выехала. Его домработница нашла, мертвого. Вроде явных повреждений на теле нет, но ты же понимаешь…
Никита уже мчался по лестнице вниз, перепрыгивая через три ступени.
Глава 6
30 апреля 2021 г. Санкт-Петербург
– Здорово, мужики, ну что у нас тут? – ворвался в квартиру Демченко запыхавшийся Никита.
– Да вот, взгляни, тело еще не унесли, – предложил Сашка Трошин, протягивая Никите руку.
Демченко лежал на кровати, спокойно прикрыв глаза, никаких повреждений на нем и правда видно не было. Был он одет в спортивные брюки и футболку, очевидно, так он ходил по дому. Ходил, ходил, прилег отдохнуть и умер.
– Сердечный приступ, что ли? – с сомнением поинтересовался Никита.
– Можно было бы предположить, если бы не одно «но», – загадочно проговорил Сашка и повел Никиту в кабинет. – Похоже, Демченко вырубили, чтобы беспрепятственно пошарить в его квартире.
– Ух ты, как сейф поклацали, – присвистнул Никита. – Да, действовал явно любитель.
– Да, причем недалекий. Надо было, прежде чем Демченко вырубать, выяснить у него код сейфа. Сплошное дилетантство, – с наигранным разочарованием проговорил Сашка.
– А отпечатки дилетант оставил?
– Жуков вроде насобирал что-то по квартире, но еще надо разобраться, где чьи отпечатки, так что жди.
– Ну а сейф открыть пробовали? – осматривая поцарапанную, но все еще запертую дверцу, спросил Никита.
– Разумеется. Не смогли. Ждем специалиста. Славка связался с фирмой, которая сейфы продает, обещали кого-то прислать. Ждем. Кстати, на кухне домработница сидит, она тело нашла. Хочешь побеседовать?
На кухне сидела, поджав под стул ноги, испуганная женщина лет пятидесяти, с простым, открытым лицом, в синем рабочем костюме, и крепко держалась руками за швабру.
– Добрый день, – присаживаясь напротив, улыбнулся Никита. Домработницу он не подозревал и хотел тетку расслабить, чтобы зубами от страха не стучала. – Скажите, вы давно у Демченко работаете?
– Года три. Я в этом комплексе уборщицей работаю, а заодно у некоторых жильцов подхалтуриваю. Очень удобно. Все в одном месте, – еще крепче сжимая швабру, пояснила домработница. – Меня Анна Васильевна зовут, фамилия Фомина. Меня все знают, и охрана, и администрация, и жильцы, и жалоб на меня никогда не было. Только благодарности. Я тут с самой постройки дома работаю.
– Не сомневаюсь в вашей порядочности и компетентности. А Демченко вы хорошо знали?
– Олега Андреевича? Нет. Мы даже виделись редко. Я днем убираю, когда жильцы на работе, им так удобнее, и мне тоже. Мы с ним два раза в месяц виделись в дни расчета, и все. Если ему что-то надо, он обычно по телефону звонил, – старательно объясняла Анна Васильевна.
– А что надо?
– Ну, там, может, белье поменять или вещи из химчистки разобрать. Или холодильник помыть, да мало ли? Но это бывало редко.
– И как часто вы у него убирали?
– Три раза в неделю. Он же холостяк, у него грязи мало и беспорядка нет, аккуратный был человек, не то что иногда бывает, в квартиру войти противно. С вечера вечеринку устроят, назовут девиц, приятелей, входишь в квартиру, по полу ступать противно. А уж что только я из диванов и кроватей не вынимала! По две пары перчаток надевать приходится, – брезгливо поморщилась Анна Васильевна.
– А у Демченко такого, значит, не бывало? – уточнил Никита.
– Нет. Приличный был человек, да и возраст, не мальчик уже.
– Ясно. Ну а гости у него бывали? Может, женщины?
– Не знаю. Может, и бывали, но следов их присутствия я не находила. Чашки, испачканные помадой, или вещи забытые, или еще что. Может, Олег Андреевич сам за ними прибирал, не знаю. Посуду он сам всегда в посудомойку загружал, белье в стирку обычно тоже. Я только постельное стирала, может, еще полотенца. Аккуратист был. Так что насчет женщин не скажу. А вы знаете что, вы по камерам наблюдения проверьте. У нас же тут везде камеры понатыканы. И в подъезде, и на каждом этаже, а некоторые и в квартирах ставят, чтобы за прислугой следить, – неожиданно подсказала Анна Васильевна. – Может, и у Олега были.
«Вот бы они были!» – оживился Никита.
– Никита, там человек из фирмы приехал, по сейфам. Идем?
Сейф был открыт быстро, без проволочек, в нем обнаружились некоторая сумма денег, документы на квартиру, загородный дом и небольшая шкатулочка, обтянутая черным потертым бархатом, в которой обнаружился пропавший камень Овечкина.
– Ну вот и твой камешек! – радостно воскликнул Сашка. – Нашелся.
– Да я и так сегодня установил, что это Демченко поддельный камень заказывал у ювелира. Он мне живым был нужен, а тут такое, – зло заметил Никита. – Прям кто-то вовремя подсуетился.
– А может, и так, – почесал макушку Саня.
– Домработница говорит, в этом доме хозяева квартир часто камеры ставят, чтобы за прислугой следить, вы не проверяли, у Демченко такие стоят? – мрачно поинтересовался Никита, захлопывая шкатулку.
Увы, в квартире Демченко камер наблюдения не было. Но они были на этаже, и в холле, и в подземном паркинге. Записи на них были целехоньки, и, просмотрев записи за последние сутки, Никита с коллегами без труда вычислили убийцу.
На этом приятные открытия закончились.
Убийца был среднего роста, худощавый, одет в черную куртку с капюшоном, черные спортивные брюки, черные кроссовки. На территорию комплекса проник через автоматически открывшиеся ворота вслед за въехавшей машиной одного из жильцов, проник в подземный паркинг, оттуда на лифте поднялся на этаж. Позвонил в звонок, Демченко открыл, убийца вошел. Что было дальше, пока не ясно, но Жуков скоро объяснит, как умер Демченко и от чего, ну уж точно не от сердечного приступа.
В любом случае Демченко открыл дверь убийце сам. Значит, был с ним знаком. Круг сужается.
– Слушай, а как этот тип до дома Демченко добрался? Не пробовал выяснить? Может, там вокруг дома камеры наблюдения есть? Проверил бы, – щелкая клавишами компа, посоветовал Митька Крупенин, слушая раздраженный рассказ Никиты о несвоевременном убийстве Демченко.
– Мысль. Тебя, Митька, повысить надо, засиделся ты в операх, надо тебя в начальники отдела, что ли, произвести или хоть звание повысить, – щедро похвалил коллегу Никита.
– Дождешься от начальства. Но ты лично можешь пивом угостить, разумеется, после работы.
«Интересная складывается картина вокруг убийства Овечкина», – размышлял Никита, сидя вечером один в кабинете.
Очень хотелось подумать в спокойной обстановке, а дома любимая жена подумать точно не даст, будет зудеть про всякую фигню, про стиралку, которая скачет во время отжима, что ей надоело вручную посуду мыть, про подружку Жанну, которой муж машину купил, или еще что-нибудь придумает. Поэтому домой Никита не торопился, а сидел в кабинете и
