Калли попыталась запротестовать, но герцог уже взял Аврору под руку.
— Откуда вы знаете мистера Карстерза? — поинтересовался Валериан, провожая девушку в коридор.
— Он приехал вместе с нами с Ямайки, когда мама вышла замуж за отца. Папа не хотел терять и вторую жену из-за того, что на острове нет врача, — объяснила Аврора. — Он прожил у нас десять лет и за это время обучил нескольких самых смышленых слуг и одного ссыльного своему ремеслу, чтобы было кому помочь больным в его отсутствие. Но где доктор Майклз? Почему его здесь нет?
— Он отправился к больному отцу. Доктор Карстерз его родственник и новый партнер.
Несколько минут оба молчали, дожидаясь прихода доктора.
— Ваша жена рожает, — объявил тот. — Однако роды будут нелегкими, а ребенок к тому же еще не перевернулся вниз головкой, так что пройдет не один час, прежде чем он появится на свет. А вам, мисс Аврора, лучше удалиться к себе. Здесь не место для молодой девушки, хотя, зная вашу храбрость, не сомневаюсь, что стоило мне позволить, и вы остались бы. В общем, я не рекомендую. Излишние потрясения вредны не только вам, но и ее светлости. Герцогине достаточно моего общества, а Марта и Салли мне помогут. Время от времени мы будем сообщать вам о состоянии сестры.
— Позвольте мне по крайней мере попрощаться с ней, — едва не заплакала Аврора. Доктор кивнул и проводил ее в спальню.
— Почему ты уходишь? — расстроилась Калли.
— Доктор велел, — вздохнула Аврора. — Помнишь доктора Карстерза, Калли? Он уехал с острова, когда нам было двенадцать. Доктор Майклз отлучился по делам, и вместо него твоего ребенка примет мистер Карстерз. С вами останутся Салли и Марта.
— Я умираю, — странно спокойным, отчетливым голосом выговорила Калли.
— Чепуха! — постаралась разубедить ее Аврора, — Ты просто боишься, сестричка. Карстерз — хороший врач и позаботится о тебе.
— Я не виню тебя, — словно не слыша, продолжала та. — Сама хотела быть герцогиней, вот и получила, что заслужила. Ты тут ни при чем.
— Ты будешь жить, дорогая, — настаивала Аврора.
— Я люблю тебя, — прошептала Калли, грустно глядя вслед удалявшейся сестре. Дверь тихо закрылась. Аврора исчезла.
— Какие ужасные вещи вы говорите! — пожурила Марта. — Можно подумать, кроме вас, никто никогда не рожал! Даже страдания не извиняют вас, миледи! Как не стыдно!
Калли, не ответив, вновь молча отвернулась. Время сначала тянулось бесконечно, потом полетело как на крыльях. Настал рассвет, пришел полдень. Вдовствующая герцогиня, навестившая Каландру, попыталась утешить роженицу, но вскоре вышла, донельзя расстроенная и взволнованная.
— Почему это так затянулось? — допытывалась она у она врача. — Роды преждевременные, но мы ждем едва ли не сутки, а ребенок не появляется на свет! В чем дело, доктор Карстерз?
Тот сокрушенно покачал головой:
— Не знаю, ваша светлость, но, насколько мне известно, схватки продолжаются всего часов десять. Это не слишком долго. Надо потерпеть еще немного.
— Неужели? — проворчала старая леди, обращаясь к подбежавшей Авроре. — Поверьте, дорогая Аврора, если бы рожали мужчины, наверняка стали бы ныть, что и двух часов достаточно. Терпение! Кто бы говорил!
— Калли сказала, что умирает, — негромко заметила Аврора.
— Ну что за глупости! Ваша сестра просто напугана и не знает, чем еще вызвать сочувствие окружающих.
Нисколько не сомневаюсь, что к завтрашнему дню она благополучно родит, придет в себя и начнет обдумывать свое триумфальное возвращение в Лондон.
