Читаем без скачивания Домик с крокодилами - Ольга Степнова

– Гроб? – всхлипнула Ирма Андреевна и послушно выпила ром, чтобы повысить градус в крови.

– Да, курица, да! Мне выдали цинковый ящик и заявили, что в нём мой сынку. Я этот ящик со всеми почестями похоронил, но поминки запретил делать, потому что верил – мой Глеб живой. Так что утри сопли и жди, объявится твой пацан – грязный, голодный, с водорослями в ушах, но целый и невредимый.

– Дело дед говорит, – кивнула Мария. – Он вообще, кто?

– Царь, – всхлипнула Ирма. – Он самый настоящий царь! Они все тут цари и царевны.

– Ну, раз царь, значит умный, – резюмировала Мария и заглянула в духовку, чтобы проверить пирог.

– Вернётся мой Прошка, – прошептала Ирма, рукой утирая мокрое от слёз лицо. – Вернётся… Нужно распорядиться, чтобы все больницы и приюты прозвонили.

– Утоп твой Прохор, утоп! – со зловещим свистом прошипел Никас.

Каюсь, я не сдержался и с размаху заехал ему по физиономии. Из носа у Никаса хлынула кровь.

– Где Черкасовы? – схватил я его за грудки. – Где Линда и Сашка?

– Так я тебе и сказал! Ты что, прокуратура? – выплюнул мне в лицо Никас. – И вообще, – усмехнулся он, – вы не знаете, отчего это я с вами так разоткровенничался?

– Потому что всем преступникам всегда хочется рассказать о своих преступлениях, – любезно пояснила Беда.

– Это ты так думаешь, марательница бумаги, а на самом деле я просто тянул время, чтобы развязать эти паршивые верёвки! – Он вдруг дёрнулся, соскочил со стола, и с его ног фантастическим образом слетели обрывки простыни, которыми он был накрепко связан. С бешеной скоростью Никас рванул к двери, и никто – даже Вася, с его оперативными навыками, не успел преградить ему путь.

– Держите его! – закричала Ирма. – Уйдёт!

– Ах, ты… – бросился за Никасом дед, выхватывая на бегу пистолет. – Стой, сука белобрысая!

За Сазоном помчалась Беда, за ней побежали Арно, Сом и Вася.

Мария, высоко подпрыгнув у печки, обозначила, что от пирога она никуда убежать не может.

Я подскочил к окну, рванул на себя фрамугу и вывалился на улицу. Если помчаться Никасу наперерез, он никуда не уйдёт. Перескочив через пару клумб и фонтанов, я, едва касаясь ногами земли, полетел к парадному входу.

Я опоздал на пару секунд. Никас успел скатиться с крыльца и добежать до бассейна. Его преследователи с гиком и воплями столкнулись в дверях, образовав пробку, словно нетерпеливые пассажиры автобуса, желающие занять сидячие места. Пока они барахтались, я бросился к гаражам, ведь Никасу наверняка нужна для побега машина, но этот хмырь обманул меня. Он резко изменил маршрут и помчался к воротам.

– Бизя, держи его! – заорала Беда, выскочив на крыльцо. – Уйдёт!

Сазон пальнул из пистолета, но почему-то в воздух.

А я… замер как вкопанный, не в силах сделать ни шага, потому что «Памятник блондинке» – моя двадцать первая «Волга», давно и неподвижно стоявшая на пьедестале из старых покрышек в качестве детали ландшафта, вдруг хрипло взревела мёртвым движком. Я точно знал, что она не могла завестись, потому что автомобили-утопленники не заводятся, но «Волга» не только завелась, но и поехала. Скакнув вперёд, она слетела с покрышек и как-то криво, вихляя, чадя и подпрыгивая, поскакала к воротам, где Никас уже открывал калитку. Хуже всего, что водителя за рулём не было…

Все, как и я, замерли.

– Бляха-муха, – сказал Сазон и первый раз в жизни перекрестился. – Это что за неопознанный объект?

Никас справился с замком, выскочил за ворота и побежал к пляжу.

Вася первым вышел из ступора и с криком команчей бросился за ним.

Я не знал, кого ловить – то ли Никаса, то ли взбесившуюся «Волгу», то ли Элку, которая вдруг прыгнула на капот ожившей машины.

– Вертолёт! – бросился к пляжу дед. – Этот засранец залез в мой вертолёт!

Я всё-таки побежал за «Волгой», на капоте которой тряслась Беда. «Двадцать первая» набрала скорость и со всего маха вписалась в ворота. Интеллигентно-хрупкие створки не выдержали удара и распахнулись. Элка, чудом удержавшись, щекой прижалась к лобовому стеклу и что-то орала. «Волга», проскочив узкую дорожку, поскакала вниз по ступенькам к морю.

Это было чёрт знает что… Я громко выругался, не переставая бежать за машиной. Элка крепко держалась и на каждой ступеньке, подпрыгивая, кричала что-то малохудожественное, из чего ветер доносил до меня только:

– …ть, ть, ть, ть!

Меня догнал Сом, и в унисон Элке тоже начал орать нечто, от чего ветер оставлял только:

– …ть, ть, ть, ть!

