Недовольство и раздражение, вызываемые неудовлетворенностью социальной политикой патерналистского государства (см. диаграммы 4 и 5), при неразвитой правовой и представительной структуре институтов общества, ведут не к организованному политическому протесту, а к стойкому ресентименту в отношении власти (обида на власть) и усилению механизмов негативной идентичности (усиление значений внешних угроз, опасности, исходящей от чужих, отрицания или девальвации базовых ценностных представлений, образующих структуру национальной идентичности). Националистический ресентимент поэтому не просто теснейшим образом связан с госпатернализмом, а является другим выражением того же типа массового сознания.
Недовольство властью у большей части населения обнаруживается главным образом в социологических опросах[481], сохраняющих свой конфиденциальный и анонимный характер. Оно не проявляется в формах открытой публичной или политической деятельности по разным причинам: в силу покорности и страха, идущих от опыта выживания в тоталитарном и репрессивном государстве, привычной культуры двоемыслия и лицемерия, оставшейся еще от крепостного состояния, терпения и сознания безальтернативности своего положения, наследуемых тактик поведения по отношению к принудительным порядкам (колхозной жизни, паспортной системе, прописке, закреплению рабочих в советское время на производстве и т. п.). Более того, недовольство даже принимает положительную форму одобрения таких порядков, поскольку «дисциплина» и принудительный «порядок», наличие «сильной руки» оправданы «высшими интересами» – необходимостью сохранения авторитета «великой державы», интересами страны, компенсирующими комплекс зависимости и неполноценности отдельного человека, отсутствия у него чувства собственного, личного достоинства (см. диаграмму 4).
Диаграмма 4
Как бы вы охарактеризовали нынешнюю власть? январь 2014
N=1600, ответы ранжированы
Диаграмма 5
Как бы вы охарактеризовали нынешнюю власть?
N=1600
Диаграмма 6
Бывают ли, по вашему мнению, такие ситуации в жизни страны, когда народу нужен сильный и властный руководитель, «сильная рука»?
Хроническое сознание неполноценности, зависимости, унижения и порождаемого ими социального ресентимента в таких условиях снимается лишь общим чувством национального величия. От 70 % до 80 % считают себя патриотами России и гордятся тем, что живут в России[482]. Гордость же нынешней Россией (см. табл. 22) выказывают несколько меньшее число опрошенных: в среднем за десятилетие 55 % (что близко к показателям величины идеологически ангажированной публики).
Таблица 22
Гордитесь ли вы нынешней Россией?
N=1600; в % от числа опрошенных
Достоинство индивиду может быть придано лишь сознанием принадлежности к большому и сильному государству, «своей стране». Так, отвечая на вопрос «В какой мере вы согласны или не согласны с высказыванием: “Люди должны поддерживать свою страну, даже если она неправа”?», полностью или скорее согласны с этим суждением 48 % опрошенных, против лишь 16 %; остальные пытаются уйти от неприятной дилеммы, заявляя, что они не то чтобы согласны, но и несогласными себя назвать не могут или затрудняются ответить на вполне ясный вызов, то есть, по сути дела, демонстрируя полное отсутствие морального сознания (октябрь 2014 г.). Смутный этический дискомфорт от полного слияния с патерналистским и авторитарным режимом снимается характерным утверждением себя как «жертвы», объекта враждебности других стран или их несправедливого отношения к России[483]. Такое резкое усиление «собственной правоты» стало особенно заметным после аннексии Крыма (см. табл. 23).
Таблица 23
Как мы знаем, в прошлом Россия оказывалась в состоянии конфликта со многимитранами. Если говорить только о том, что было после 1917 г., какое из следующихутверждений ближе всего к лично вашей точке зрения?