Но на деле Мэри Роуз отнюдь не была ни в чем уверена. Последние дни Каландра выглядела отвратительно, и ее теперешнее состояние ничего хорошего не предвещало. Она и вправду может не выжить. Роды — вещь опасная для любой женщины.
Сгустились сумерки. Аврора дважды просила позволения посидеть с сестрой, но доктор не разрешал. За ужином все молчали, а потом Аврора поднялась к себе. У огня сидела измученная Марта, которая от усталости клевала носом. Аврора осторожно тронула ее за плечо:
— Марта, что случилось? Как Калли? Родила?
— Доктор Карстерз отослал меня и Салли немного передохнуть. Дело плохо, мисс. Очень плохо. Бедная мисс Каландра слабеет с каждой минутой, но ничего не меняется. Она помрет, мисс, простите, что говорю это, но так оно и есть.
Аврора, не помня себя, выбежала из спальни и ворвалась в комнату сестры. Доктор попытался было преградить ей дорогу, но девушка с неожиданной силой оттолкнула его и метнулась к кровати.
— Калли! Калли! Открой глаза! — велела она. Ресницы Калли чуть дрогнули. Веки поднялись. Едва заметно улыбаясь, она посмотрела на Аврору.
— Я знала, что ты придешь, пока еще не слишком поздно, — шепнула она, вздрогнула и вытянулась, глядя в пространство.
— Доктор! — разнесся по всему дому отчаянный вопль Авроры.
Карстерз подбежал к ней и, взяв запястье Калли, попытался нащупать пульс. Безуспешно. Тогда он приложил ухо к груди несчастной. Сердце не билось. Врач выпрямился и печально произнес:
— Мне очень жаль, мисс Аврора, но ваша сестра скончалась.
— Дитя! Малыш тоже умер? О Господи! Пусть гибель Калли будет не напрасной! Спасите ребенка!
— Принесите мой саквояж, — приказал Карстерз. — Надеюсь, вы не упадете в обморок, увидев кровь? И немедленно сбегайте за Мартой. Скорее!
Аврора швырнула ему черный кожаный саквояж с инструментами и, задыхаясь от слез, выбежала в коридор Горничная, привлеченная криком, уже успела вскочить и столкнулась с молодой хозяйкой на пороге комнаты. При виде Марты Аврора разразилась истерическим плачем:
— О Марта! Калли умерла по моей вине! Быстрее! Доктор хочет попробовать спасти дитя! Он зовет тебя.
Марта помчалась в спальню герцогини, где неподвижно застыл охваченный ужасом Карстерз.
— Что там, сэр? — дрожащим голосом осведомилась она, пытаясь заглянуть ему через плечо.
— Не подходите! — воскликнул он.
— Что там? — взвизгнула служанка. Карстерз обернулся. Лицо его было белее полотна.
— Смотрите, если хочется, но ничего ужаснее я в жизни не видел. Неудивительно, что бедняжка не могла разродиться. Это чудовище, но слава Господу, оно успело задохнуться.
Задрожав от страха. Марта все же сделала два нерешительных шажка. Доктор вскрыл брюшную полость Калли в отчаянной попытке спасти наследника герцога.
— Да это близнецы! — прошептала она. — Что там вокруг их шеек, доктор, и почему они словно слиплись? Господи, помилуй нас! Да у них всего две ноги! О доктор, что же носила бедняжка в своем чреве все эти месяцы?
Доктор ошеломленно покачал головой:
— Я только слышал, что такое случается, правда, очень редко. Трудно даже сказать, мальчики это или девочки, — они срослись ниже пояса. Две головы, две пары плеч, четыре руки, а все остальное похоже на ствол дерева, только раздвоенный книзу. Хорошо еще, что их удушила собственная пуповина! Я зашью герцогиню, Марта, и мы скажем, что ребенок погиб еще в утробе матери. В конце концов это чистая правда. Не стоит вдаваться в подробности, и без того горе слишком велико, к чему его усугублять? Мисс Аврора через несколько месяцев выходит замуж, зачем пугать ее кошмарной участью сестры?
