— И что ты сидишь? — раздался сзади голос тети Раи. — Возьми бутылку воды и иди помоги ребенку. Ей надо прополоскать рот, попить и, если опять будет тошнить, придерживай ей волосы.
Марк с трудом разжал пальцы и положил монтировку под сиденье — очень не понравился ему тот тип на бумере. Ладно, жизнь продолжается, и это неплохо. Следующие полчаса он делал все по инструкции — держал волосы и подавал воду. Потом еще полчаса они гуляли. Чудное место для прогулок — обочина подмосковного шоссе рядом с Кольцевой, за сто метров до какого-то жуткого рынка. Потом тронулись дальше. Обессиленная Настя дремала рядом, и доктор с тревогой посматривал на бледное личико и синюшные губы.
В доме отдыха их встретили как родных. Кто-то из обслуги принес вещи; Марк даже не успел дать чаевые — руки были заняты Настей, которую он нес в номер и думал, что она до утра уже не выползет. Ничего подобного — через полчаса свежеумытая и голодная, как пантера, Настя сидела за столом и хомячила ужин.
Рассказывать о проблемах Ланы при ребенке было невозможно, и тетушка пошла спать, так и не удовлетворив законное любопытство. Доктор остался, и не потому, что не хотел спать, еще как хотел, но в ресторане они нос к носу столкнулись с Семеном Николаевичем — тем самым завотделением, чьим кабинетом сегодня так славно попользовались. Никогда он так не радовался, встречаясь с Марком в коридоре поликлиники. Здесь же они улыбались и жали друг другу руки, словно любящие братья после долгой разлуки. Так и не отпустив Марка после рукопожатия, Семен поволок коллегу к своей супруге:
— Люсенька, смотри, это Марк. Я тебе, кажется, о нем рассказывал — одно из светил в нашем отделении. Мы несколько задержимся… Ну что ты, ненадолго, должен же я знать, как они там.
Смерив стоматолога не слишком дружелюбным взглядом, Люсенька, засушенная бесконечными диетами, со стрижкой а-ля блондинистый ежик и массой крупных серебряных украшений дамочка, неохотно удалилась. Мужчины переползли из ресторана в бар, и теперь Семен искренне, словно удравший с уроков школьник, наслаждался девочками у шестов, коньяком и беседой. Будь Марк в другом состоянии, он оценил бы прелесть ситуации, в конце концов, не каждый день выдается пить с начальством в неформальной обстановке. Но он сидел как на иголках.
Марк пристроил девочку, уладил с дежурным администратором вопрос о наличии в номере морского свина, и теперь ему было некуда деться от мыслей о Лане. К нему домой Лана не заходила, ее домашний телефон и мобильник не отвечали, на работе сказали, что она будет завтра. Где она и что с ней? Неведение мучило. К полуночи напряжение стало невыносимым. Марк отвечал невпопад, и коньяк вдруг запах клопами. Должно быть, на нервной почве. Семен тоже несколько скис, видно, мысль о супруге и неотвратимом возвращении в лоно семьи проникла в его мозг и испортила удовольствие. Поэтому, когда Марк поднялся и, сославшись на усталость, двинул к выходу, он с готовностью засеменил следом.
Еще тридцать минут доктор бродил по номеру. Вставал, садился, включал кабельное телевидение (шла милая порнушка). Потом не выдержал: пошел в бар, выпил крепкий кофе, сунул в рот самую противную ментоловую жвачку, разменял деньги — на случай, если попадет на мента, а тот поймет, что клиент выпил, до города они будут его передавать по эстафете, и каждый будет собирать мзду, поэтому до цели жертва сможет доехать только при достаточном количестве наличных.
Но Марку повезло. Он миновал все посты и пробрался в столицу, не потеряв ни копейки. Правда, на этом везение кончилось. Сидя дома и тупо глядя на телефон, он понял, что бесполезен здесь так же, как и в «Березовой роще». Мобильный Ланы был отключен, дома у нее никто не отзывался. Доктор позвонил даже в офис. К его удивлению, ответил совершенно бодрый голос:
— Агентство «Барс» слушает.
— Да? — Марк растерялся. — Очень приятно. Э-э, вы не могли бы позвать Светлану Николаевну, вашего юрисконсульта.
