Что будет, Нерканн слушать не пожелал. Сейчас жуки его не интересовали, зато, будучи большим любителем воздушных боев с истинными мышами, он обратил внимание на ракиту, над которой кружили три нахала.
Через полчаса Нерк уже рассказывал Тимуру об увиденном. Командира весьма огорчил тот факт, что всадница бесследно исчезла. Вампир продолжал:
– Еще в нашу сторону движется вооруженный отряд.
– Да? Сколько их, как экипированы?
– Как две капли похожи на нас, и их шестеро, – ответил Нерк и, усмехнувшись, добавил: – Впрочем, все проходимцы одеваются одинаково.
Тимур согласно кивнул.
– А покажи на карте, где они сейчас, – попросил он.
Нерк ткнул изящным пальцем, на котором красовался фамильный перстень, в карту.
– Вот, со стороны Выхиной топи.
Тимур обрадовался:
– Это наши. – Но тут же озадаченно добавил: – Далековато они, конечно. Ждать еще минимум два часа… Послушай, Нерканн! – посмотрел он на вампира. – А если ты перехватишь отряд и встретимся мы тогда не в Вабилах, а вот здесь?
Оба склонились над картой.
– А мне удастся убедить твоих людей изменить маршрут? – с сомнением спросил Нерк.
– Конечно нет! – рассмеялся Тимур. – Поэтому я дам тебе письменный приказ, и помимо этого, когда пожмешь старшему руку, сделаешь вот так. – Он показал Нерку условный нажим пальца.
– Посмотри внимательно на моих ребят из основного отряда. Тебе могут задать вопросы, и будет лучше, если ты на них ответишь.
– Ладно, – ухмыльнулся Нерк. – Если я когда-нибудь попаду в плен, то не буду рассказывать о твоих условных сигналах.
Он не мог удержаться от ядовитых замечаний.
– Не беспокойся, пой что хочешь. Эти сигналы довольно кратковременны, – парировал Тимур.
Нерканн опять преобразился и полетел в сторону Выхиной топи. Он все-таки не удержался и сделал маленький крюк в сторону ракиты. Со злобным писком к нему ринулась разгневанная мышь и тут же заверещала, получив хлесткий удар по чувствительным ушам. На душе у Нерка полегчало, и он поспешил на встречу с отвлекающим отрядом.
* * *
Всадница и впрямь все это время находилась поблизости. Она лежала на холодной могильной плите древнего кладбища и слушала звуки, которые резонировали в твердый гранитный пласт. Она умела ждать. Отряд разделился, вот что она поняла. Если бы не случай, она бы попалась на эту хитрость, но сейчас в ее руках был козырь. Грех упускать такую возможность. Впрочем, остались другие вопросы, и всадница решила кое-что разузнать, тем более было у кого...
Она вошла в харчевню сразу после того, как отряд покинул деревню.
Огней в зале поубавилось. Менестрель с аппетитом обгладывал бараньи ребрышки. Сама хозяйка заведения холщовой тряпкой протирала барную стойку. Девушка направилась прямо к ней.
– Здравствуй, Тисса! – обратилась она к женщине, у которой при упоминании этого забытого имени приподнялась бровь.
– И тебе того же, – ответила хозяйка, не отрываясь от своей работы. – А ты кто будешь?
– Я – Лина! – назвалась девушка.
– Никогда не слыхала о тебе, – равнодушно ответила трактирщица.
– Зато я о тебе много знаю. – Лина не собиралась отдавать инициативу.
Тисса наконец-то подняла на нее черные жгучие глаза, в которых скакали озорные чертики:
– Молодая еще – знать много.
Лина поняла, что в словесной перепалке ей не одолеть эту особу, да и не бороться она пришла, а за помощью.
– Тисса, – она схватила хозяйку за широкое запястье, стараясь отвлечь ее внимание от натирания стойки, – ты должна мне рассказать о твоих недавних гостях.