N=1600; в % от числа опрошенных
Поддержание такого сознания требует не доказательств достоинств страны, а, напротив, постоянного повторения, что другие хуже, что «Запад нас не любит» и так было всегда. Это лучший способ гарантированного самоудовлетворения. «Запад» в этом плане не только играет роль собрания утопических представлений о лучшем устройстве общественной жизни, о высоком качестве жизни граждан, правовой защищенности и т. п. ценностях, но и представляет собой трансферт негативных проекций самих себя, воплощение всего того, что россияне не хотят признавать в самих себе, опредмечивание мотивов и представлений, которые кажутся самыми «естественными» и лежащими на поверхности объяснениями других (склонность к насилию, агрессии, пренебрежению интересов других действующих лиц, алчность и т. д.). Подобные стереотипы в первую очередь приписываются США как главному символическому противнику СССР и России. Но и шире – сама эта негативная проекция играет чрезвычайно важную роль в поддержании стабильности рамочных конструкций действительности, «разгружая» массовое сознание от комплексов своей вины или неполноценности.
Поднятая пропагандой волна антизападных настроений сопровождалась переживанием гордости за Россию и еще более горделивым сознанием принадлежности к ней (табл. 24). Октябрьский опрос 2014 г. дал самый высокий показатель за все время исследований (86 %). 64 % были согласны с тем, что «Россия лучше большинства других стран».
Таблица 24
Какие чувства вызывает у вас решение руководства России о присоединении Крыма к Российской Федерации? 2014 г.
1 Здесь и далее: в июле был проведен опрос населения 10 мегаполисов (не менее 1 млн жителей), с тем чтобы получить представление об установках более продвинутых социальных групп. Однако, как показывают эти данные, такого рода гипотезы были не слишком основательными и не выдерживают проверки на устойчивость к имперской демагогии властей. Ответы респондентов этой категории ничем принципиально не отличаются от ответов других групп населения, оказавшихся под облучением антизападной пропаганды. Разницы в оценках антиукраинской политики российского руководства между самыми «модерными» и основной массой населения нет.
*В сентябре и октябре в формулировке: «Какие чувства вызывает у вас политика России в отношении Украины?».
N=1600; в % от числа опрошенных; сумма ответов больше 100, опрошенные могли отметить несколько вариантов ответа
Подсознательно российское общество ощущает свою ущербность и неправый характер политики государства, но эксплицировать эти обстоятельства может только в виде «проекций» точки зрения обобщенного другого на себя. Так, на вопрос «Как изменилось отношение к России и к русским за последние полгода за рубежом?», лишь 21 % в общей сложности указал на изменение к лучшему («Нас стали больше любить, уважать, понимать»), основная же масса опрошенных – в сумме 64 % – отвечали: «Нас стали больше бояться, ненавидеть и презирать» (при этом 13 % считают, что за этот период ничего не произошло, остальные затруднились с ответом). Поэтому лучшей защитой от чувства собственной ущербности, сознания неполноценности может быть либо игнорирование Запада, либо наделение его только негативными характеристиками, включая и вечную, метафизически обусловленную враждебность к России (что, по сути, освобождает общество от гнета собственного аморализма и отсталости).
Таблица 25
Почему вы считаете, что нам не нужно обращать внимание на критику Запада?
N=1600; в % от числа опрошенных; сумма ответов больше 100, опрошенные могли отметить несколько вариантов ответа
Возмущение (скрываемое, подавленное) поведением украинцев, которые «перекинулись» в Европу в 2013–2014 гг., обусловлено, с одной стороны, завистью («не мы движемся в Европу, хотя мы тоже хотим жить как на Западе, но не можем; не можем даже признаться себе в этом, хотя ясно понимаем, что не способны быть такими, как люди на Западе»), с другой стороны – разрешением на агрессию в отношении к ним, оправданную тем, что они – это «фашисты, нацисты, каратели, хунта, бандеровцы, русофобы, ультра-националисты» и т. п.[484]
Есть латентное понимание собственной недееспособности, ущербности, того, что россияне недостойны жить как на Западе, но это понимание не может быть эксплицировано. Поэтому единственный «выход» – убрать сам источник раздражения или смягчения этих напряжений. Провоцируемые пропагандой и санкционируемые авторитетом власти злоба и ненависть к Западу, прежде всего к США как символическому противнику, не тождественны враждебному отношению к конкретной стране или странам (данные опросов хорошо иллюстрируют эту раздвоенность).
