— ЗАЧЕМ?
Ричард почувствовал, что внутри у него все закипело. Спектрум обрушился на стену с такой силой, что звон осколков отдавался многократным эхом.
— Потому что! Я! Твой! Брат!
Ричард неистово крушил возникающие перед ним все новые и новые ледяные стены. Занеся в очередной раз меч над головой, он остановился…
За новой прозрачной стеной, на высоком троне, прямо перед ним, опустив голову, сидел Эдем. Волосы свисали на лицо, скрывая потухший взгляд.
— Я не могу справиться сам, — тихо сказал Эдем. — Помоги мне.
Ричард подумал, что ему послышалось.
— Помоги мне, — одними губами повторил Эдем.
Ричард увидел, как сзади, из-за трона, на принца начала наползать огромная тень. Она вилась вокруг спинки и ножек трона, постепенно обволакивая брата темной паутиной, впиваясь в плоть.
Сердце Ричарда бешено заколотилось.
— Брат… — Ричард испуганно смотрел на то, как тень подбирается к коленям Эдема, обвивает локти.
Он вновь ударил по стене мечом, но та осталась стоять на месте. Он повторил удар. На стене появилась лишь тонкая сеточка трещин.
— В чем дело? — услышал Ричард шипящий голос Даркана. — Попробуй еще разок!
Ричард взглянул на Эдема. Глаза брата налились черным цветом. Он нанес еще удар, и еще. Бесполезно.
Послышался язвительный смех.
— Поздновато спохватился, он мой! — прошипела тень.
Ричард смотрел на нее исподлобья, тяжело дыша.
— Тебе никогда не получить его, — процедил он.
Принц повернул Спектрум рукояткой вперед и стал что есть силы бить ею в стену. Он бил и бил, вкладывая в удары всю злость, видя, что брат почти полностью окутан черной материей.
Рука немела от боли, но принц не отступал. Трещин было все больше, возникла белесая звездочка с небольшой дырой в центре. Ричард сделал глубокий вдох и вновь ударил…
Стена наконец не устояла и обрушилась на каменный пол. Неожиданно трон разлетелся на куски, и Эдем взмыл вверх. Черное облако, похожее на гигантского осьминога, ухватило его щупальцами и поволокло прочь.
Ричард, не раздумывая ни секунды, бросился вдогонку. Он бежал изо всех сил, хватая ртом воздух. Впереди показался огромный витраж.
— Эдем!!! — срывая голос, прокричал принц.
Витраж с дребезгом разлетелся на сотни цветных осколков. И плененное тело Эдема нырнуло вниз с огромной высоты.
Холодная волна воздуха ударила в лицо Ричарда, когда он без размышлений бросился за братом. Оттолкнувшись от подоконника, он почувствовал, как перехватило дыхание. Это была высшая точка белой башни, и простирающаяся внизу местность была похожа на карту. С той лишь разницей, что она была не нарисованной, а настоящей…
— Эдем! — Крик Ричарда из-за ветра превратился в беззвучный шепот, он протягивал руку брату.
Вдруг его резко тряхнуло, и какие-то путы сковали его руки и ноги. Ричард завис в воздухе, в то время как Эдем продолжил падение. Ричард видел удаляющееся от него лицо брата, искаженное последним немым криком о помощи, и его протянутую навстречу руку…
— Эдем!
Ричард сделал попытку освободиться от пут, но у него ничего не вышло.
— Эдем!
Имя брата эхом разнеслось вокруг.
Ричард перестал сопротивляться, и слезы досады навернулись ему на глаза…
Глава 17
— Ричард! Ричард!..
Принц открыл глаза. И увидел голубое небо, проглядывающее сквозь зеленое кружево листвы.
Вокруг него был лес Флории и люди из его отряда. Они безрезультатно пытались справиться с крепкими стеблями растений, обвившими их командира. Кто-то даже пытался работать топором.
— Он жив! — пронеслось по отряду.
Подбежал Кристофер.
— Ричард! Ричард, ты жив? — Друг заглядывал в щели между стеблями.
Принц поморгал и попросил:
— Отзови людей и отойдите подальше.
Крис отозвал рыцарей.
Ричард почувствовал, как хватка стеблей, обвивших его тело, медленно слабеет. Они втягивали шипы, словно успокоившийся после боя тигр, пока окончательно не освободили принца из своего плена.
— Какого черта вы делаете? — спросил он, указывая на топоры.
— Какого черта мы делаем?! — переспросил Сай. — Да эта дрянная штука тебя чуть не задушила! — Сай пнул длинный корень, лежащий рядом.
— Тогда познакомься, — сказал Ричард, потирая затекшие руки. — Эта дрянная штука — Гринерра.
— Ой, прошу прощения… — смущенный Сай огляделся в поисках объекта своих извинений.
Гринерра засмеялась:
— Лучше тебе больше ничего не говорить.
Принц осмотрел себя. Он ожидал, что после древесных оков его тело будет усеяно ранами, но следов от шипов нигде не было.
Лес вновь задышал, и сквозь листву проступили черты царицы Флории. Рыцари отступили назад, пораженные явлением драга.
— Ты прояснил что-нибудь для себя? — спросила у Ричарда Гринерра.
— Скорее, еще больше запутался, — ответил Ричард. — Что это было, и почему ты забрала меня из Камелота раньше, чем я смог помочь брату?
— Ты и не был в Камелоте. Это происходило лишь в твоем сознании. Я помогла тебе обратиться к темным уголкам твоей памяти. Ты вернул воспоминания, которые иногда могут дать гораздо больше, чем вновь приобретенный опыт. К тому же ты не пошел на поводу у страхов и не побоялся броситься в бездну за братом, чтобы спасти его. Ты не боишься смерти, а значит, зло не сможет спекулировать на твоей жажде жизни, как оно делает обычно.
— Твои слова для меня лучшее напутствие!
Гринерра кивнула и сказала:
— Гоффы проводят тебя к озеру Спокойствия.
Ричард поклонился.
— Гоффы. Ты так называешь лесных эльфов? — спросил он.
— Нет-нет, гоффы — это гоффы.
Драг указала рукой в сторону, и Ричард, повернувшись, увидел, как от общей массы деревьев отделилось одно и медленно двинулось к нему.
Гофф подошел к Ричарду и остановился.
Если вы можете представить себе человекообразное дерево, то не спешите рисовать себе симметричную фигуру гомо сапиенса, покрытого корой и ветками, — это не гофф.
Гофф выглядит иначе. Глядя на него, нельзя сразу понять, сколько у него ног: три, четыре или одна; с руками та же история, хотя у того экземпляра, что стоял перед Ричардом, их было две. Голову и вовсе можно не пытаться искать там, где она находится у каждого из нас, у гоффа она может быть где угодно: на плече, на бедре или даже на колене. При этом они отличаются достаточно добрым нравом, если только вы не окажетесь в числе их врагов. А тогда в рукопашной вам не поздоровится, и меч вряд ли поможет… Вас просто придушат.
Только сейчас принц понял, что утренние видения с глазастой веткой были первым знакомством с гоффами, а не причудами сознания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
