Вероятно, более поздние редакторы Библии идеализировали эту ситуацию. Не могло ли произойти так, что не все израильтяне, а лишь все люди колена Ефремова объединились против Вениамина на защиту ефремлянина, с которым так ужасно обошлись?
Если искать историческое подтверждение этому, то можно было бы предположить, что в Книге Иисуса Навина излагаются точные факты, и в период завоевания, а также непосредственно после него израильские племена предпринимали совместные действия. В таком случае не могло ли насилие в Гиве произойти скорее в самом начале периода Судей, хотя рассказ о нем и помещен в конце книги?
Позже, когда началась война с Гивой и союз израильтян поначалу дважды потерпел поражение, сыны Израилевы пришли в дом Божий и обратились к Господу за советом. В этом месте Библия прерывает рассказ, поясняя, что ковчег завета находился в то время там,
Суд., 20: 28. И Финеес, сын Елеазара, сына Ааронова, предстоял перед ним…
Но Елеазер был современником Иисуса Навина, следовательно, события, произошедшие при его жизни, должны были случиться сразу после завоевания Ханаана — когда совместные действия еще, вероятно, оставались частью израильской традиции.
В конце концов, все обернулось против вениамитян. Израильтяне одержали победу, разорили Гиву и опустошили всю землю Вениамина. Почти все его население было истреблено.
Суд., 20: 47. И обратились оставшиеся и убежали… к скале Риммону, шестьсот человек…
«Скала Риммон» иногда отождествляется с пустынной холмистой областью в пяти милях к северу от Гивы. Изо всего колена Вениаминова, как указывает Библия, остались только эти шестьсот человек. Если не счесть это преувеличением и допустить, что рассказ исторически достоверен, то здесь говорится о серьезном и даже гибельном поражении колена Вениаминова. И если все так, то история эта не могла произойти к концу периода Судей, когда народ Вениамина процветал. Ведь именно из колена Вениаминова вскоре был избран царь Израиля. Кроме того, если изображенное в рассказе значительное ослабление Вениамина произошло в ранний период Судей, это могло согласовываться с вторжением моавитян, захвативших и подчинивших себе земли Вениамина, что вызвало противодействие Аода.
Иавис Галаадский
Далее рассказывается, что израильтяне стали сокрушаться об уничтожении колена Вениаминова, вовсе не желая, чтобы оно окончательно погибло. В живых еще оставалось шестьсот вениамитян, и колено еще могло возродиться, но израильтяне поклялись, что не отдадут им своих дочерей в жены. Поэтому стали искать, нет ли какого-либо города, который не участвовал в войне против Вениамина и, следовательно, не давал бы этой клятвы.
Суд., 21: 8. …И оказалось, что из Иависа Галаадского никто не приходил…
Иавис Галаадский, принадлежавший племени Гада, был расположен к востоку от реки Иордан, приблизительно в пятнадцати милях севернее Сокхофа.
Израильтяне послали туда войско и истребили всех жителей города, кроме девушек, которых отдали в жены вениамитянам. Благодаря этому колено Вениамина не исчезло. И опять же, если эти события когда-либо происходили, то они не могли случиться в конце периода Судей, потому что во времена царя Саула, наступившие сразу же после этого периода, Иавис Галаадский был процветающим городом.
Здесь я не могу удержаться от собственной гипотезы: возможно, некий израильский автор в ранний период Царств решил написать то, что сейчас могло бы называться историческим романом, действие которого концентрировалось вокруг события в Гиве. Свое драматическое повествование он, не колеблясь, подогнал под историческую действительность. А затем каким-то образом рассказ этот был воспринят всерьез священниками-редакторами, которые позже собрали в Книге Судей разные племенные предания. Поэтому рассказ этот и был в нее включен, но помещен в конце, ибо другого подходящего места для него не нашлось. Здесь он и остался — загадка, которую ученые-библеисты пытаются разгадать.
8. КНИГА РУФЬ
Книга Руфь * Вифлеем Иудейский * Махлон и Хилеон * Руфь * Давид
Книга Руфь
За Книгой Судей в разных вариантах Библии, которыми пользуются христиане, следует небольшая книга из четырех глав, названная Книгой Руфь по имени ее героини. События этой книги относятся к периоду Судей:
Руфь, 1: 1. Это слупилось в те дни, когда правили судьи…[62]
Можно было бы счесть это еще одним из рассказов об этом времени, дополняющим повествования о войнах Гедеона и Иеффая, подвигах Самсона, переселении колена Дана, преступлении вениамитян. Но почему же тогда Книга Руфь не вошла в Книгу Судей?
