Щеглом? Да неужели они не понимают, что это в принципе невозможно? Быть с ним навеки связанной таким преступлением? Ну уж нет! Поищите дуру! Да и вообще, как бы им потоньше намекнуть на то, что Щегол убил Володю, но так, чтобы они опять не стали подозревать ее в соучастии? Господи, как хорошо, что она сразу же не проговорилась, а то сидела бы уже в СИЗО, или куда они сажают подозреваемых. И зачем она только созналась, что Олег ее шантажировал, молчала бы, дура, в тряпочку, мало ли, что Щегол им наболтал?
Садясь в машину, Лера испытывала предательскую слабость, руки мелко дрожали, голова болела, давление было на нуле. Как ей хотелось повернуть время вспять. Чтобы Володя был жив, она бы сейчас ехала домой, к нему, он бы суетился вокруг нее, хлопотал, требовал, чтобы Галя немедленно заварила чай с жасмином, принесла плед, пирожные, лед, вызвала врача, Лера бы капризничала, требовала оставить ее в покое…
Ах, какое это было счастливое время, а через неделю они бы улетели в Мюнхен, а потом в Стокгольм, а потом к себе во Францию. И все было бы хорошо.
По щекам Леры потекли слезы. Ей было пронзительно жаль себя, ей хотелось, чтобы все это поскорее закончилось, закончилось хорошо и навсегда.
– Что думаете, Никита Сергеевич? – поинтересовался у Никиты следователь Дроздов, когда вдова покойного тенора покинула кабинет.
– Не знаю. Вроде все ясно как белый день, а с другой стороны…
– Что вас смущает?
– Участие вдовы в убийстве Демченко, а может быть, и собственного мужа, – потер нос Никита.
– Причин для убийства мужа у нее не было, вы сами говорили.
– Да, но это было до того, то есть до убийства Демченко и до появления Щеглова, – неуверенно проговорил Никита.
– Ну что ж, давай разберем все факты, вами, кстати, собранные, – с улыбкой проговорил Дроздов. – Итак. Домработница Овечкиных показала, что видела Щеглова неоднократно перед домом, что он искал встречи с Овечкиной сразу же после смерти ее мужа.
– Убийства, – поправил Никита.
– Хорошо, убийства. Овечкина его не видела, встречаться отказывалась и понятия не имела, кто это, очевидно, до тех пор, пока домработница не передала ей записку. Этот факт подтверждают и Щеглов, и Овечкина. Далее проникновение Щеглова на территорию загородного поселка, факт наличия дыры в заборе подтвержден.
– Да.
– Несколько соседей вспомнили Щеглова, и двое даже считают, что видели его в поселке еще до смерти Овечкина, – листал страницы дела Дроздов.
– Точно.
– Слушай, а что, если мы вообще не по тому пути пошли?
– То есть?
– Ну вот смотри. Демченко недолюбливал жену Овечкина, по ее словам и свидетельству продюсера. Накопал на нее компромат. Какой? Он узнал, что до брака с Овечкиным она работала так называемой веб-моделью, – рассуждал Дроздов.
– Ну.
– А когда она этим занималась?
– Когда жила со Щегловым.
– Вот! А скажите мне, пожалуйста, на этих сайтах кто-то регистрируется под собственным именем?
– Нет. Все выбирают себе ник.
– Вот именно! Спустя столько лет Демченко каким-то образом разыскал видео с Овечкиной, вряд ли оно попалось ему на глаза случайно. Это ведь еще надо было догадаться, что приличная женщина, жена известного человека, могла заниматься подобным ремеслом. Мне кажется, логичнее предположить, что Демченко разыскал Щеглова, об их отношениях наверняка знали многие, бывшие сокурсники Овечкиной, ее подруги. Щеглов как раз освободился, ему нужны были деньги, и он с охотой поделился с Демченко компроматом на Овечкину, а заодно согласился подменить камень и убить Овечкина.
– Логично. Но потом он встретился с Овечкиной и сообразил, что на правах старого друга и любовника сам может все получить, включая камень, – согласно кивнул Никита.
– Ну да. Овечкина, по собственному признанию, соглашалась с обоими, обнадеживала и тянула время, – поддержал его Дроздов.
– Ну да, а Щеглов решил, что дело в шляпе, и осталось только избавиться от конкурента и свидетеля его преступления. Никто его знакомство с Демченко подтвердить не мог, связи между ними не просматривалось, и он решил все по-тихому обстряпать.
– Не учел только наличия видеокамер на улицах и с «Делимобилем» напортачил! – самодовольно заключил Дроздов.
– Вот это меня и смущает, – скис Никита. – Не похож Щеглов на идиота. Зачем ему понадобилось с машиной светиться? Уж лучше бы угнал.
– А если он не умеет? На общественном транспорте ехать? В такси? Нет, не так уж он и сглупил. Встал далеко от дома Демченко, в темном переулке, к дому подошел пешком. Если бы не видеокамеры, сообразили бы мы «Делимобили» проверить?
– Пожалуй, нет, – согласился Никита. – И все же как-то все легко и просто.
– Вам, Никита Сергеевич, не угодишь. Трудно – плохо, и легко – нехорошо. А что же вас устроит, капризный вы мой? – язвительно спросил Дроздов.
– Не знаю. Доказательств маловато. Свидетелей бы найти.
– Вот и ищите, это по вашей части, – напутствовал его Дроздов, поднимаясь из кресла.
И Никита пошел искать. Потому что все в их рассуждениях с Дроздовым было верно, а вот фактов было маловато, и Щеглов никак сознаваться в содеянном не желал.
Факт знакомства Щеглова с Демченко установить пока не удавалось. Если визит Овечкиной к Щеглову припомнила соседка последнего, видела в глазок, то Демченко никто из соседей не вспомнил. Это, конечно, нельзя было рассматривать как доказательство, его могли забыть, не заметить, они со Щегловым могли встретиться на нейтральной территории. В кафе, на улице, еще где-то. Так даже логичнее, если предположить, что Демченко планировал шантаж и убийство Овечкина.
Хотя прежде чем вовлекать Щеглова в это дело, Демченко должен был с ним познакомиться, прощупать его… Но, допустим, он такой осторожный, что сразу решил не светиться рядом со Щегловым. Шантаж тоже уголовно наказуем. Но дело в том, что и Щеглова никто возле дома Демченко не видел. Ни охранники, ни соседи. И что же? Щеглов, ни разу не бывавший у Демченко дома, вот так сразу, без подготовки, попер к нему в квартиру с целью убийства? Или сперва незаметно следил за ним?
Сложным план Щеглова не назовешь. Проник в дом Демченко незамеченным, поднялся на этаж, позвонил в дверь, Демченко открыл. А дальше дождался подходящего момента, засандалил ему дозу в предплечье, подождал, пока тому поплохеет, принялся искать камень. Камень оказался запертым в сейфе. Щеглов не медвежатник, открыть не смог, шифра не нашел. А допросить Демченко уже не смог, тот откинулся. А может, Щеглов не рассчитал с дозой? Хотел сперва побеседовать с ним, а тот помер раньше времени, и пришлось Щеглову уходить ни с чем. А с другой стороны, он, наверное, рассудил так, что камень вернут вдове, а вдова вскорости станет его законной супругой, значит, и камень перейдет
