лиане высоко не поднимать не выше полметра от земли и покатать их по кругу, пока я пройдусь с драконом до загонов. Дети уселись на зеленый ковер и как настоящие алладины катались на нем.
‒ Эх балуете вы их, ‒ рядом уже один стариков, проверяет, чтобы бычки в загоне были.
Я проверила, как страж донес возмущённо орущих бычков в загон, а там положил их на землю, распеленал зеленые плети. Бычки сразу подскочили как пружинки и забегали по загону в поисках пути на свободу, по пути они дурашливо подпрыгивали и бодались.
‒ Нужно загон нарастить, ‒ сокрушенно сказал старик, ‒ перепрыгнут ведь скоро бездновы звери.
Слушать стариковское ворчание можно бесконечно. Я даже вспомнила, что сама частенько этим на Земле страдала. Как начну перечислять нужное и ненужное, так остановится не могу. И главное, понимала ведь, что лишнее, а словно кто заставляет, ворчать.
Я ухватилась за руку Майторана и потянула его к детям, пока старик не заболтал нам все уши:
‒ Пошли, хочу до ужина успеть сходить к алайям.
Когда открылись ворота и мы с Майторанам вышли на поляну, которая превратилась уже в настоящее поле, поняли, что у алайев что-то происходит. Быки стояли не в загоне, суматошно носились токмо слуги. Я подозрительно осмотрела поляну, посчитала коровок, которые паслись недалеко, их было уже три и решительно пошла вслед за Майтораном к лагерю алай. Спасибо, что хоть есть, за чью спину спрятаться. Я не трусиха, но не безбашенная.
Майторан застыл на краю пяточка, на котором стояли шатры алай. Тут была все алай, которых я видела в прошлый свой приход, и те, кто уехал в первый же день. Две наглые девки, которые выставляли вперед себя высокого на удивление крепкого мужчину алайя. Этот великан наступал на Намихара, который стоял побледневший, но не сломленный. И главное, все это в полнейшей тишине… потом вспомнила и пожелала подключиться к их разговору и крики в голове оглушили. Девки орали себе, великан басом отчитывал Намихара, а знакомый алай холодно отвечал не соглашаясь.
‒ Мы должны уходить, ‒ говорила одна из девок Арса вроде, ‒ нежить уже в лесу, и заражение идет быстро.
‒ Великий сказал собрать всех, будем уходить из этого мира, ‒ гудел великан.
‒ Мы не уйдем, ‒ Намихар посмотрел на девушек, ‒ лес нам не принадлежит, а камней собрали слишком мало, чтобы перейти в энергоформу. Мы просто развеемся.
‒ Мы сможем! ‒ не выдержала вторая девушка. ‒ А так жить, по-твоему, лучше?! Мы попробуем и, если суждено развеяться, так будем свободными от этого и алайя ткнула себя в грудь. Ненавижу этот мир, эту оболочку, я задыхаюсь!
‒ У нас есть выход, есть возможность все исправить, ‒ Намихар не терял хладнокровия.
‒ Какой?! Твой бред об исправляющей?! О нас давно забыли, что значит одна капля во вселенной, сколько нас исчезают и творцам плевать.
‒ Она тут, как бы тебе ни хотелось отрицать, это мы не справились, заигрались, перешли черту, поэтому лес отверг нас, мы пошли против своих же, ‒ Намихар скрипнул зубами, ‒ И когда нам присылают ее, вы отворачиваетесь и продолжаете идти во тьме.
‒ Одна, ‒ возмутилась Арса, ‒ Она даже не капля!
‒ Посмотри туда, ‒ Намихар показал рукой в сторону моего дома, и я сама посмотрела в ту сторону, чтобы удивлённо открыть рот. Дома, видно, не было, вокруг него непроглядный золотой тайфун, который величественно кружит невидимый простому глазу.
‒ Как только вы приехали, дом закрылся, лес защищает ее, ‒ сказал Намихар и запнулся, увидев на краю их лагеря меня и Майторана. ‒ Ая, ‒ тут же склонился в поклоне, остальные алайи замерли, рассматривая меня и дракона.
‒ Еще одного урода где-то нашла, ‒ сказала одна из девиц, имени я ее не знала, но резко посмотрела на нее желая, чтобы она заткнулась. Тут же легкая золотистая взвесь пронеслась через лагерь заставив быков поднять рогатые головы и шумно выдыхать с тревогой кося по сторонам, круглыми глазами. Токмо возле них как муравьи, пытающиеся удержать исполинов.
Но не это было удивительным и в тоже время настораживающим для пришлых алай. Губы девушки, которая посмела оскорбить моего мужа, слиплись. Она пыталась открыть его, замычала, а внутри кричала:
‒ Я не могу открыть рот! Что происходит?! Арса! ‒ девушка кинулась к подруге и вцепилась в ее руку, смотря на нее огромными от страха глазами.
‒ Стоило бы тебя вообще голоса лишить, ‒ я крепче ухватилась за руку Майторана черпая от него силу и уверенность, ‒ Никто не смеет оскорблять моего мужа в моем доме! ‒ Мы говорили по внутренней связи и Май не слышал нашего разговора, но понимал, что я общаюсь с алайями. Он накрыл мою руку своей ладонью, соглашаясь на все, что я буду делать. Такая вера в мои силы, и в меня, чуть не вызвала растроганную слезу, но мы были тут не одни…
‒ Это она что ли? ‒ великан повернулся ко мне. При всем немалом телосложении его лицо, было кукольным как у всех алай, что смотрелось гротескно. Темно-карие глаза смотрели презрительно, словно на букашку, ‒ Какая ‒ то она неприглядная…‒ протянул великан.
‒ Пора бы вам алайям понять, что внешность не играет роли в жизни, особенно у вас, ‒ хмыкнула я. ‒ Хотите в энергоформу перейти, а там нет красоты, ‒ я, конечно, не знала о красоте другой формы, но взбесили они меня. Я некрасива, Майторан урод, а они признанные красавцы с черными душами, ‒ Там вы сгусток энергии, безликий сгусток. Лепить свои блескучки вам будет не на что.
Я посмотрела брезгливо на пришлых алайев, потом повернулась к Намихару:
‒ Мне нужно с тобой поговорить, ‒ сказала я из всех алай, он вроде как самый нормальный.
‒ Арса пусть она разлепит мне рот, ‒ ныла одна алайка второй, а вот Арса прожигала меня ненавидимым взглядом и раздувала ноздри от бешенства.
‒ Я к вашим услугам исправляющая, ‒ Намихар поклонился еще раз, ‒ прошу в мой
