— Рита, — мягко и тепло позвал Шад, и я невольно поджала губы и отвернулась. — Простите. Я… я не сумел…
— Ты меня отговаривал. Ты говорил, что затея дерьмовая, но я тебя не послушала. Брать на себя чужую вину — тоже не выход в такой ситуации, — вздохнула я. — Давить вам на чувство вины я не собиралась. Сделайте вид лучше, что вообще ничего не заметили. И делайте там, что надо, чтобы меня отсюда вызволить.
— Возможно, за одну ночь мы не управимся, — Варша принялась кусать губы и щёлкать пальцами. — Я… я не так умела в подобной магии, это не совсем мой профиль. Прошу прощения.
Словно передо мной опять неуверенная в себе служанка. Почему-то с Шадом она спорила куда яростнее… Точно же, шрам. Видимо, и ей стыдно, и ей кажется, что это по её вине со мной произошла беда.
Но единственный, кто тут виноват — Рюдзин. Мерзкая жаба, болотный гад и садист, пытающийся чего-то добиться. Он лишь делал вид, что работает на Ананту и подчиняется ему. Быть может, сумей я разобраться в истинных целях Рюдзина, легче было бы ему противостоять. Хотя, какой смысл мне об этом думать, если в ближайших планах свалить подальше, в место побезопаснее, и оттуда искать способ найти великого чародея, чтобы вернуться домой?
— Делайте, что нужно и сколько нужно. Ждать не так муторно, когда знаешь, чего ждёшь, — невесело усмехнулась я.
Варша хихикнула в ответ, а Шад вдруг приложил палец к своим губам и глянул в сторону главной двери, которую едва-едва было видно с того ракурса, где располагался тайный ход. Как по команде, в неё тут же что-то с громким глухим ударом врезалось.
Я крепче сжала шпильку, что взяла с собой для самозащиты.
— Закройте ход, госпожа, — скомандовал Шад. — Мы не оставим вас, но…
— Поняла, — коротко кивнула я. — Всё хорошо. Спасибо.
И, едва я успела захлопнуть деревянную панель тайного хода, двери распахнулись и на пороге появился Ананта.
Глава четырнадцатая, в которой заходит речь о странных земных традициях
Сначала он искал у балкона, потом — на кровати, диванчиках, у столика с украшениями. Внутри меня всё сжалось и похолодело, когда взгляд Ананты нашёл меня. Я не стояла рядом с тайным ходом, и всё же оказалась не там, где Властелин Юга ожидал застать свою пленницу. И оттого сделалось жутко.
Он выглядел так, будто только-только покинул купальню — ещё влажные волосы, с которых капала вода, небрежно накинутый на плечи халат и шаровары с несколькими мокрыми пятнами на них. Я была бы поражена его видом и красотой, если бы не ощущение опасности. Если бы не голос, что шептал бежать как можно быстрее и как можно дальше.
— Подойди, — сказал Ананта тем тоном, с которым невозможно спорить. Так говорят те, кто не привыкли ждать чего-то дольше пары секунд, кто всегда получает то, что хочет.
Я не могла сдвинуться. Как бы он ни зыркал на меня, как бы ни пугал, каким бы сильным ни был. Не получалось разобраться, чем же вызвано это чувство… или знание. Знание, что, стоит мне сделать шаг в любую сторону, моих друзей, пытавшихся меня спасти, поймают. Меня раскусят за долю мгновения, насадят на крючок, раздавят, выпотрошат, повесят на стену как ценный трофей…
Верно. Трофей. Пусть Ананта потерял ко мне интерес, не видел во мне пользу, даже хотя бы игрушку, он потерял и возможность обладать. «Так не доставайся же ты никому» — тот принцип, который ему вполне подходил. Это проглядывалось и до того, как он сбросил с себя ласковую маску гостеприимного хозяина. Это чувствовалось в нём с самого начала.
— Живо, — холодно произнёс Ананта. Лучше бы рявкнул, лучше бы зарычал. Но зачем, если он всегда получает то, что хочет?
Если я, так или иначе, буду вынуждена подчиниться.
— Вы мне ничего не сделаете, — вытянувшись в струну, я перехватила шпильку так, чтобы её не было заметно в кулаке. — У вас есть правила. Нерис мне всё рассказал! Вы… вы не можете делать то, что неправильно. А я… я важна для вашего мира…
Тихий смешок, сорвавшийся с его уст, неожиданно дал сил. Я уже совершила ошибку с Рюдзином, и повторяю её сейчас — верх глупости. Но… не сопротивляться вовсе?..
В глубине души теплилась надежда, что Рюдзин не просто так приходил ко мне. Не просто так лишил только пальца, сделав меня в глазах Ананты сломанной, отвратительной, не такой интересной. Рюдзин потратил кучу времени, затащив меня сюда, и он не станет закрывать глаза на то, как кто-то коверкает почти идеальное создание…
Так же он, вроде бы, говорил? Поэтому — только палец. Достаточно, чтобы вызвать отвращение Ананты, и всё же не изуродована чересчур. Всего лишь палец, за что я всё больше чувствовала благодарность, а не злость.
— Важна? — вновь усмехнулся Ананта и подошёл ближе. Я сумела различить его лицо — жёсткое, грубое, заострившееся. Чудилось в нём что-то нечеловеческое, змеиное, и оттого ладонь, сжимавшая шпильку, вспотела и сделалась липкой.
— Важна, — процедила я, не став уточнять, что если и не всему миру, то Рюдзину — точно.
Он мог бы начать всё с начала. Сделать ещё одну марионетку. Придумать что угодно. В конце концов, я — четвёртая попытка. И глупо считать себя особенной, но хотя бы на словах… хоть как-то… чтобы придать себе смелости. Чтобы не превратиться в безвольную тень. Не подчиниться.
— Думаешь, правила работают, когда дело касается тебя? — Ананта наклонился ко мне, с его мокрых волос на моё лицо упало несколько капель, и я не сдержалась — махнула кулаком с зажатой в нём шпилькой, и не надеясь толком ранить.
Так и случилось. Жалкая царапина, но кровь — пролилась. Правда, спустя пару секунд, как только Властелин Юга стёр её, царапина затянулась сама собой. Как в каком-нибудь дешёвом фэнтезийном или нелогичном супергеройском фильме.
— Ты — чужачка, — продолжил тем временем Ананта, сжав мои щёки и легонько встряхнув. — Я могу делать с тобой всё, что пожелаю. А Нерис… Нерис бессилен, потому что ты — на моей территории. Он