Тисса с ухмылкой взглянула на белую руку девушки и, без усилия стряхнув ее, продолжила свое занятие.
– Должна рассказать? – проворчала она. – С чего ты взяла, что я тебе что-то должна?
Лина совсем потеряла терпение.
– Иначе я расскажу… – Она сделала многозначительную паузу. – О твоем прошлом.
– О прошлом… – Тисса мечтательно прикрыла глаза.
Ее воспоминания были столь сильны, что огонь в камине дрогнул и по стенам харчевни побежали трепещущие тени, похожие на морские волны. Когда Тисса открыла глаза, в них горел огонь, яростный и непокорный:
– Мало ли какие ошибки совершают девчонки в юности, что толку вспоминать о них к старости! Валяй, трави свои байки! Если они окажутся интересными и привлекут посетителей, я готова давать тебе бесплатный обед. – Она с презрением оглядела девушку и с довольным хохотом добавила: – Тем более что при такой комплекции ты меня не объешь!
Лина ничего не смогла ей ответить. Она почувствовала, как ей в живот уперлось что-то холодное, которое вдруг резко стало горячим, и обжигающая струйка потянулась вниз. Это Тисса через щели грубой барной стойки уперла ей в живот здоровенный тесак и нанесла предупреждающий порез. Такого вероломства Лина не ожидала. А Тисса в тот же момент заорала:
– И слушай, милая! Не вертись на кухне! Тут самое опасное место для таких девчонок! Обрежешься или ошпаришься! Несчастных случаев было – не перечесть!
Менестрель, суховатый человек с добрыми серыми глазами, оказался за спиной Лины, и его посох выглядел далеко не безобидно. Повар у котла тоже приподнял голову, и его единственный уцелевший глаз вперился в посетительницу, как клещ.
Лина почувствовала, что еще мгновение – и ей не удастся уйти из харчевни. Она резко развернулась и, отпрыгнув от менестреля, выскочила на улицу, громко хлопнув дверью.
– Что скажешь, Тисса, пора сниматься с якоря? – спросил хозяйку менестрель.
– Брось, Арго, с чего бы? – улыбнулась Тисса. – Кто поверит в старые сказки.
Менестрель обогнул стойку и приобнял хозяйку за широкую талию.
– А какой тонюсенькой ты была девчонкой! – Арго смотрел на нее с восхищением и любовью.
Тисса засмеялась, всколыхнувшись огромной грудью:
– Была, Арго?
– Ты мне любой нравишься, Тисса! – Он обнял ее еще крепче.
– Этот парень всегда знал, чем меня утешить, – расхохоталась хозяйка, обращаясь к одноглазому повару.
– А что, Джек, доставай бутылочку! Посидим, вспомним славное время.
Джек радостно ощерился и закивал головой. Ответить бедняга не мог – в давние времена кто-то вырвал ему язык. Не потому, что парень был болтлив, а потому, что умел держать его за зубами, вот и лишили старину Джека и того, и другого.
Арго задвинул засов, и харчевня закрылась до утра. Весело струился дымок над крышей, и доносились куплеты каких-то незнакомых разудалых песен.
* * *
Теперь Тимур уже не маскировал отряд и не заметал следы. Они передвигались довольно быстро, поскольку использовали наезженные дороги, а не продирались сквозь чащобу. Тимур принял решение сделать ставку на скорость передвижения, а не на скрытность. Он не особо доверял магической системе защиты, полагая, что искусство военных операций прежде всего заключено в маневре. И если эффект неожиданности был под вопросом, оставался единственный козырь – скорость. Отдых был сведен до минимума. Чтобы поддерживать отряд в боевой готовности, Тимур разрешил дремать в седлах посменно на марше, передавая поводья бодрствующим. Наконец пришло время дать отдых лошадям. Тимур приказал всадникам спешиться. Осмотрев коней, он пришел к выводу, что в следующем населенном пункте их надо менять.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