— Она будет завтра.
— Но как же… Послушайте, молодой человек, я в курсе, что у вас там намечается нечто неординарное и…
— Код доступа.
— Простите?
— Назовите код доступа.
— Э-э, не знаю.
— Я не уполномочен давать справки, звоните завтра. — И он повесил трубку.
Ага, значит, есть некий код, и если его знать, то, по-видимому, разговор может быть не столь кратким. Марк опять принялся набирать номер, намереваясь вытрясти данный код из Насти. Но вовремя сообразил, что уже три часа ночи и, пожалуй, девочку лучше не пугать. Посидев некоторое время с телефоном в руках, он понял, что толку от него никакого, и пошел спать. Лег, сотворил короткую молитву за Лану и провалился в сон.
Проснулся в восемь. Час пил кофе, ел, мыл посуду, торчал под душем и изводился. Потом, едва стрелка коснулась девяти, принялся названивать в агентство.
Там ему было заявлено, что Светлана Николаевна в командировке и будет завтра. Вот так. И что делать? Ну что он мог сделать? Самое ужасное — ничего. Уж не знаю, кто там был Настин папа и как давно он исчез с горизонта, но надо было на кого-то злиться, и Марк принялся мысленно поливать этого неизвестного мужика. Какой же надо быть сволочью, чтобы позволить жене заниматься такими делами! Шляется Лана черт знает где. И бог знает с кем. И непонятно, чем это все кончится. Кипя от возмущения, доктор поехал в дом отдыха. По дороге заехал на рынок, купил фруктов. А Пал Палычу — толстенный пучок укропа.
«Березовая роща» встретила его приветливо: белыми стволами тех самых берез, красными черепичными крышами невысоких, трехэтажных корпусов и звонкими детскими криками. А также бдительной охраной. Марк, само собой, забыл в номере пластиковую карточку, которую ему вчера выдал дежурный, и теперь должен был предъявить паспорт и ждать, пока охранник по телефону созванивался с администрацией. Лишь после этого ворота открылись. Дежурный администратор — спортивного вида мужик средних лет — встретил постояльца в дверях, помог донести сумки до номера и ждал, пока Марк искал чертову карточку.
Лишь поводив носом по куску пластика, он расслабился и с улыбкой сказал:
— Ваши уже позавтракали. Настя в игровом центре, а Раиса Самуиловна пошла к врачу. Насколько я понимаю, ничего серьезного, больше для того, чтобы пообщаться. Рекомендую зайти в столовую позавтракать — наш повар исключительно вкусно печет оладушки. Впрочем, если желаете, можно подать завтрак в номер.
Поблагодарив, Марк сказал, что пойдет в столовую. Теперь до него стало доходить, почему пребывание в этом идиллическом местечке стоит таких денег.
От старого санатория остался один корпус в дальнем конце парка. Там жила обслуга. Отдыхающие размещались в нескольких трехэтажных коттеджах, по стилю напоминавших швейцарские шале. Из развлечений были библиотека, кафе, ресторан, стриптиз-бар, игровой центр, баня, тренажерный зал, корты и площадки, озеро с лодочками и велосипедами, конюшня, бизнес-центр с Интернетом и кое-какие медицинские процедуры для желающих поправить здоровье. Сервис был абсолютно ненавязчивым, но при этом стоило пару раз недоуменно оглянуться, как рядом возникал некто, готовый к вашим услугам. Народу тут проживало немного, и потому можно было, при желании, добиться почти полной иллюзии уединения. Мысленно доктор снял шляпу перед тем, кто вложил в это место столько труда. Комнаты уютные и совсем не походят на гостиничные номера в советском понимании этого слова. Его номер на одного, например, состоял из небольшой гостиной, где были диван, кресло, столик и телевизор в некоем подобии небольшой стенки. Там же размещался бар-холодильник. На широком подоконнике стояла ваза с цветами, а на столике — блюдо с румяными яблоками. В спальне имелась весьма просторная кровать, гардероб и трюмо — все светлого дерева и очень неплохого качества. Покрашенные рыхлой краской стены украшали несколько натюрмортов и керамическое панно с цветочками в гостиной. Сантехника в ванной была современной и безупречно чистой.