Дело в том, что это не просто еще одна из историй о том периоде. Все повествования Книги Судей отличаются кровавой жестокостью и примитивизмом, что характерно для рассказов, основанных на хрониках той жестокой варварской эпохи. Но история Руфь — это очаровательная пасторальная идиллия, будто увиденное издалека прошлое, которое кажется «добрыми старыми временами», простыми, мирными и добрыми, — какими они на самом деле не были.
Короче, Книга Руфь была создана в V в. до н. э., по всей вероятности, после возвращения евреев из плена и приблизительно через семь столетий после описываемых в ней событий. И хотя основные ее тезисы основаны на исторической традиции подробности сюжета, вероятно, вымышлены[63].
Евреи признали это, включив книгу только в третий раздел Ветхого Завета — в Писания. Считалось, что книги этого раздела — скорее литературные, чем исторические произведения.
Однако исторический смысл Книги Руфь настолько важен для христианской системы взглядов, что она была помещена в исторический раздел Библии — на место, соответствующее описанному в ее рассказе времени, сразу же после Книги Судей[64].
Вифлеем Иудейский
История Руфь начинается с рассказа о том, как в период правления Судей в Вифлееме, в земле Иуды, случился голод и семья израильтян ушла из него:
Руфь, 1: 1. …И пошел один человек из Вифлеема Иудейского, со своею женою и двумя сыновьями своими, жить на полях Моавитских.
Вифлеем Иудейский назывался так, чтобы отличать его от Вифлеема Завулонова, находившегося приблизительно в семидесяти пяти милях севернее. Вифлеем Иудейский настолько более известен, чем Вифлеем Завулонов (по причинам, которые вскоре станут ясны), что при любом упоминании просто Вифлеема не возникает сомнений, что речь идет именно о Вифлееме Иудейском.
И действительно, единственное упоминание Библии о Вифлееме Завулонском, похоже, связано с Есевоном, одним из малозначительных судей (девятым по счету), о котором мимоходом говорится в Книге Судей:
Суд., 12: 8. После него [Иеффая] был судьею Израиля Есевон из Вифлеема.
У Вифлеема Иудейского, расположенного приблизительно в шести милях южнее Иерусалима, по-видимому, было более древнее название Ефрафа. Даже во времена Давида жителей Вифлеема могли называть ефрафянами:
1 Цар., 17: 12. Давид же был сын Ефрафянина из Вифлеема Иудина, по имени Иессея…
И автор Руфь следовал этому обычаю, рассказывая о семье, пришедшей в Моав:
Руфь, 1: 2. Имя человека того Елимелех, имя жены его Ное-минь, а имя двух сыновей его Махлон и Хилеон; они были Ефрафяне из Вифлеема Иудейского…
До сих пор Вифлеем упоминался в Библии лишь в связи со всякими несчастьями. Рахиль, родив Вениамина, умерла близ Вифлеема. Даниты, продвигавшиеся к северу, чтобы совершить кровавое нападение на Лаис, увели с собой левита, который пришел на гору Ефремову из Вифлеема Иудейского. Наложница, умершая в Гиве из-за зверского насилия, была родом из Вифлеема Иудейского.
Однако теперь, в связи с семьей Елимелеха, ушедшей за Иродан в Моав, и всеми последующими событиями, Вифлеем начинает приобретать новое, особое значение.
Махлон и Хилеон
В Моаве Елимелех умер, а его сыновья женились на моавитянках:
Руфь, 1: 4–5. Они взяли себе жен из Моавитянок; имя одной Орфа, а имя другой Руфь; и жили там около десяти лет. Но потом и оба… Махлон и Хилеон, умерли…
Так как «Махлон» означает «болезнь», а «Хилеон» — «слабость», «истощение», то такие имена вряд ли могли дать детям. Но оба сына Елимелеха умерли рано, и их имена вполне соответствуют этому. Использование таких «говорящих» имен — характерная черта художественного произведения.
Руфь