Вертолёт на пляже с шумом завёлся. Винт раскрутился, песок и морские брызги полетели в лицо. Ветер едва не сбил с ног.

– Мой вертолёт! – орал дед, уцепившись за полозья. – Мой!

«Волга» вылетев на песок, забуксовала и наконец прекратила своё хаотичное передвижение. Едва я облегчённо вздохнул, успокоившись за судьбу Беды, как «Робинсон» оторвался от земли и плавно взмыл вверх, уходя в стону моря. Внизу, крепко держась за полозья, болтался Сазон. Он дрыгал ногами и выкрикивал ругательства, о существовании которых я даже не подозревал.

– Прыгай! – заорал я, оттаскивая Элку от «Волги». – Прыгай в воду, а то в Турцию улетишь!

Дрыгнув ногами в последний раз, Сазон полетел в воду. Отпустив Элку, я бросился в море и поплыл туда, где по моим расчётам приводнился дед.

Я нашёл его метрах в трёх от морского дна. Плавал Сазон неважно, вернее, совсем не плавал, да ещё бронежилет, с которым он никогда не расставался, тянул ко дну.

Я схватил деда за шиворот и вытянул на поверхность.

– Мой вертолёт! – выплюнув струю воды, заорал он. – Мой! Мой! Мой! Мой, сука, вертолёт!

– Да твой, твой, – успокоил я его, помогая держаться на воде. – Плохой мальчик покатается и вернёт.

– Не вернёт, – чуть не заплакал дед.

– Тогда другой купишь, что «Робинсонов» на свете мало?

– Это подарок министра обороны Франции! Такой ни за какие деньги не купишь!

С берега нам махали руками, словно мы возвращались из далёкого плавания.

Я почувствовал, что смертельно устал. Так устал, что готов пойти ко дну вместе с дедом, его бронежилетом и горем по утраченному подарку министра обороны Франции.

– Би-и-и-изя! – закричала Элка, даже не думая броситься мне на помощь. – Би-и-изя!

Я стиснул зубы, покрепче обхватил деда и поплыл к берегу.

– Глеб Сергеевич! – похлопала меня по щеке Ирма. – Глеб Сергеевич, очнитесь!

Оказывается, я с какого-то перепугу потерял на мелководье сознание и нахлебался воды.

Открыв глаза, я подмигнул круглой луне и отлепил от себя медузу.

Жизнь, вроде бы, продолжалась со всеми её выкрутасами и загибонами.

Сазон сидел на песке в трусах и бронежилете, и как заправская прачка, выжимал мокрую одежду.

– Надо же, сволочь, стрелять не умеет, а «Робинсон» мой угнал, – проворчал дед, погрозив тёмному небу кулаком. – Гад!

– Он курсы вертолётные посещал, – пояснила Ирма, похлопав меня ещё раз по щеке.

Я приподнялся и увидел, что Элка о чём-то оживлённо беседует с Васей, Арно и Сомом. Моё бессознательное состояние волновало её не больше, чем тучки на небе.

– А-а-а-а! – заорал я с единственной целью – привлечь к себе её внимание.

– Что с вами, Глеб Сергеевич? – обеспокоенно запрыгала вокруг меня Ирма Андреевна. – Живот болит?

– Его пучит, – подошла к нам Беда. – От моего невнимания, да, дорогой?

– Это тебя пучит от остроумия. – Я раздражённо поднялся и быстро разделся, чтобы выжать одежду.

– Мы с Сомом, Арно и Васей решили проверить «Волгу», – заявила Беда.

– Проверяйте.

– Без тебя не рискнём. Ты же у нас автомеханик.

– Машина, которая получила гидроудар и ездит сама по себе, без водителя, не нуждается в автомеханике. Ей как минимум нужен колдун.

– Так ты ж у нас и есть колдун, сынку! – подскочил дед. – Глянь, отчего эта колымага разбушевалась!

– Да, Глеб Сергеевич, посмотрели бы вы этот ужас на колёсах, а то не по себе как-то, – принялась уговаривать меня Ирма Андреевна, схватив за руку.

Отказать Громовой я не мог. На неё и так много горя свалилось, а тут ещё эта «Волга»…

– Ладно. Только один я не пойду. Давайте окружим машину и посмотрим, что за зверь в неё потусторонний вселился.

Мы взяли «Волгу» в кольцо и стали приближаться к ней с разных сторон. Действие оказалось завораживающим и немного пугающим. Хоть я и не верил во всякую чертовщину, но почувствовал, что мне немного не по себе.

Внутри салона вдруг что-то зашуршало, и машина слегка качнулась.

Все замерли.

– Может, крысы? – с надеждой спросил Сом. – Они бывают ужасно крупные и умные.

– Настолько умные, что могут управлять нерабочими машинами? – усмехнулась Беда.

– Ща я этим крысам хвост отстрелю! – Сазон прицелился из пистолета в лобовое стекло.

– Не стреляйте, – попросил его Вася. – У меня в детстве крыс жил, его Стёпой звали, так я его больше мамы и папы любил. Не стреляйте! Крысы гораздо лучше людей, гораздо!