тебя просил? Она моя дочь!
– Сандей, ты неправильно поняла, но это моя вина. Считай, что я ничего тебе не говорила. Прости.
– К черту твои извинения! Мне жаль, что ты была слишком занята, разъезжая по всему свету в бизнес-классе, чтобы завести собственного ребенка, но, будь любезна, не лезь в мою жизнь.
Раздраженная и придавленная чувством вины, Франческа вышла из палаты. К ней, прихрамывая, приблизился солидный мужчина лет шестидесяти в темном костюме:
– Адвокат Кавальканте, могу я украсть у вас пять минут?
– Вы насчет моей племянницы? – спросила Франческа, непроизвольно понизив голос. Она не хотела еще одной истерики со стороны невестки.
– Нет-нет, прошу прощения, если вы неправильно поняли. Я желаю вам всего наилучшего. Моя фамилия Бенедетти, я руководитель частного охранного агентства «Цапля» в Милане. – Он показал ей удостоверение, выполненное по образцу ФБР.
Франческа насторожилась, вспомнив, что Джерри предупреждал о людях, которые хотели угнать с кладбища фургон.
– Вы дожидались меня здесь весь вечер?
– Нет, сначала я заехал к вам в контору, затем домой. Этот визит в больницу был последней попыткой встретиться с вами, и при неудаче я сделал бы еще один круг.
– Рада, что избавила вас от лишних хлопот. – Франческа не верила ни единому слову.
– Могу я проводить вас к машине?
«Черта с два я с тобой пойду», – подумала она.
– Давайте пройдем в приемный покой. Итак, о чем речь?
– О господине Гершоме Перетце.
Франческа села на один из неудобных стульчиков, привинченных к полу:
– Говорите.
– Вы его знаете?
– Я вас слушаю.
Бенедетти улыбнулся, показывая белоснежные вставные зубы:
– Адвокаты всегда остаются адвокатами. Несколько часов назад на мужчину, возвращавшегося домой с работы, напали и избили. У него несколько переломов. Это случилось в провинции Бергамо. Описание нападавшего, предоставленное потерпевшим, совпадает с приметами гражданина Израиля, прибывшего в нашу страну четыре дня назад.
– Простите, но разве разведслужба сменила название? Откуда вам это известно?
– Мы не ночные сторожа, госпожа адвокат. Мотоциклист предоставил описание, и мы его проверили. Кроме того, он упомянул, что незадолго до нападения видел вас вместе.
– Но что спровоцировало это нападение?
– Судя по поведению господина Перетца, он был убежден, что за ним следят. Не удивлюсь, если у него проблемы с головой. Как бы то ни было, мы хотим лишь встретиться с ним и прояснить ситуацию.
– Господин Бенедетти, я не знаю, как вам помочь. А сейчас мне пора.
– Значит, вы его не знаете?
– До свидания.
Бенедетти достал из кармана распечатанную фотографию и показал ей:
– Возможно, он представился другим именем.
На сей раз Франческа с трудом сохранила бесстрастное выражение лица.
– Это Перетц?
– Да.
Франческа глубоко вздохнула:
– Нет, я его не знаю.
И это было правдой. Она никогда раньше не видела мужчину на фотографии.
41
Джерри вернулся в «убежище». Позаботившись о собаках и проверив состояние Заина, он взял один из своих одноразовых мобильников, сел в ветхую, выцветшую на солнце качалку во дворе и позвонил Старику.
– Ты и впрямь приехал, – прохрипел тот.
– Скажи мне, что я не сотворил глупость.
– Ты не сотворил глупость. Сделай одолжение, перейди к конкретике.
– Мы оказались правы насчет Конки. Окунь действительно родом из этой деревни, но мне пока не удалось подобраться к нему достаточно близко. И мне на хвост сели какие-то наемники.
– Что за наемники?
– Охранное агентство, которое по каким-то причинам его покрывает. Это непредвиденное осложнение, отныне мне придется импровизировать.
Джерри услышал, как Старик закурил сигарету.
– Я слежу за новостями, Джерри. Я читал о Нитти и остальных.
– Чего ты от меня ждал, Старик? Я ведь не детектив.
– Знаю. Ты монстр.
Бивак. Наши дни
42
Амала увидела, как тюрьму окрасил рассвет. Впервые с тех пор, как ее похитили, она не разрабатывала планы побега и невозможной мести. Она обессилела – не от мучительной раны на спине и не от боли и отека из-за осиного укуса, которые ослабли за ночь, а от пережитого предательства. Сначала Амала видела в стоке путь к бегству, затем – способ связаться с товарищем по несчастью, и в мгновение ока все надежды рухнули.
Дверь спа скрипнула, и через несколько секунд появился Орест с обычным подносом с завтраком. На этот раз рядом с латте лежала целая пачка печенья «Орео».
– Кажется, твое лицо выглядит лучше.
Она взяла латте.
– Более-менее.
Кофе был едва теплым и без пены, но годился под печенье.
– Нравятся?
– Это мои любимые. – Амала поймала себя на том, что чуть не улыбнулась. Она притворяется довольной или начинает привыкать к ситуации? То, что ей приходилось притворяться перед Орестом, чтобы не вызвать подозрений, еще больше все запутывало и усложняло. – И все-таки я предпочитаю есть их у себя дома.
– Хочешь вечером колы или фанты?
– Предпочитаю джин-тоник.
– Не шути так. Ты еще маленькая.
Амала оперлась на локоть, чтобы получше его видеть.
– Ну и что? Все равно я не доживу до совершеннолетия.
– Не капризничай.
– Скольким девушкам ты это говорил?
– Ни одной.
Так кто же ненавидит меня по ту сторону стены, чертов мерзавец?
– Ты никогда не сажал на привязь других девушек или парней?
– Нет. Ты единственная.
– Что ты имеешь в виду?
– Я с первого взгляда понял, что ты – та самая. – Орест бросил на нее взгляд поверх маски, и Амала поняла, что лучше помолчать. – Вечером устроим барбекю, – добавил он.
– Что, прямо здесь?
– Вентиляционные отверстия – отличные дымоходы. Туда, где ты спишь, не дойдет запах.
– А без этого никак?
– Люблю беседовать у огня. Кроме того, сегодняшний вечер будет особенным. Ну что, кола или фанта?
43
Без четверти семь утра мобильник Самуэле, лежащий на краю татами, завибрировал. По WhatsApp звонил Моше из Иерусалима, его бывший одноклассник и хороший друг, который недавно переехал на землю отцов. Самуэле откашлялся, чтобы прочистить горло.
– Кого я слышу!
– Я тебя разбудил? – спросил Моше.
– Нет, я давно встал. – Если ему звонили ни свет ни заря, Самуэле всегда притворялся, что не спал, поскольку, когда он объяснял, что много работает по ночам и поздно встает, люди, похоже, ему не верили. – Подожди, пока я выйду, а то Альфредо спит. Или прикидывается.
– Я не прикидываюсь, – пробормотал его бойфренд, засунув голову под подушку. – Кончай шуметь.
Самуэле поцеловал его в макушку и вышел в столовую, где открыл ноутбук и банку «нутеллы». Затем зачерпнул пасту ложкой.
– Ну что, разузнал что-нибудь о моем иероглифе?
– К твоему сведению, это не иероглиф, а обыкновенный серийный номер. Он был на ухе у собаки?
– Точно. Я оказываю услугу начальству.
– А
