этом не стоило. Искать меня не перестали: мятежники, судя по заметкам в газетах и слухам, набирали силу, и странная, зловещая клятва все еще связывала наши жизни с жизнями троих неизвестных людей.
Окончательно забыться и заиграться не давали сны. Они стали приходить чаще: все тот же калейдоскоп из обрывков воспоминаний Матильды. Теперь они повторялись, стоило только закрыть глаза. Назойливо, даже навязчиво. Снова и снова. Порой я просыпалась с головной болью – так все мелькало.
А вот о родных я вспоминала реже. Ощущение постоянной вины перед ними уступило место легким уколам, когда на глаза мне попадалось объявление о розыске с моей карточкой. Ледяная иголочка вонзалась в сердце, и дыхание на миг замирало. Но мгновение проходило, острие истаивало, и сердце снова стучало, как ему и положено.
Еще одной занозой в мягкой лапе безмятежной жизни неожиданно стал тот самый Орден Магии, о котором говорили в таверне приятели Диксона. Из очередного сборища агрессивных фанатиков, каким он представлялся ранее, Орден неожиданно превратился в сплоченную организацию, способную осложнять работу Магконтроля. То тут, то там перешептывались о нападении на очередного чиновника или о том, что «раскрыта небольшая ячейка Ордена, а возглавлял ее кто бы вы думали, мэтр такой-то, не последний человек в обществе и вообще не маг». Я нервничала, нисколько не сомневаясь, что именно об этих самых заговорщиках и говорил мне Лестер. Разумеется, я собиралась держаться от них подальше. Знать бы только, от кого именно. Однажды я даже у миста Муна поинтересовалась:
– Как вы думаете, кто стоит за Орденом Магии?
Законник нехотя оторвал свой взгляд от очередного договора и недовольно посмотрел на меня.
– Тщеславные идиоты, – без промедления ответил он, – считающие, что закон писан не для них.
– Ну, они считают, что спасают магию, – пожала я плечами.
– От кого? – ехидно спросил мист Мун, и когда я не смогла ответить, тут же сменил тему. – Ну-ка, мисси Язык-без-костей, кончай болтать разные глупости и сделай-ка мне еще отвара.
А чтобы я и впредь не отвлекалась на подобные темы, мой начальник так завалил меня работой, что к вечеру у меня осталось только одно желание: добраться до дома и сразу лечь спать. Я успела пройти пару кварталов, когда внезапно чья-то рука жестко схватила меня чуть выше локтя, в спину не сильно, но ощутимо ткнулось что-то острое, и сиплый мужской голос прошептал на ухо:
– Тихо! Не дергайтесь, мы с вами просто гуляем, не так ли, мистресс Дженкинс?
Глава 20
Мысль о том, что это грабители, пронеслась молнией в голове, и только потом я пришла в настоящий ужас: откуда он знает мое настоящее имя? Ни в коем случае нельзя признаваться. Кем бы он ни был, он не может знать наверняка, что я – это я.
Я осторожно и очень медленно повернула голову, чтобы взглянуть на своего похитителя. Этот хмурый тип с торчащими из-под кепки рыжеватыми волосами, прячущий нижнюю половину лица за высоким воротником пальто, не был мне знаком. От него несло дешевым одеколоном.
– Джонсон. Меня зовут мисси Марта Джонсон, – дрожащим голосом проговорила я.
– Хорошая попытка, мистресс, но меня вам не провести, – ухмыльнулся тип, – думаете, навесили иллюзию, и вас никто не узнает?
– Источник, какая иллюзия? – залепетала я как можно более жалким голосом. – Я ничего не понимаю. Зачем я вам? Куда вы меня ведете?
Последние два вопроса интересовали меня все больше. Сейчас мы, не торопясь, шли по неосвещенной стороне тихой улочки, посмотришь со стороны – ни дать ни взять воркующая парочка голубков. Но конечный пункт нашей прогулки оставался для меня загадкой. Меня начало мутить при мысли, что сейчас он затащит меня в подворотню и там прирежет. Или запихнет в магикар, где его ждет сообщник, и поминай как звали. Я пыталась успокоить себя мыслью о том, что кем бы ни был этот пугающий человек, заговорщиком или охотником за вознаграждением, моя смерть ему не выгодна.
Мы шли уже довольно долго, и в ответ на все мои попытки хоть что-то выяснить я слышала тихое шиканье. Я с удивлением начала подмечать, что мой конвоир постоянно оглядывается и смотрит по сторонам. Складывалось впечатление, что он или кого-то ждет, или попросту тянет время.
– Ладно, дамочка, – просипел он наконец. – Сегодняшняя наша встреча подошла к концу. Не рекомендую пускаться в бега, у нас длинные руки. Наши агенты свяжутся с вами, когда вы нам понадобитесь.
Вот теперь я точно ничегошеньки не понимала. Особенно если учесть, что сейчас мы стояли неподалеку от той улицы, где находилась контора миста Муна, только подошли с другой стороны. То есть этот «агент» просто так прогулялся со мной безо всякой цели?
– До скорой встречи, – произнес он и шагнул в темноту.
Упрашивать меня было ни к чему: я развернулась и поспешила убраться отсюда, пока он не передумал. Но не успела пройти и пары шагов, когда услышала позади гулкий удар, какую-то возню и приглушенное «да чтоб тебя». Голос оказался до боли знакомым.
– Диксон! – холодная ярость так и звенела в моем голосе. Сейчас мне было все равно, услышит меня кто-то чужой или нет.
Возня сразу же стала более отчаянной. Я медленно повернулась и неспешным шагом направилась к своему похитителю, предусмотрительно перешагнув гнутый металлический столбик, ставший причиной его внезапного кульбита.
– Демонова кочерыжка! Заканчивай этот балаган!
Горе-агент, успевший принять вертикальное положение, оглянулся, сделал размашистый пасс рукой, явив, наконец, свой истинный образ, и потер ушибленное колено. Раскаяния на его лице я не обнаружила.
– Воробушек, давай-ка полегче, – начал он, морщась от боли. – Пожалуй, эксперимент можно считать неудавшимся.
– Эксперимент? – взвизгнула я.
Огромное облегчение и злость переплелись и совсем запутались. Моя благородная ярость оказалась банальной истерикой. Но я уже ничего не могла с собой поделать.
– Совсем с ума сошел? Чтоб тебя демоны в Бездну утащили да уронили пару раз на больное место. Ты хоть представляешь, что я пережила?! Да я уже почти с жизнью попрощалась! Идиот! – к концу тирады я перешла от криков к шипению, но одних слов мне было мало, и я фурией бросилась к этому негодяю, желая встряхнуть так, чтобы зубы клацнули. Но сил не хватило. Я дернула его за воротник пальто разок-другой и чуть не разревелась.
– Идиот, идиот. Согласен, – Диксон крепко обнял меня и прижал к себе, чтобы погасить истерику. – Но сама посуди: как еще найти человека, о котором знаешь только одно – то, что он готов тебя оберегать? Я попытался изобразить, что ты в опасности. И ждал, что тебя будут спасать.
Я протестующе
