нас, к слову сказать, обстановочка очень уж способствует..
Только муж поднялся на ноги и набросил на плечи халат, как в открытую форточку влетел сияющий вестник, сделал эффектный круг по комнате, замер над раскрытой ладонью Рэна — и рассыпался огненными искрами, высветив на несколько секунд прямо в воздухе «Сегодня после заката, в зале Совещаний. Подробности у Ллойда».
Подписи не было, но тут любой дурак бы догадался.
— Что-то будет, — произнес муж минуту спустя, — интересное..
Ага… особенно учитывая, что это вообще наше первое божественное послание.
С момента возвращения Рэна прошло уже недель пять. И все это время от Целителя со Стражницей не было ни слуху, ни духу. Чем-то они были ужасно заняты, и на все призывы своих друзей и подопечных упорно не отзывались. Зато что у нас тут творилось… Северные сияния всех возможных оттенков даже в пустыне, неожиданное потепление на севере и прохлада на юге, россыпь сверкающих звезд на пронзительно-голубом дневном небе. Цвело и плодоносило все сразу — яблоки с подснежниками, арбузы с сиренью, персики с березовым соком… В песках били фонтаны, в море плавали косяками светящиеся рыбы, даже Скалистые горы, говорят, увиты были цветущими благоухающими лианами. В воздухе пахло любовью, как в начале весны, и волшебством, как перед самым Новым годом.
Число свадеб сразу выросло. Даже мы смогли погулять на одной из них — Иллойэ у нас теперь княгиня — а могли бы и на двух, но Ллойд праздновать без друга и своей покровительницы отказался наотрез.
Ну раз теперь эти двое объявились, значит, недолго ему ждать осталось.
К указанному времени весь Высочайший Совет собрался в расширенном составе: оба наших величества, эйяр Ариллиан с Дайлэ, Ойхо с Айрой, Хозяйка с князем и Альм — в гордом одиночестве, зато с тамбурином в руке.
Не успели мы даже обменяться последними новостями, как прямо в середине зала вспыхнули бело-синим пламенем контуры дверного проема и перед нами предстали двое наших Верховных.
Минутная пауза, в течении которой мы вместе отчаянно пытались совладать со своими эмоциями от этого факта, завершилась всеобщим восхищенным вздохом. И было от чего.
Нет, внешне Мэб и Аодхан не сильно отличались от себя прежних, даже откровенно тяжелой гнетущий силы, о которой рассказывал Рэн, сейчас не ощущалось. Но от них исходило такое внутреннее сияние, что не восхищаться этими двумя было невозможно. На них хотелось смотреть, с ними рядом хотелось просто быть и оказаться в зоне их было внимания казалось высшим счастьем.
Целитель взглянул на свои руки, слегка повел плечами, будто устраиваясь поудобнее в новой одежде и улыбнулся Стражнице
— Непривычно как-то…
Потом медленно обвел взглядом каждого из присутствующих, спокойно и благосклонно. В тот момент, когда глаза его остановились на мне, показалось, что саму душу мою нежно заключили в объятия.
— Что вы так смотрите, словно откровения ждете… всем привет! — так просто сказал Он, что вся торжественная неловкость момента сразу улетучилась, а вот радость и внутренний свет никуда не делись.
— Да, давно не виделись, — улыбнулась Стражница.
— А где собаченька? — тут же вопросил непоседа-Балагур.
— Охраняет одну из Граней, — ответила Она и заняла одно из свободных кресел во главе стола, рядом с Ллойдом. Аодхан последовал примеру жены и расположился между ней и Айрой.
— Где тебя носило? Мы никак не могли до тебя достучаться, — слегка недовольно поинтересовался Ариллиан у Целителя. Вот чего не отнять у нашего главного по дипломатическим связям, так это постоянства. Он, похоже, единственный, кто к Аодхану относится ровно также, как и относился — как к слегка непутевому другу, за которым глаз да глаз. А то что друг этот сначала обрел бессмертие, а потом и вообще божественный статус и силу для эйяра — лишь дополнительное отягчающее обстоятельство.
— Видишь ли, Ллойд, нам было немного не до того, — начал Верховный не без привычной своей ехидцы. — Мы там творили… всякое, — и они со Стражницей обменялись такими довольными взглядами, что в зале тут же повысилась температура.
— Мы заметили, — Хозяйка покачала головой, показывая, что она не слишком одобряет такое активное вмешательство в естественный ход времен года и явлений.
— Мог хотя бы знак подать, что у вас там все в порядке, — нахмурился Ариллиан, — нам вас не хватало.
Брови Целителя взлетели вверх в явном изумлении. Он, не торопясь, встал и подошел
